Чтение онлайн

Да где они? Строят уже два месяца, а я до сих пор должен сам следить за работой. Может быть, у каменщиков почасовая оплата?

На полулежали стопки свежеисписанных пергаментов, готовых для прочтения его преосвященством: доклады из гарнизонов и торговых гильдий, труды ученых Ядовитых Кухонь, отчеты, романы, исторические хроники, списки, списки… и опять списки. И как только Сайпс с этим справлялся? Неудивительно, что он отправлял поэзию в огонь.

Когда они наконец преодолели лабиринт пергаментов и свитков и Сайпс уселся за рабочий стол, он повернулся к Фогвиллу и произнес:

– Скажи-ка

мне…

– Ваше преосвященство?

– Мне кажется, ты что-то хочешь мне сказать. Ничего удивительного. Но ты что-то долго не решаешься, а такое случается нечасто. Выкладывай.

– Эта обескровленная… девочка… вероятно, дочь веревочника.

– Да, да. – Сайпс открыл полку и вынул толстую книгу. На переплете красовались слова «Неучтенные души». – Кража в любом случае должна быть занесена в реестр.

– Мы точно не знаем. Началась драка, и стражники вынудили отца уйти. Я займусь расследованием. Не думаю, что его будет трудно разыскать. Слухи о подобной смерти еще долго будут ходить по кварталам Лиги.

Пресвитер окунул перо в чернильницу и начал писать.

– Не придавай этому большое значение. Множество записей все равно не закончено.

– Карнивал здесь ни при чем.

Пресвитер не отрывал глаз от работы.

– В городе только один вор охотится за душами, помощник.

– Не сочтите за дерзость, ваше преосвященство, но труп со свежими ранами был обнаружен сегодня утром, до наступления Ночи Шрамов.

– Вероятно, тело хранили в ящике со льдом.

– Целый месяц? Откуда веревочнику достать лед?

– Эти ребята невероятно изобретательны, Фогвилл. Это ничего не доказывает.

Тогда почему вы отводите глаза?

Фогвилл глубоко вздохнул.

– Стражник заметил у нее на руке синяки чуть повыше локтя…

Сайпс продолжал смотреть в пергамент.

– То есть тот, кто обескровил ребенка, сначала привязал ее. У жертв Карнивал синяки от оков на лодыжках.

Старик поставил кляксу.

– Не похоже на проклятую пиявку. Убийство куда более изощренное, – продолжал помощник. – К тому же Карнивал последовательна, несмотря на всю свою жажду. Она забирает одну душу в Ночь Шрамов, но другие… – Фогвилл не закончил предложения. – Но другие обескровленные появляются при любых фазах луны. Их кровь при этом тщательно удалена. Некто желает, чтобы тела были найдены. Он шлет нам послание.

– И что за послание?

Ладони Фогвилла намокли.

– Ангельское вино, – выдавил он. – Некто пытается изготовить ангельское вино и хочет, чтобы об этом знали.

– Ангельское вино! – фыркнул Сайпс. – Сам послушай, что ты говоришь. Нельзя изготовить ангельское вино.

– Но…

Пресвитер только отмахнулся.

– Мифы, легенды… бабушкины сказки.

Фогвилл нахмурился. Он бросил взгляд на запертые колонны книг. Десять тысяч бабушкиных сказок.

– Простолюдины до сих пор верят в Мягких Людей, – продолжал помощник. – Если Девон…

– Хватит! – упрямо остановил его Сайпс. – Я не потерплю, чтобы кто-либо вламывался сюда и выдвигал нелепые обвинения, сводящие на нет доверие, которое нам удалось достигнуть с военным руководством. – Старик ударил рукой по столу. – Нелепые городские слухи. Неужели он тебе настолько отвратителен?

В самую точку. За те семь месяцев, пока

Фогвилл выслушивал отрицания всех своих подозрений, в городе было найдено на четыре обескровленных трупа больше, чем ожидалось. Четыре лишних тела без единой капли крови в жилах, хотя Карнивал, при всей своей ненасытности, убивала лишь одного в Ночь Шрамов. Но как убедить Сайпса в виновности Девона, не зная всей правды до конца?

Когда Фогвилл последний раз пожаловался на то, что от паров из Ядовитых Кухонь у его дорогой матери завяла герань, вся церковная братия неожиданно слегла от неизвестного недуга. Подозревая, что дело здесь нечисто, Фогвилл поднял тогда ужасную шумиху, после чего целый месяц страдал от колик и поноса. Наконец оправившись и вернувшись на службу, он с негодованием узнал, что Девон уже набирает лаборантов на свои кухни из числа церковных поварят. Что случилось с ними впоследствии, так и осталось тайной. Этой свинье Фонделгру не было никакого дела, да, по всей видимости, как и остальным.

За исключением, конечно, Фогвилла. Он колебался.

– У меня есть один знакомый.

Сайпс заткнул уши.

– Даже не хочу это слушать, Фогвилл.

– Носильщик на кухне, – уже увереннее продолжал помощник после того, как первые слова были произнесены. – Девон объявил, что ночью прибудут четыре корабля, и требуются ребята покрепче, чтобы разгрузить трюмы. Он жалуется на постоянный недостаток людей для черной работы, хотя отказывается взять солдат или писарей. Говорит, у него нет ни времени, ни возможности самому проверять каждого полотера или конюха.

– Он так говорит?

– Ну не я же.

– Я уверен, что это неприятная, но необходимая работа. Война нас всех здесь заставила потуже затянуть пояса. – Сайпс закрыл книгу. – Когда это было?

– Шесть недель назад.

– И что же случилось с твоим… знакомым?

– Исчез. Колдун, безусловно, ничего об этом не знает. Сказал, что тот, должно быть… Ну, на самом деле мне бы не очень хотелось вдаваться в подробности. Честно говоря, его рассказ был немного непристойным… вульгарным. Он меня ненавидит, так что он всегда… – Фогвилл никак не мог подобрать слова, чтобы выразить свою досаду. – Он всегда…

– Тело не нашли?

Снова удар ниже пояса.

– Мне действительно очень жаль, что ты потерял друга, Фогвилл, но это еще не повод подозревать Девона в преступлении. Может, твой приятель просто сбежал. Обычное дело для сброда, что работает на Ядовитых Кухнях. Ни один человек в здравом уме не захочет там работать. А ведь, несмотря на свой титул, Девон вовсе не плохой человек.

– Спорный вопрос. Посмотрите хоть на оружие, которое разрабатывает его лаборатория. Нет никакой необходимости причинять врагу такие страдания.

– Твое мнение о его работе вряд ли имеет какое-нибудь значение.

– Позвольте отдать приказ спайну проследить за ним, просто понаблюдать.

– Это невозможно.

– Можно использовать Рэйчел Хейл. Она еще не прошла посвящение, у нее есть связи в армии, мы…

– Нет. Я хочу, чтобы она занялась Диллом.

– Тогда позвольте мне поговорить с веревочником, – не унимался Фогвилл. – Выяснить, когда и где он обнаружил дочь, возможно, осмотреть тело. – Он сам удивился тому, что сказал: Лига Веревки считалась самым опасным местом во всем Дипгейте.