Объемный взрыв
Шрифт:
– Так и есть, янрирр.
– Хорошая работа, янрирр Кырханг… мои респекты… надеюсь, вам больше не удастся затаиться в своем личном раю…
– Но есть информация более ранних периодов.
– И что там?
– Ничего экстраординарного. Дипломатический транспорт, шестеро визитеров.
– Шестеро… ну разумеется. Их и было шестеро. Но отчего я получил сведения только о пятерых? – Вьюргахихх нахмурился и принялся загибать пальцы. – Лгоумаа… Нарданд… да, да, те самые… вы поражены, Каннорк? Я тоже, и не меньше вашего… Затем эти несуразные сержанты – Сэтьятунд и Омнунгор… и наш волонтер. Был же шестой! Кто он? Что показали сканеры?
– Ничего, янрирр.
– Как это «ничего»?!
Вместо слов Каннорк, почтительно согнувшись (инстинкт самосохранения неустанно
– Прошу взглянуть…
– Я не слепой и не безмозглый, Каннорк, что бы вы сейчас обо мне ни думали. Шесть персон и пять спектров. Что это значит? Как это понимать и, самое важное, что с этим делать в дальнейшем? Кто этот шестой… на самом деле? Я что, по-вашему, обязан принять на веру тот факт, что преступная шайка светло-красных эхайнов приняла в свои ряды призрак?!
– Это не призрак, янрирр. А если и призрак, то весьма вещественный. Благоволите обратить внимание на телеметрический виджет… При сравнительно ощутимом дефиците массы, объект обладает нормальным эхайнским ростом… и не вполне эхайнской внешностью.
– Сравнительно ощутимый… что означает эта тарабарщина?!
Каннорк как смог увеличил фрагмент картинки, сделанной с большого расстояния.
– Судя по всему, это женщина.
– Это вы только что придумали?!
– Янрирр, я вижу это изображение вместе с вами впервые… Существо, которое вы с присущим вам остроумием обозначили как «призрак», не имеет регистрируемого психоэмоционального спектра, обладает физическими статями, морфологически сходными с эхайнскими, но движется и выглядит несколько иначе. Приглядитесь: оно тщательно скрывает лицо под капюшоном и беретом, но на отдельных кадрах кое-что можно различить. Светлые волосы, рисунок скул, расположение ушных раковин… Это женщина-этелекх. Но, смею предположить, не просто женщина и не просто этелекх, а новое секретное и в настоящий момент неодолимое оружие Федерации.
– У нашего противника образовался недобор мужчин для разведывательных акций? – привычно усмехнулся гранд-адмирал.
И снова окаменел лицом.
– Женщина… этелекх… расколола меня, как гнилую тыкву… я изливал душу женщине-этелекху… – Вдруг налившись дурной кровью, он заорал на гвардейцев: – Пошли отсюда прочь!
Затем обратил безумный взор к окончательно потерявшемуся Каннорку, сгреб его за лацкан и, подтянувши поближе, для чего-то зашептал:
– Я хочу, чтобы их летающую калошу не выпускали с территории Плонгорна. А если уже упустили, то чтобы принудили к посадке любым способом. Сбили бы наконец. Дипломатические осложнения – ерунда… Светлые нас еще благодарить станут. Чтобы задержали отбытие их корабля с «Гелелларка». Изолирующее поле… демоны ада… что угодно. Проклятье, я хочу, чтобы это секретное оружие этелекхов было уничтожено! Стерто в прах! Чтобы они поняли – есть места, куда им с их фокусами дорога заказана! Они нашли способ обходить наши сканеры? Прекрасно! Кто бы сомневался… Но мы найдем способ ловить их невидимок, призраков, демонов… и будем убивать их жестоко и беспощадно!.. – Он перевел дух. – А перед тем, как эти шуты запищат в наших братских объятиях и примутся жаловаться своим покровителям, кто бы то ни был, я кое-что вам покажу. Только вам, Каннорк… вы должны понимать: проболтаетесь, и я повешу вас на вашем собственном языке. Я вас приблизил, но мне не составит труда вас отдалить и вообще смахнуть, как пыль… (Каннорк энергично закивал.) Это запись с моего личного регистратора… Посмотрите и скажите, насколько далеко я зашел в своем умоисступлении.
…Спустя двенадцать минут, из которых десять ушло собственно на просмотр записи личного регистратора, а еще две на напряженное обдумывание выводов, Каннорк наконец промолвил со вздохом:
– Янрирр гранд-адмирал, вы проболтались.
