Недомерок
Шрифт:
Вот используя эту лазейку, я и могу потренировать контроль, пытаясь создать миллиметровое плетение с микроскопическим вливанием силы, которое должно при касании откидывать горошину по определенному вектору. Кстати, контроль направления вектора в этой структуре также является частью тренировки, так как я должен научиться не просто отталкивать горошину, но делать это в том направлении, которое укажет мне Оргел. Вот и корячусь я уже третий день, пытаясь освоить создание плетения. Сегодня вроде начало получаться, уже могу удержать рисунок несколько секунд, но вот количество прилагаемой силы и направление вектора мне пока не удается контролировать.
Только я начал создавать очередное плетение, как в коридоре
Через тридцать секунд я увидел подошедшего охранника, который заглянул в каморку и принялся отпирать решетку. И чего ему от меня надо, ведь только два дня назад мне сняли швы с очередного пореза, который я приобрел в схватке на арене.
Да уж, тот мужик хоть и был не слишком быстрым, но явно опытным. А вот я к третьему бою уже использовал весь запас своих сил и просто не смог активировать сеть. Пришлось выложиться на полную, уворачиваясь от ударов двуручного меча, пока не смог подобраться вплотную и воткнуть свой огрызок, который мне выдали перед выходом на арену, в живот противника. Но это не спасло меня от получения глубокой царапины на боку, которую Оргел, под видом тяжелой раны, залечивал целых три дня. Благодаря этому я смог еще немного подучить гоблинский язык и как следует пообщаться с шаманом.
— Эй, Недомерок, не спишь еще? — раздался голос Ждана.
— Да нет. Чего хотел?
— Хозяин решил наградить тебя. Ты хорошо показал себя на арене в Роденте, так что заслужил подарок, — охранник подвинулся и пропустил в комнату девушку. Второй страж передал ей лампу и отошел назад. — Вот, принимай. У тебя два сата.
— Эй, стой! — я подскочил на лежанке. — Мне не нужна проститутка, я же говорил вам! Не собираюсь спать с женщиной, через которую пропустили полгорода!
Было дело, привели мне в прошлый раз проститутку, когда я три раза подряд победил на арене Эренсии. Вот только мне еще здоровье дорого, так что я высказал все, что думаю по этому поводу. Пусть Гретуса и ему подобных это и устраивает, но я лучше потерплю, зато здоровее буду. Лоскер к моему отказу от женщины отнесся равнодушно, мол, раз не хочешь, то твое дело, но второй раз предлагать не буду.
— Не беспокойся, это не проститутка. Да и наш лекарь ее проверил. Хозяин так рад деньгам, которые на тебе заработал, что даже расщедрился и отдал одну из служанок. Так что пользуйся, пока есть время, — Ждан расплылся в улыбке и запер решетку.
Через минуту шум шагов охранников затих, и я остался наедине с девушкой, которая держала в руках масляную лампу. Девушка, недолго думая, поставила лампу на пол и быстро скинула одежду.
Ну что я могу сказать, не красавица, конечно, но молода и не уродина. Все, что надо, при ней, грудь не висит, попка тоже упругая. Обычная такая девушка, если не обращать внимания на то, что она почти на голову выше меня. А если учесть, что я уже не помню, когда последний раз был с женщиной, то реакцию некоторых частей тела не трудно предсказать.
— Как тебя зовут? — собственный голос мне показался каким-то хриплым и пришибленным, в то время как глаза просто не могли оторваться от голого женского тела.
— Инга, а тебя зовут Недомерок. Все служанки в доме говорят о тебе, — девушка подошла и нагло уселась на мои ноги, выставив на обозрение свои прелести. — Хозяин уже второй день не просыхает, все празднует заработок.
— Ты со многими рабами спала?
— Нет, только с домашними слугами и парой охранников. Ты у меня первый из бойцов, — Инга явно не желала тратить время на разговоры, так как сразу
же принялась сдирать с меня одежду.— А что, слуги тоже рабы? Значит, и ты рабыня?
