Никогда не поздно
Шрифт:
А потом до меня дошел смысл ее слов.
Ребенок!
Я подскочила на койке и, отшвырнув в сторону одеяло, приложила обе ладони к животу, глаза закрыла, обращаясь к искре и пытаясь понять… почувствовать…
— Ты что ж это, опять магичить вздумала! — взревела Дочь Милосердия и, не долго думая, хлестнула меня по руке. — Вот, дура девка! Чуть на тот свет не отправилась и все никак не угомонится!
Я вздрогнула и убрала руки. Легкое, едва ощутимое тепло дало знать, что все в порядке и стало легче.
— Где я? — повторила вопрос, укладываясь обратно.
— В Дальне, — проскрипела бабулька, поправляя подушку у меня под головой и укрывая одеялом. — Ох, что творится-то, что творится! — запричитала она, расправляя складки на
Я судорожно втянула в себя воздух и закрыла глаза. Вспомнилось вдруг стремительное скольжение по ледяной поверхности переправы, а затем полет… и синие глаза незнакомца, которому я обязана жизнью…
— Так что, — скрипучий голос Дочери Милосердия отдалялся, становился приглушенней… я засыпала, — мужу своему спасибо скажешь. Коли б не он… даже и предположить не берусь, чтобы с тобой было.
Я распахнула глаза, и села на постели.
— Кому спасибо сказать?
— Так супругу своему, — повторила бабулька, прищуриваясь. — Видный он у тебя, да если бы только в том дело было. Сообразительный. Если бы не он, да не подоспевшие вовремя стражи из Ашрадара, только Творцу известно, чем бы все это закончилось. Так что, ты отдыхай, девонька, отдыхай. А я супружнику твоему весточку пошлю, что очнулась.
И она, развернувшись, исчезла за белой ширмой, оставив меня в состоянии, близком к панике. Сердце стучало, как сумасшедшее, страх опутал по рукам и ногам. Мне даже вдохнуть было страшно. Так страшно.
Я сглотнула и схватилась обеими руками за одеяло, намереваясь встать, найти свою одежду и… что делать дальше, я понятия не имела, но смирно лежать в кровати просто не могла.
Дочь Милосердия, видимо, прекрасно понимала, что именно со мной происходило, потому что, ширма, за которой она скрылась, вдруг чуть сдвинулась, являя мне морщинистую старушечью руку с тонким запястьем. И прежде, чем я вообще успела понять, что именно происходит, с узловатых пальцев сорвалось мерцающее зеленоватыми искорками заклинание. А я перед тем, как провалиться в целебный сон, вспомнила, что Дочери Милосердия все магини. Поголовно. Наличие искры и образование по специальности «Лекарское искусство» является обязательным условием для вступления в Орден.
В следующий раз я проснулась от громких голосов неподалеку. Глаза открывать не торопилась, просто лежала, прислушиваясь к тому, о чем говорят, и пыталась определить без применения магии, в каком я состоянии.
Определялось плохо. А вот разговор, свидетельницей которого я стала, насторожил.
— С ума сошел? — голос был мужской и мне вроде бы незнакомый. Но… чувство было такое, будто бы я уже его слышала. Странное такое чувство. Я точно была уверена в том, что говорившего не знаю, а вот голос его… — Девчонке всего-то двадцать лет! Да она еще и беременна! Варнай, я все понимаю, но и ты пойми, что для нее это верная смерть. У вас, в Ашрадаре, мужики не выживают, а она… Да ты посмотри на нее, одни глаза и нос, и тот курносый!
За нос мне стало обидно. А в том, что говорили обо мне, сомневаться не приходилось.
— Она боевой маг, Антуан! Боевой маг! Ее учили выживать в любых условиях! — второй голос мне точно был незнаком, поскольку, если бы я когда-либо слышала вот эти громовые раскаты, то точно бы не забыла. Даже мурашки по коже побежали и внутри что-то завибрировало.