– Ну проболтался, – досадливо
отмахнулся тот. – Скажите то, чего я не знаю. Что это было?!– Я видел только то, что вы сидели напротив весьма привлекательной даже по эхайнским представлениям женщины и по собственной воле, без принуждения, весьма эмоционально жестикулируя и, при всем уважении, гримасничая, фонтанировали откровениями совершенно личного свойства. Она просто сидела без движения, в свободной позе, разглядывала вас с одним и тем же застывшим выражением лица, которое я, увы, не в состоянии верно интерпретировать, поскольку не являюсь специалистом по мимике этелекхов, и молчала. А вы, янрирр, стало быть, фонтанировали. И между делом слили ей государственный секрет высшей степени важности.
– Я не мог противостоять, Каннорк! – снова зашептал гранд-адмирал, суетясь и обильно потея. – Вы же знаете, у меня несокрушимая воля и закаленная психика… во всяком случае, так надлежит полагать всем, кто входит в мой ближний круг. Но я ничего не мог поделать! Я видел не мерзкую этелекхскую самку, а призрак… настоящий призрак из прошлого… призрак своего несбывшегося, призрак своей совести… кто же отважится лгать в глаза собственной совести?!
– Охотно верю, янрирр, – произнес Каннорк, хотя самый негодный физиономист уловил бы явный диссонанс между его словами и постной миной.
– Полагаете, я сошел с ума?
– Полагаю, вы оказались застигнуты врасплох и не готовы.
– Даже не знаю, что звучит беспощаднее для моей репутации… Каннорк, старина, у вас ведь нет желания предать гласности мой маленький промах?
– Нет, янрирр, – ответил тот как можно более убедительно. – Все мы совершаем промахи. А я слишком дорожу своей… карьерой. Ведь если вы заподозрите меня хотя бы в мельчайшей нелояльности, дальше этих ворот я не уйду, не так ли?
– Вы нужны мне как никогда, Каннорк. С вашим здравым смыслом и вашей преданностью… Куда я без вас? Вот разберемся с этой сводной когортой авантюристов и призраков, и я уточню в геральдическом отделе, как обстоят дела с вашим титулом… Что там предполагалось? Т’шегр или т’гард?
– Ничего не предполагалось, янрирр, – сказал Каннорк и залился довольным румянцем.
– Стало быть, т’гард… Только не говорите, что мы уже упустили шанс все исправить. – Взор гранд-адмирала на какое-то мгновение снова помутнел. – Вы не поверите… а я даже рад, что это всего лишь происки этелекхов, а не реальность. Даже не знаю, что было бы хуже…
«Кого же вы увидели, янрирр?» – хотел было со всей осторожностью спросить Каннорк, но, сознавая, что теперь-то ему уж вовсе нельзя допускать опрометчивых шагов, рассудительно воздержался. Он и сам бы мог догадаться. В конце концов, эхайнов, в присутствии которых гранд-адмирал Вьюргахихх готов был обделаться от страха, в мире существовало не так уж и много.
17. Хороший денек, чтобы умереть
Вначале шли большой компактной группой, но по мере движения процессия сама собой растянулась в цепочку.
Впереди, с видом мрачной решимости, размеренно шагал капрал Даринуэрн, держа ладони на парализаторе, перекинутом через шею на длинном эластичном ремне. Рядом с ним, не отставая, топали Тони Дюваль и кто-то еще из особо длинноногой молодежи.
Командор Хендрикс тоже изо всех сил старался не отставать. Ничего ему так не хотелось, как предложить немного сбавить темп, но он старательно боролся с неуместным проявлением слабости. А еще он прислушивался к разговору, в который Тони с самого начала, и не без успеха, пытался втянуть капрала.
Капрал был озадачен творящимся бесчинством и не скрывал этого, а Тони упорно пытался втолковать ему, что сравнение высокоорганизованного существа с животным или даже растением кого угодно выведет из равновесия и сподвигнет на необдуманные поступки. Что склонность к поступкам, продиктованным эмоциями, а не холодным разумом, сама по себе есть признак высшей нервной деятельности, такой вот парадокс. Ибо ни животные, ни наипаче растения, не говоря уж о грибах или каких-нибудь протистах или хромистах, не совершают ничего вступающего в противоречие со здравым смыслом, за очевидным неимением такового.