Новые: Изгой
Шрифт:
— Вибрация. — Прошептал Семен и достал прибор из кармана, проверяя что-то. — Высокочастотные волны.
— Значит все-таки прибор. — Согласился Дмитрий. — Надо его только отключить.
— Здесь точно будет ловушка. — Константин осмотрелся. — Идем. Отключать его буду я. Куда теперь?
550 кивнул головой идти прямо. Они добрались до забора, за которым шумела река. От нее веяло прохладой, поэтому инфицированных здесь не было. Первым перебрался Константин, затем все остальные. Река рядом была большая и шумная, поэтому их никто не слышал, но и они никого не слышали.
— Изгои будьте внимательны. — Сказал сотрудник, посмотрев на них. — Вся надежда на ваш нюх.
Они пошли вдоль реки, следуя за 550, уверенно идущем к своей цели вдоль строений, слыша вдалеке дикие вопли
— Неплохо. — Произнес сотрудник.
550 плечом выбил полусгнившую дверь и они оказались внутри коридора по колено в воде. Было темно, сыро и ужасно воняло, но идти надо было. Люди нацепили маски и двинусь вперед, включив фонари и прицепив их к автоматам. Свет гулял по стенам, показывая только грязь, но даже здесь было слышны психи. Как же их там много наверху и один даже небольшой шум привлечет их сюда и они окажутся в западне в этом зловонном коридоре. Словно слыша его мысли Константин развернулся и посветил в глаза 362, заставив того щурится.
— Не шумите. — Прошептал человек и посмотрел наверх, лучом от фонаря выхватывая в темноте потолок коридора. — Один звук здесь будет как удар по колоколу и нам сразу всем конец.
Они прошли еще немного по этому коридору и 550 остановил отряд, рукой указывая наверх. Выход был над ними в потолке в виде люка, но перед ними была старая ржавая лестница, ведущая к нему. Сотрудник осмотрел всех изгоев и снова указал на 362.
— Ты самый легкий. — Сказал он и снова протянул изгою веревку. — Залезешь и закрепишь веревку, чтобы мы могли выбраться наверх.
Изгой поднял голову и посмотрел на эту шаткую даже на вид конструкцию. На высоте четырех метров был закрытый люк, вот только лестница была откровенно мертвой и навряд ли даст по себе залезть. Он снял с себя рюкзак, разгрузку и куртку, оставив при себе только нож на всякий случай. Неизвестно, кто находится за этим люком. Изгой подпрыгнул наверх и аккуратно повис на лестнице, видя, как сыпется пыль с крепления. 362 осторожно перехватился, поднимаясь на ступень на руках как можно мягче и без рывков, еще и еще, смотря, как трещит основание и лестница отходит от стены. Еще немного и она вылетит. Главное успеть. Он был почти у края, когда металл лопнул и лестница полетела вниз. Изгой успел схватится за кронштейн у люка и второй рукой поймал лестницу, ощутив мощный рывок, едва удержав ее. Изгои снизу успели ее подхватить, чтобы она не задела стену. В коридоре это был бы такой грохот, что они сразу бы привлекли всех инфицированных. Изгои осторожно поставили лестницу к стене и посмотрели наверх, на висевшего собрата. Люк был над ним, но он был закрыт. 362 перехватился одной рукой за кронштейн, второй рукой уперся в крышку и ногами уперся в скользкую стену. Он медленно начал подниматься на одной руке, упираясь ногами и второй рукой толкая крышку. Она сначала упиралась, но затем поддалась и сдвинулась вбок. Осторожно оттолкнув крышку в сторону, изгой схватился рукой за край и залез внутрь помещения. Это был зал с насосными станциями, заросший мхом. Никого здесь не было и ничем не пахло, кроме сырости. По крайней мере здесь повезло. Он привязал веревку к ближайшей установке и скинул конец вниз.
— Отлично. — Сотрудник осмотрел станцию, поднявшись внутрь. — Выручаешь нас. Здесь мы разделяемся. 362 и 550 пойдут со мной. Обследуем здание.
Изгой быстро забрал свое, взял автомат в руки и направился вглубь станции и как только они вошли в коридор сотрудник сразу остановил изгоев. Он указал на пол, на тонкую проволоку, натянутую по низу.
— Ловушки. — Сказал он, разбирая ее и включив внутреннюю связь. — Мы у цели. Аккуратнее. Везде ловушки.
