Обесцвеченные
Шрифт:
– Интересная информация, – подметил магистр Стрикте и, пройдя мимо парт, остановился напротив ответившей ученицы, – поскольку мы видимся в первый раз и Вы неплохо ответили на мой вопрос, я поставлю вам плюсик, но не думайте, что в следующий раз так легко отделаетесь.
Филимон заключил нарисованные жемчужины в инкастро в оправы, выведенные маркером.
– Если никто не против, начнём мы с моей жемчужины, с жаона. Эта жемчужина жёлтого цвета, и это означает то, что у меня, как и у других владельцев такой способности, всегда осознанные и красочные сны. Мы можем воплощать их в реальность, а реальность – затягивать в свой сон. Можем проникать в чужие сны. Говоря иными словами, вся наша сила зависит от воображения, и чем его
Несколько ребят в аудитории начали переглядываться, безошибочно определяя своих «коллег». Димир глянул на Амалику, а та, в свою очередь, улыбнулась ему.
– Идём дальше, фиолетовая жемчужина, – преподаватель ткнул маркером во второй кружочек, – властелины красок и безобразия, верно я говорю, господин Тенерра?
– Слово в слово! Верны как никогда! – подхватил игру учителя Руш, после чего Филимон продолжил:
– Что же может быть ярче, чем цвета? Эти счастливчики могут рисовать без карандашей и кисточек прямо в воздухе, главное, чтобы тюбики и палитры были под рукой, но это только пока что. Обладатели морато в состоянии ненадолго оживлять свои творения, также они способны копировать цвета или же стирать их вовсе. Очень опасная способность, даёт слишком много власти, и пользоваться ею нужно с умом, я прав, господин Тенерра?
– Правы… – раздался вялый ответ от парня, который уже мечтал, чтобы внимание переключилось на кого-то другого.
Магистр указал на следующую жемчужину.
– Верты, что мы знаем о них? Самая странная и загадочная способность из всех. Считается, что ауры, которые могут быть вызваны владельцами, отражают внутреннее «Я» человека. Поэтому способность слаба и сильна одновременно. У каждой ауры свои цвет и форма. Всё это зависит только от того, кто носит зелёную жемчужину. Ауры существуют трёх видов. Те, что перемещаются прыжками, мы их называем прыгуны; те, что бегают, логично предположить, что их зовут бегуны; ну и третьи, те, что летают, – летуны. Пока что это единственный признак, по которому мы можем разделить ауры. Помимо этого у каждой из них есть своё имя. Так сказать, верт – это одушевлённая сила. Аккуратнее с ней. Но не будем зацикливаться на этом. Перейдём к другой одушевлённой способности – мелинам! Синие жемчужины, кто может сказать, чем они отличаются от других стихий?
– Спросите меня, пожалуйста! – это прошептала Гриана, но так громко, что услышали все. Её рука ходила ходуном, хотя и так было очевидно, что её заметили.
– Хорошо, госпожа Телус, только постарайтесь ёмко, – согласился магистр.
– Синяя жемчужина имеет потрясающую силу, она создаёт амулеты, но делает это удивительным образом, с помощью гигантского глаза. И этот глаз выглядит очень жутко. У него так же, как и у вертов, есть свой собственный цвет и имя. Чтобы узнать, как зовут глаз, который сделал тот или иной амулет, нужно присмотреться к любому его творению, там обычно стоит что-то, напоминающее гравировку. Но у способности есть большой минус: амулеты недолговечны, а на создание требуется очень много времени.
Девушка, быстро всё это протараторив, посмотрела на учителя, ожидая его реакции.
– Хорошо, пожалуй, всё верно, – согласился тот и решил добавить от себя: – Возможности мелина безграничны, око оттого и называется всевидящим, потому что может делать всё, что только придёт в голову его владельцу. Но с этой силой нужно быть осторожным, поскольку она отбирает самое главное у человека – его время. Ну а в целом Гриана нам уже всё рассказала, поэтому давайте приступим к следующей способности. Летарии. Сколько звуков в этом слове, да, господин Алиос?
– Так точно, магистр Стрикте, – отозвался насмешливо Аркель. – Вы бы знали, сколько звуков в других словах, с ума бы сошли от радости.
