Чтение онлайн

Два часа ночи в Лос-Анджелесе – это четыре часа утра в Чикаго.

– Вы хотите, чтобы я попросила ее вам перезвонить? – спрашивает Вайолет.

– Нет. Нет, не беспокойтесь. Я знаю, что она занята.

– Да, и для нее это все очень важно и волнующе. И она здесь счастлива. Она отлично справляется с кухней. У нее в этой отрасли блестящее будущее. Поверьте. За свою карьеру я представляла интересы многих шеф-поваров, но ни один из них не подавал таких надежд, как она.

Это то, чего я хотел: чтобы она добилась успеха. Я просто не понимал, что это будет так больно наблюдать со стороны. Но, исключая себя из этого уравнения,

– Послушайте, Вайолет. Сделайте мне одолжение, не говорите ей, что я звонил.

Она на мгновение замолкает на линии.

– Вы уверены?

– Да. Спасибо. Хорошего вечера.

– Вам тоже, папочка-бейсболист.

Я издаю тихий смешок, понимая, что она увидела мое имя на определителе номера.

Я вешаю трубку, чувствуя себя так, словно снова наступило прошлое воскресенье. Как будто я начинаю скучать по ней с нуля. Только на этот раз у меня есть подтверждение того, что она счастлива. Что она добивается успеха, добивается большего и лучшего, чем я когда-либо мог предложить ей здесь.

– Как все прошло? – спрашивает Вайолет, следуя за мной через переполненную суетой кухню, пока я торопливо готовлю обеденную сервировку.

– Все отлично. Как и все остальные интервью для блога на этой неделе. Отлично.

Зайдя в отдел, я раскрываю блокнот, который держу в руке, чтобы составить список фруктов, которые ресторан Мэйвен получил сегодня, и убедиться, что их хватит на кухне до следующей доставки в среду.

– Ладно, отлично, – продолжает Вайолет, заходя в кладовую-холодильник, опустив голову и листая что-то в своем планшете. – Поскольку завтра ресторан закрыт, на завтрашнее утро у меня запланировано еще одно интервью с одним известным блогером, известным под псевдонимом «Щепотка соли».

– Ты действительно думаешь, что это необходимо? – Я мысленно провожу инвентаризацию полок, подсчитывая ящики с хурмой, грушами и инжиром. – Завтра днем у меня интервью в «Еде и вине», и я уверена, что сейчас уже все, кому не все равно, уже в курсе, что я вернулась к работе.

– Миллер, мы работаем с большой буквы. Куем железо, пока горячо.

– Что ж, я бы очень хотела, чтобы железо остыло и я могла перевести дух. С тех пор как я приехала в Лос-Анджелес, у меня не было ни минутки, чтобы побыть одной, кроме как в душе или собственной постели.

– Да, кстати, – продолжает Вайолет, опустив нос и просматривая мое расписание. – Как ты смотришь на то, чтобы дать несколько телефонных интервью, пока ты принимаешь душ? Знаешь, надо по полной использовать каждую минуту.

Я поворачиваюсь к ней.

– Пожалуйста, скажи мне, что ты шутишь.

– Конечно шучу. Ты забыла свое чувство юмора в Чикаго?

Чувство юмора. Сердце. Я думаю, что и то и другое все еще там.

– Вот что, я скажу «Щепотке соли», что мы поболтаем по-быстрому во вторник. Это освободит тебе завтрашнее утро перед интервью в «Еде и вине».

Я киваю.

– Годится.

Дверь распахивается, и появляется Дженни, одна из двух поваров линейки десертов, с коробкой малины в руке.

– Шеф, у нас проблема.

На кухне за ее спиной царит хаос, люди суетятся, готовясь к ужину.

– Малина, которую доставили сегодня, кислая. Действительно

Я достаю из упаковки несколько ягод и подношу к носу. Она права, в них гораздо больше кислинки, чем терпкости, но я кладу их в рот, чтобы убедиться.

Дерьмо. Они невкусные, а у меня сегодня в меню мусс из белого шоколада с малиновым кремом, который я готовила последние два дня и готовила весь день, за вычетом часа, который потратила на интервью с очередным кулинарным блогером.

– Она вся такая? – спрашиваю я.

– Вся. Может быть, мы можем заменить крем на ежевичный? Ежевику тоже доставили сегодня, но она выглядит аппетитно.

– Нет. У крема будет неправильный вкус.

– Да, шеф. – Дженни переводит взгляд себе под ноги.

– Хотя это неплохая идея, – быстро поправляюсь я. – Для этого блюда ежевика слишком терпкая, но ты импровизируешь на ходу. Мне это нравится.

Уголки ее губ слегка приподнимаются.

– Спасибо, шеф.

Мой взгляд падает на коробку с грушами, которые также доставили сегодня. Они предназначены для блюда из груш-пашот, которое я запланировала подать на ужин во вторник, но о будущем я подумаю позже.

– Избавьтесь от малины. Передай шеф-повару Мэйвен, что мы снимаем мусс и заменяем его на десерт из груш-пашот, который я запланировала на вторник. Фисташковое суфле остается. И не могла бы ты заглянуть в морозильную камеру и проверить, как там шоколадный сорбет?

– Да, шеф.

– И, пожалуйста, убедись, что шеф-повар Мэйвен знает, почему мы меняем меню. Вашей кухне нужны надежные поставщики, а этот, похоже, в их число не входит.

– Конечно, шеф.

Мы с Вайолет выходим вслед за ней, мой агент следует за мной по пятам, пока я продолжаю приводить в порядок свое рабочее место.

Сегодня я в пятый раз готовлю ужин в ресторане «Луна», принадлежащем шеф-повару Мэйвен в Лос-Анджелесе. Работая консультантом, я обычно не выхожу на связь, если только не отвечаю на вызовы, но мне нравится проводить первые пару недель на новой работе прямо в гуще событий, выясняя, как они общаются и как распределяют время.

Это помогает мне готовить блюда в соответствии с их вкусами.

– Вайолет, мы собираемся приступить к подаче, – напоминаю я ей, занимаясь уборкой.

Стопка чистых кухонных полотенец лежит там, где мне нравится, а ножи готовы и разложены в нужном порядке.

– Я знаю. Знаю. Но я хотела показать тебе макет «Еды и вина». Мне прислали его сегодня утром. Выглядит потрясающе, а фотографии просто фантастические. Все готово к публикации. Им просто нужно добавить твое интервью, и можно отправлять в печать.

Вайолет снова утыкается в свой айпад, просматривая электронную почту в поисках статьи.

– Вай, ты не могла бы показать мне макет позже? Сегодня вечером я просто помешана на совершенно новом десерте, который я не собиралась предлагать до конца этой недели.

– Конечно, шеф. – Она прекращает свое занятие. – Ты сегодня хоть что-нибудь ела? Тебе нужно подкрепиться до того, как начнется спешка.

В ресторане «Луна» каждый день перед началом обслуживания устраивают ужин для персонала. Мне, однако, пока не удалось поучаствовать ни в одном из них, поскольку я использую свободное время, чтобы побеседовать со всеми, кто хочет узнать меня.

– Я что-нибудь перекушу.

Вот только я не голодна и не могу вспомнить, когда была голодна в последний раз.