Чтение онлайн

— Ну и как, все в порядке? — вкрадчиво вопросил орк.

— Да, все хорошо, синяки сошли и ремень в порядке. Возможно позже придется подкорректировать вес, но пока все в норме.

— Тогда быстро займись раненым, которого сейчас принесут! Нечего тут сидеть со здоровыми бойцами, твое дело лечить больных! — Шуфар повернул голову в мою сторону и оскалился. — А тебе, мелкий, пора в свою камеру! Быстро!

— Хорошо, наставник. — Да уж, видимо, Толстяк, который должен был выйти на арену сразу после меня, не оправдал надежд Шуфара и проиграл бой. А иначе с чего это орк так взбеленился.

Пройдя в дверь, я посторонился, пропуская носилки с окровавленным телом Толстяка, хотя кличка ему уже явно не подходила, так как за последнее время он сильно похудел, и на его теле почти не осталось следов былого жира, а живот вообще исчез.

Вот что делают ежедневные изнуряющие тренировки с человеком. Выглядел Толстяк неважно, правая рука и нога в крови, лицо разбито, а глаза уже заплыли синяками. Такое впечатление, как будто его дубиной обработали.

Дальнейшее действо я не увидел, так как Ждан толкнул меня в сторону коридора, ведущего к каморкам для бойцов. Хотя какие мы бойцы, будем называть вещи своими именами — все мы просто рабы, предназначенные на убой.

Гладиаторы — вот кто мы, рабы, предназначенные развлекать толпу своей смертью и не более. Но ведь в истории Земли есть один гладиатор, которого помнят до сих пор, так почему бы и мне здесь не оставить такую память? Нет, я не собираюсь освобождать всех рабов и вести их за собой на бойню. Я просто выживу и отомщу всем, кто повинен в моем рабстве. Но отомщу я так, что это запомнят надолго!

Денис

Саар, сорок местных дней — довольно долгий срок прошел с моего сидения в яме до этого боя. Мой первый бой, к которому я готовился со всем рвением, на какое был способен. Готовился не потому, что боялся Лоскера, нет, а потому что просто горю желанием отомстить и получить свободу.

Теперь я убедился, что Оргел был прав на все сто процентов — свободу я получу, только выиграв столичный турнир. Былые мысли об убийстве Лоскера и снятии ошейника, иногда проскальзывавшие в моей голове, после ямы рассеялись. Ведь даже если я смогу перерезать всю охрану и подобраться к Лоскеру, то стоит мне пересечь зону действия управляющего моим ошейником кольца, как я умру. А это значит, что свободу Лоскер должен дать мне сам, своими руками и при большом скоплении народа. Эту возможность можно реализовать только на столичном турнире, который здесь проходит раз в год. Как и говорил шаман, победитель турнира получает свободу из рук императора, и даже Лоскер не сможет противиться этому. Подтверждение словам гоблина я слышал несколько раз из разговоров охраны и старожилов.

Кстати, теперь я знаю еще несколько языков людей, которые за это время помогла выучить серьга, ведь среди рабов почти все выходцы из разных стран. Разве что эльфов и дроу на здешних рабских рынках не найдешь, но говорят, что даже их продают подпольно. Многочисленные работорговцы успешно пополняют интернациональный контингент рабов, привозя их в империю из всех соседних государств. Вот, например, того же Гретуса привезли с северной границы, где в то время был военный конфликт между империей и ее соседом Кретией. Кстати, я выяснил, кто были теми двумя гадами, которые лупцевали мое бессознательное тело в бане, — это были земляки Гретуса, Крим и Лодей. Они еще не знают, что я понимаю все их разговоры и готовлюсь к мести. Ну будет им сюрприз.

А еще я смог выучить гоблинский, специально просил Оргела разговаривать со мной часами, когда попадал к нему на излечение, после тренировочных боев. Да уж, все тренировочные бои ничто, по сравнению с тем днем, когда меня вытащили из ямы. Шаман меня два дня выхаживал в своей комнатке, так как Лоскер не позволил меня лечить магией. Правда, мы с Оргелом использовали это время на полную катушку для обучения меня начальным навыкам контроля сети.

Как удивился старый шаман, когда я рассказал ему о своих успехах в видении ауры. Но еще больше его удивил мой способ концентрации с помощью музыки. Оргел даже посетовал, что давно не слышал хорошей музыки. Я думаю, он бы очень удивился, услышав тяжелый рок или классику в земном исполнении, так как судя по рассказам гоблина, такой музыки здесь нет.