Они шли осторожно и сотрудник постоянно разбирал ловушки, которые становились все более изощрённые и на разбор каждой уходило все больше времени. Видно кто-то очень не хотел, чтобы люди быстро добрались до этого прибора, создающего столько проблем для города.
— Проверяйте все везде. — Сказал сотрудник. — Прибор видно соединен с датчиками. —
Не найдем все заряды, будет взрыв и все те, кто снаружи, окажутся внутри.Продвижение затянулось и теперь сотрудники и изгои осматривали каждую комнату, каждый угол, ища закладки. Здесь их было очень много. Заряды были небольшие, но их было вполне достаточно, чтобы пробить дыру в расшатанной временем стене и пригласить инфицированных на пиршество. Это заняло всю ночь и лишь как только начало светать, они вошли в зал с очистными станциями и там увидели стол посередине зала, на котором возвышался ящик, с подключенным аккумулятором.
— Вот он. — Произнес сотрудник и осмотрелся. — Никому не двигаться.
В зал зашли другие сотрудники и изгои и они молча наблюдали, как Константин аккуратно пошел вперед, осматривая местность. Он увидел лазеры и перенаправил их, затем отключил еще несколько ловушек. До самого прибора он добрался, когда на улице встало солнце. Это был непрерывно жужжащий закрытый ящик с тремя антеннами наверху.
— Весьма хитро. — Сотрудник снял с себя всю амуницию и даже перчатки и маску. — Ты хитрый черт, когда же я найду тебя?
Он прошептал это тихо, но 362 все слышал, впрочем, это его не интересовало, разборки двух людей или двух организаций. Здесь витал запах человека тот самый, что ощущал в городе. Этот человек многое успел сделать и было понятно, почему сотрудник зол на него, но была непонятна причина всего конфликта. Еще один вопрос относительно человечества, на который изгой не знал ответа и честно говоря не хотел знать.
Пока сотрудник разбирал коробку 362 от нечего делать осматривал помещение. Старые насосные установки, поросшие мхом, мутные стекла, через которые угадывались силуэты бегающих инфицированных. Он осторожно подошел и выглянул через них, разглядывая психов. Они бродили вокруг, пробудившись и постоянно дерясь между собой, но никто из них не собирался уходить. Как же их много.
— Почти готово. — Слова сотрудника отвлекли его от окна, и он посмотрел на прибор.
Он стоял без коробки, и внутри были несколько черных ящиков, соединенных между собой и мерцающих едва заметными лампами индикации. Сотрудник одел заново амуницию, проверил автомат и пистолет и положил их на стол рядом с прибором.
— Внимание. — Приказал он. — Быть готовыми к любой ситуации, отключаю прибор.
Он разъединил несколько проводков и воцарилась тишина, только инфицированные на улице зашевелились, больше не слыша шума.
— Повезло. — Произнес один из сотрудников и в этот момент в здании прогремел взрыв и все вокруг затрещало и весь этот треск пропал в воплях инфицированных, привлеченных взрывом.
— Держать проход. — Скомандовал сотрудник, хватая оружие и взбираясь на установки. — Сейчас они рванут сюда.
По коридору послышались все нарастающие вопли инфицированных и сотрудник зарядил гамма-колбу в подствольник автомата. Он взял на прицел проход и стал ждать. Все изгои тоже держали на прицеле два узких коридора, ведущих к ним. Сейчас будет жарко. 362 непроизвольно погладил автомат и слегка сжал рукоять, водя пальцем по курку. Минута тянулась томительно и 362 смотрел на коридор, слыша оттуда вопли и больше не наполняясь яростью. Он понимал, что это его последний бой, немыслимо спастись, когда за стеной сотни инфицированных и день в самом разгаре. Он умрет, но заберет, как можно больше с собой этих сумасшедших людей. Он посмотрел на других изгоев и все они посмотрели на него. В их глазах изгой увидел смысл и понимание смерти. Больше никаких пустых взглядов, нет смысла прятать свою сущность.
— С пробуждением вас. — Произнес сотрудник, не смотря на них. — Извините, что привели вас на смерть.
— Вы достойны, чтобы за вас умереть. — Произнес 550.
— Для нас это счастье. — Прорычал 780.
362 прислушался к себе. Он не слышал Киркина, но чувствовал его страх. Он боялся, но было уже поздно. Изгои выдали себя.
— Они разговаривают. — Спросил один из сотрудников.
— Киркин не единственный. — Ответил старший и в этот же момент выстрелил в коридор из гранатомета. Колба хлопнула и коридор наполнился криками агонии инфицированных, которые первыми ворвались в машинное отделение.