— Ну да. В этом доме все рабы, кроме хозяина и охранников. Ну еще этот страшный орк тоже свободный.
— Ясно, — пробормотал я и откинулся на спину, отдавая инициативу в руки девушке. Похоже, на сегодня мои тренировки закончены, так что лучше расслабиться и получить удовольствие.
Я сидел и с блаженной улыбкой на лице поглощал кашу. В голове крутились приятные картины прошлой ночи. Небольшой диссонанс, внесенный в мое хорошее настроение во время утренней медитации, уже прошел.
Невольно вспомнив свою оплошность, я дотронулся до ошейника, проверяя, не душит ли он меня. Дело в том, что проснувшись как всегда слишком рано, я попытался повторить свой вчерашний успех в создании векторного плетения. Полчаса медитации и дюжина попыток привели к тому, что рисунок у меня наконец-то получился, но в момент наполнения структуры силой я перестарался, и ошейник сразу же отреагировал, чуть не придушив меня. Через пару минут отдышавшись, я с удвоенной энергией принялся за тренировку и через час смог-таки создать реально действующее плетение. Маленькая горошина от легкого прикосновения моего пальца отъехала на целый сантиметр!
— Эй, Недомерок, чего это ты делал с девушкой, что она вчера так стонала? Да еще так сладострастно, что я все это время глаз сомкнуть не мог, голые бабы сразу мерещились.
Я сидел за столом и приканчивал уже третью тарелку каши. В последнее время я просто не мог насытиться, особенно это проявилось после очередных боев на арене. Видимо, нагрузки в ускоренном режиме подвигли мой организм на рост новых клеток, взамен поврежденных при последнем поединке. А может, нагрузки на арене дали более мощный толчок, чем все мои предыдущие тренировки, и теперь мои мышцы растут ускоренными темпами. Не знаю, но аппетит у меня стал просто зверским. Вон бедный раб, стоящий у котла, со страхом смотрит на исчезающую из моей миски кашу, ведь буквально пару минут назад я со зверским выражением лица вытребовал у него последние полторы поварешки, остававшиеся на дне котла.
— Толстяк, вот ты, когда с женщиной бывал, о чем думал? Наверняка, как быстрее кончить, чтобы получить удовольствие, так? — проглотив последний кусок хлеба, ответил я.
— Ну так. А на что еще нужны бабы, кроме утех да по дому порядок наводить? — Лицо Толстяка, который уже совсем не походил на того пухлого мужика, противостоявшего мне в первом поединке, выражало недоумение. В последнее время он стал похож на остальных бойцов, такой же мускулистый и накачанный.
— Эх ты, одно слово деревня. Ладно, я тебе объясню одну простую истину, которая, может быть, в будущем тебе пригодится, — я улыбнулся и глотнул воды из кружки. — Чем больше удовольствия ты доставишь женщине, тем больше удовольствия вернется тебе. Нельзя просто сделать свое дело и отвалиться спать — этим ты обидишь женщину. А вот если ты попробуешь понять, чего она хочет, и воплотить ее мечты в реальность, то женщина вернет тебе в несколько раз большее удовольствие.
— Как-то ты мудрено говоришь, мелкий. Я, конечно, не жил в столице, но и не деревня, как ты выразился. Мой город стоял на торговом тракте, так что я много людей повидал на своем веку. А такое первый раз в жизни слышу. Ты случаем не аристократ? Помню, в трактире, где иногда останавливались всякие богачи, один аристократик тоже что-то такое мутное болтал о женщинах, только мне недосуг было слушать.
— Серил, — обратился я к третьему сидящему за нашим столом, — вот скажи мне, как опытный лошадник, какая кобыла будет быстрее, которую кормишь как следует и ухаживаешь за ней, или та, на которой пашут круглый день, а вечером дают всего пук соломы?