— Ага, — скептически хмыкнул тот, кого назвали Антуаном. А я вдруг вспомнила, почему мне показался смутно знаком его голос. И нет ничего удивительного, что я не сразу узнала говорившего. Просто до сего
момента, я слышала от него только одну фразу, мягко скажем, не совсем приличную. — Видел я, чему ее там учили. Она чуть не погибла на той переправе, Варнай! Мы чудом спаслись! Вернее, твоими заслугами. Мне пришлось использовать портальный амулет, который ты передал перед отъездом.— Но не погибла же! — снова пробасил Варнай, а у меня сердце затрепыхалось. Это же надо, какой голосище! Жуть просто. — И потом, Антуан, ты мне, конечно, брат, но… что у тебя за интерес в этой пигалице? Или… мне стоит тебя поздравить?
— Я ее на той переправе впервые в жизни увидел! — а возмущения-то сколько в голосе.
— Тогда я не понимаю.
— Мне маг нужен. В Оруме без мага никак. Сам знаешь, нечисти в наших местах хватает, иной раз за ночь целые селения вырезает. А она… сам сказал, боевой маг, неплохой, судя по отзывам из Академии. Реакция слабовата, но это дело поправимое. Да будь ты человеком, Варнай! Пожалей ты и меня, и девчонку. В Ашрадаре от нее никакой пользы не будет!
Я дыхание затаила, прислушиваясь к этому разговору. Сначала было странно просто лежать и слушать, как обо мне говорят совершенно незнакомые мужчины, делят меня, точно дети одеяло друг на друга перетягивают. Но чем дальше они говорили, тем больше я понимала, что вот сейчас, в этот самый момент, решается моя судьба. Смерть или амнистия?
И да, я понятия не имела, кто такой этот Антуан, не представляла себе, где находится этот Орум, в котором вот просто позарез нужен маг, но… я молилась про себя, чтобы тот, который Варнай, уступил. Просто… просто в Ашрадаре я не выживу. Точно не выживу.
— Ладно, — шумно вздохнул Варнай, — решать будет она сама. Если согласится поехать с тобой, так и быть, оформлю бумаги и отправлю повторный запрос в Райену. Нам теперь не один маг требуется, после вчерашнего происшествия-то.
— Согласна! — дальше притворяться я не посчитала нужным, и открыла глаза.
В следующую минуту, одна из ширм исчезла, и я смогла рассмотреть обоих мужчин. Один, тот, который Антуан (точно уверена, поскольку прекрасно помнила вот этот лукавый прищур синих глаз, и лицо его было мне смутно знакомо), а вот второй… хм… второй был очень примечательным. Огромный. Он был настолько высоким, что непроизвольно пригибался, словно бы боясь, что заденет головой потолок. Русый, с аккуратной бородкой, широченными плечами и огромными, точно лопаты ладонями. Но глаза… глаза у него тоже были синие, как у Антуана.
— Я согласна, — прохрипела снова, переводя взгляд с одного мужчины на другого. — Понятия не имею, где находится этот ваш Орум, но в Ашрадар я не хочу еще больше.
Антуан расплылся в улыбке, хлопнул по плечу своего родственника (а в том, что они точно родственники у меня сомнений не было больше, уж слишком похожее выражение появилось на совершенно разных лицах), и произнес:
— Готовь документы, — это Варнаю, — выезжаем на рассвете, — это уже мне.
Глава 7
Из воспоминаний меня вырвало странное шебуршание за дверью. Удивленно вскинув голову, я прислушалась: из приемной доносились голоса и один из них однозначно принадлежал госпоже Марго, а вот второй… Второй разобрать не удалось, как я ни старалась. Проклиная про себя собственное состояние, я оперлась ладонями о стол, и осторожно привстала, намереваясь пойти и проверить, что же там такого происходит в приемной. Не успела, так и замерла в полусогнутом состоянии, когда дверь кабинета распахнулась, являя на пороге рыжего веснушчатого и основательно взлохмаченного Илая Беркли, секретаря нашего многоуважаемого и почитаемого лорда градоправителя, за спиной которого, маячила не менее взъерошенная и такая же красная госпожа Марго. В руках господин Беркли держал довольно приличную по виду стопку синих папок, прижимая их к груди с таким видом, точно это были вовсе не отчеты стражи, а сверхсекретные документы, как минимум.