В аудитории послышались смешки.
– Рад, что у вас хорошее настроение, – улыбнулся маленькими пухленькими губами преподаватель. – И раз уж Вы вызвались, то, может,
просветите остальных?– Лаааадно. – Арк встал со своего места и, убрав руки в карманы, наклонил голову. – Ну, в целом отличная сила, могу инструмент из воздуха вызывать, он такой солнечный, как будто из лучей, ну, вы поняли. Ещё всякие вибрации могу создавать и слышу лучше остальных. Короче, всё с силой хорошо, кроме того, что жемчужина розовая. Просто тот, кто распределял цвета, явно не подумал, что способностью может владеть парень. Это я сейчас о высших силах говорю, о Эози и его братьях, потому что ну создали планету, а о людях подумать? Это огорчает, потому что если уж они там у себя не подумали, то почему мы должны?
Закончив говорить, ученик сел на место и принялся незаметно строчить что-то в телефоне.
– Что ж, очень познавательно… – сказал Филимон, от которого ничего не укрылось, но, решив, что акцентировать на этом внимание бесполезно, он просто продолжил говорить: – Теперь, если никто не против, я расскажу свою версию о летариях.
Как заметил господин Алиос, это жемчужины розового цвета. Её обладатели имеют абсолютный слух и в совершенстве, без обучения, владеют музыкальными инструментами. Которые появляются прямо из солнечного света. Пока что ученик с такой способностью может вызывать только один инструмент, но потом у него будет возможность выбрать второй. Всё это летариям ещё предстоит.
Интересный факт: первый инструмент всегда тот, который привёл обладателя данной жемчужины в восторг, а выбор второго уже зависит от потенциала владельца. На этом основная часть закончена. Хорошо, что вы и так всё это знаете и нам не нужно это записывать. Так что поехали дальше.
– Извините, учитель! – выкрикнул со своего места Саврус, видя, что сейчас магистр сменит тему. – Но Вы забыли раскрыть способности нуара! Вы просто сказали, что это все силы вместе, и всё.
– Вам, господин Арикейн, это кажется неполной характеристикой? – бровь учителя изогнулась, – а что бы Вы ещё хотели знать о нуаре? Это очень редкая способность. Неизвестно, когда такой ученик вообще придёт в мой класс. Хотя, если он сейчас здесь, – взгляд Филимона устремился прямо к одной из парт, – то я хотел бы это знать. Так что, тут есть нуар?
В аудитории зашептались и принялись крутить головами в надежде выискать жемчужину, которая скрывается. Аркель подался вперёд, чтобы увидеть тех, о ком говорила его сестра. Лика и Вайри сидели рядом и пристально смотрели друг на друга. Это всё было слишком сложно. Парень не мог понять, кто же из них нуар. Но в любом случае, может быть, после этой пары всё и выяснится?
– Что ж. – Преподаватель унял класс. – Раз уж никто не отзывается, тогда думаю, что нуара тут нет, так что давайте учиться дальше. Открывайте тетради, сегодня будем учиться писать заново, а то, наверное, вы уже забыли, как выглядят письменные буквы.
Зашелестели страницы. Лика, низко наклонившись к листу, вывела число, незаметно выдохнув. Скрываться будет сложнее, чем она предполагала. От десятков взглядов ладони вспотели, и ручка всё норовила выскользнуть, но она упорно продолжала записывать за учителем, пока не прозвенел спасительный звонок.
Сейчас самое главное было – посетить столовую, может, там неприятные мысли развеются, но не успела девушка собрать кожаный рюкзачок, как Аркель крикнул:
– Ребята из моей группы, останьтесь, пожалуйста! Есть разговор!
– Господин Алиос, я вообще-то закрываю аудиторию, – мгновенно откликнулся магистр Стрикте.
– Мы всего на пару минуточек, – взмолился тот, – это очень важно, касается нашего обучения, Фира просила ввести всех в курс новой программы на третьем курсе.
– Ладно, но под твою ответственность, пойду пока позавтракаю. Через пятнадцать минут вернусь.
Дверь захлопнулась, и за партами осталась только шестая группа. Они все подошли к учительскому столу, после чего, скрестив руки на груди, гений спросил: