Обручённые Хаосом
Шрифт:
Это теперь, повзрослев и лучше узнав мужчин, я понимаю, как трудно ему, наверное, было свыкнуться с мыслью, что его влечёт к девочке-подростку, которую он знает с пелёнок. А тогда я лезла на стенку, ужасно злилась и чего только ни надумала…
Но даже и представить себе не могла, что Хота меня предаст.
Тот, кого я любила больше всего на свете, кому доверяла безоговорочно и ради кого была готова на что угодно.
Тот самый Хота, который никому не давал меня в обиду, утешал, когда было плохо и грустно, и всегда мог заставить меня улыбаться.
Хота, который звонил по межгороду и до глубокой ночи трепался со мной, подчас жертвуя часами
Хота, который, мать его медведицу, трахал всё, что не пытается уползти. Ох, Джинни, какой же непроходимой дурой ты была!
Нет, ну конечно же, я не думала, что взрослый парень бережно хранит для меня свою невинность. Но это не значит, что можно было позорить меня так, как это делал он! С каждым днём игнорировать шепотки за спиной и жалостливые взгляды становилось всё труднее, но я честно пыталась. Ну как же, это ведь мой Хота, он ни разу в жизни мне не солгал! А если я чего-то не видела, то, значит, этого и не было, да.
Что ж, настал день, и я увидела всё своими глазами…
– Реджина, ты в порядке? – позвал Олли чуть обеспокоенно. – Может, я поведу?
– Я в порядке, – пришлось приложить все силы, чтобы голос не задрожал. – Где-то через час будем в Хварне. Переночуем, а с утра сможешь пофоткать свои любимые горы и прочие местные ебеня.
– Ну никакого почтения к своей родине!
– Я альфа, у меня почтение в заводских настройках отсутствует.
И здравый смысл, видимо, тоже. Иначе почему я снова решила растравить эту рану? Пять лет прошло, а до сих пор невыносимо вспоминать тот вечер, когда всё покатилось в ад.
Уна гро Гален всегда меня терпеть не могла – наверное, потому что Хота был готов залезть на любую девицу кроме неё. (Могу его понять: она та ещё сука, даром что медведица, и за прошедшие пять лет наверняка не сильно изменилась.) Именно она и сослужила мне услугу – медвежью, ха, – с преисполненным сочувствия лицом поведав и обо всех увлечениях моего так называемого наречённого, и о том, где и с кем он развлекается, запропав на четыре дня.
И она не соврала.
Как ни удивительно, тот вечер я почти не помню. Даже вымаралось из памяти имя той девки, светловолосой нахальной волчицы с такими буферами, о каких мне и по сей день можно лишь мечтать. Впрочем, Хоте тоже стало не до неё, когда я сломала ему нос и выбила пару зубов. Но он будто и не заметил. Всё тащился за мной по морозу, полуголый и весь в собственной крови, хватал за руки, нёс какую-то чушь – мол, офигеть как любит и всё объяснит…
Мне не нужны были объяснения. Только лишь оказаться от него как можно дальше, чтобы не сотворить что-нибудь ужасное. И чтобы не было так больно и мерзко, точно внутри кто-то расплескал едкую кислоту, а по голове со всей дури въехали кувалдой. Счастье, что Хота решил не испытывать судьбу и дал мне уехать.
Четыре дня я просто валялась в постели, отказываясь от еды и глядя в потолок. Периодически равнодушно слушала, как мой папа нефигурально так спускает Хоту с лестницы, а мама мнётся за дверью и спрашивает, не хочу ли я поговорить.
Я не хотела.
А на пятый день, вдруг подорвавшись посреди ночи, как попало побросала вещи в дорожный рюкзак, села за руль и уехала.
С Хотой вскоре было покончено раз и навсегда. Как и с той наивной идиоткой, для которой он мог заменять целый мир. О нет, с меня было достаточно…
…а сейчас
вот мой кар тоже решил, что с него достаточно, и заглох прямо посреди дороги.– Да серьёзно, что ли? – рявкнула я, со злостью хлопнув ладонью по приборной панели. – О, Хаос, за что?! Олли, когда только эти грёбаные южане сделают хоть одну нормальную гибридную колымагу?
– Полегче, Реджина, – Олли со вздохом глянул на почти дочитанную книжку и затем отбросил ту на заднее сиденье. – Сдаётся мне, не в колымаге здесь дело.
И – ну кто бы сомневался! – он был прав. Даже под капот не пришлось заглядывать: причину наших бед я буквально почувствовала кожей.
– Откуда вообще близ Хварна взялся разлом? – нахмурился Олли, как обычно всё поняв по одному лишь выражению моего лица. – Что? Чего ты веселишься?
Ни разу не веселюсь. Просто нервы.
– У моей мамы, помнится, был похожий вопрос, – пояснила я, кое-как уняв смех.
– И?
– И где-то через годик появилась я. Помяни моё слово, с минуты на минуту случится какая-нибудь хрень.
– Не слишком самокритично?
– Не ты ли когда-то давно шутил, что уроды должны держаться вместе?
Перекинувшись с Олли ещё парочкой беззлобных шпилек, споро выбралась из кара и прошла чуть дальше по дороге, силясь нащупать незримые струны волшебства. Чем дальше мы заезжаем в родной Греймор, тем гуще и слаще кажется воздух, пропитанный магией Хаоса…
А я, Реджина Маграт, – не только тигрица-альфа, но и заклинательница завесы. С Хаосом мы вроде как на короткой ноге. Подчинить эту хтонь не способен ни один маг, но я вполне могу уговорить её вести себя прилично.
На словах, правда, оно куда проще, чем на деле.
– Примерно двадцать километров на северо-восток, – сухо поведала я, вернувшись к Олли. – Уровень 4А, не ниже. Возможно, я смогу запустить двигатель и даже протащить нас до разлома, но на это уйдёт весь мой резерв, и закрывать разлом будет нечем.
– Я могу перегнать тебе свой.
– Хм, ну да, тогда возможны варианты…
Додумывать их, к счастью или к сожалению, не пришлось: к чуть слышному звону нитей волшебства примешивался куда менее эфемерный рёв мощного мотора. Вдалеке показался тяжеловоз, и я со стоном спрятала лицо в ладонях.
Хаос, да ты издеваешься! Дальше что, из тяжеловоза выкатится сварливый старый гном и потащит нас в кабак по любимую мамину настоечку с медком и ягодками?
«Вот так я и очутилась замужем! – каждый раз, едва завидев злосчастное пойло, принималась возмущаться мама. – Никогда, слышишь – никогда не пей эту дрянь! Особенно если поблизости ошиваются грёбаные медведи!»
Замуж мне, после всего дерьма с любимым кузеном, захочется разве что в следующей жизни – так что предупреждению стоит внимать. Ну да я никогда и не была любительницей крепкого алкоголя.
Почти никогда…
Гном оказался довольно приветливый и вовсе даже не старый – лет пятидесяти на вид, с куцей бородёнкой и хитрющим взглядом.
– Ну чес-слово, я мог бы тут новый бизнес замастрячить! – весело возопил он, на удивление ловко выскочив из своей зверюги. – Что ни день, то выручай с разлома столичных детишек! Когда ж эти криворукие южане научатся уму-разуму да приличную машинку смастерят?
– И оставят вас без прибыли, почтенный мастер? Как можно! – усмехнулась я, снова выбираясь из салона. – К вашему сведению, я северянка и за всю жизнь ни разу не попадала в аномальную зону. Тем более не ожидала, что такое может случиться у самого краешка приграничья!