Мои воспоминания прервал Шуфар, заявившийся в каморку, выделенную для отдыха бойцов.

— Завтра у тебя еще один бой, Недомерок. Постарайся показать все, на что способен, и порадовать зрителей.

Орк уже развернулся и хотел выйти, когда я задал свой вопрос:

— Наставник, так мне убивать их быстро или зрелищно? Если я убью противника быстро, то это еще можно будет назвать впечатляющим. Но если такой мелкий,

как я, будет скакать вокруг здешних гигантов и пытаться показать красивый поединок, то это будет уже смешно. Я просто не смотрюсь на фоне того же Клемента или Гретуса, так что зрелище скорее всего выйдет не впечатляющим. Как на это посмотрит хозяин?

— Тогда убей врага быстро, если, конечно, у тебя это получится. — Шуфар даже не обернулся, только на несколько мгновений застыл в проеме двери, чтобы ответить, и двинулся дальше.

Ульрика

Отпуск, как приятно это звучит, после трех лет работы без отдыха. А что поделаешь, если одного из лучших преподавателей академии некем заменить. Но в этот раз, когда директорисса обмолвилась о том, что людей не хватает и очередной отпуск придется перенести до появления нового учителя, способного меня заменить, чаша моего терпения переполнилась, и кабинет директориссы затопила отборная брань, которой никто не слышал от меня с последней войны, где я принимала участие. Жесткий ультиматум, в котором этой старой грымзе я пригрозила уволиться, подействовал как нельзя лучше и долгожданный отдых сроком на два саара был получен. К сожалению, директорисса не позволила выбить все три положенных саара отпуска, которые причитались мне за последние три года работы, но зато было получено обещание, что в следующем году лучший преподаватель академии также сможет отдохнуть два саара, вместо одного.

Часть отпуска я решила провести в империи, откуда была родом. Хотя воспоминания о детстве причиняли боль, я все равно приехала сюда. Не стоит забывать о своих корнях, даже если растут они из самого низа местного общества. К тому же теперь я не безродная городская девчонка, а уважаемая эльсира, да еще и преподаватель самой знаменитой академии, в которой обучаются даже королевские особы. А еще есть вероятность, что и я смогу помочь какой-нибудь девочке, как когда-то помогла мне моя учительница, заметив меня на улице и определив магические способности в мелкой и тощей пигалице, одетой чуть ли не в лохмотья. Естественно, что как только я поступила в академию и стала эльсирой, моя семья также была облагодетельствована и получила в собственность поместье и землю. Теперь мои младшие сестры и братик обеспеченные аристократы и уже давно имеют свои семьи. Брат живет с родителями все в том же поместье, которое процветает под его управлением, а сестры разъехались к своим мужьям.

Приехав в Роденту, мой родной город, я первым делом обошла всех знакомых, поговорила по душам с хорошими друзьями, а на закуску навестила некоторых недругов. Например, нашего старого соседа, мелкого торговца Красса, который в бытность ребенком издевался надо мною. Как приятно было наблюдать вытягивающееся лицо Милы, жены Красса, которая также шпыняла меня в детстве, когда, открыв дверь, она узнала меня. Посидев в гостях у Красса полсата и вдоволь поиграв на нервах семейства, вынужденного выказывать мне уважение, я с удовлетворением покинула этот гостеприимный дом. Выражение лица Красса, когда он сидел и через не могу развлекал дорогую гостью, я запомнила навсегда. Прямо бальзам на измученную душу работящего преподавателя.

В итоге перед поездкой к родным я решила с подругой, которую приобрела уже будучи эльсирой, посетить местную арену и поглазеть на бои. Хотя чего там смотреть боевому маннасу с моим опытом, но я поддалась на уговоры Алины и пошла за компанию.

Арена, на которой я была в первый раз, не произвела на меня впечатления. Семь рядов деревянных сидячих мест, поднимающихся ступеньками вверх, окружали большое овальное поле длиною в сорок и шириною в двадцать шагов, посыпанное желтым песком. Трибуны в середине одной из длинных сторон овального поля, предназначенные для аристократов и богатых горожан, были построены из камня, разделены на ложи и обставлены удобными креслами. В одну из таких лож и привела меня подруга. Как оказалось, ложа не была пуста и два кресла из четырех уже занимали глава города конд [9] Борейт и местный маннас Данелий.