Небесная Роза
Шрифт:
– Ты не хочешь спросить, почему у твоего господина столь невеселое настроение или с какой целью он вообще отправился в это небольшое путешествие? – в голосе Джаббара послышалось едва уловимое раздражение, и Джулиана поспешила придать лицу почтительно-заинтересованное выражение.
– Я очень хотела бы это узнать, но не осмеливалась спросить, повелитель.
– Я собираюсь встретиться с посланником султана, знаменитым и могущественным человеком по имени Юсуф Намади. Мне нужно перехватить его корабль еще до того, как он приблизится к Тунису и увидит, что моя столица охвачена волнениями. В Стамбуле недовольны некоторыми вещами, что творятся здесь. Султан опасается, что в Тунисе начнутся беспорядки и это помешает ему получать ежегодную дань со своих владений на африканском побережье.
– А из-за чего могут возникнуть беспорядки, мой повелитель? –
– Из-за того, что кое-кто еще надеется отнять у меня власть, данную Аллахом, раз он даровал мне все эти дни царствования! – гневно глядя куда-то мимо наложницы, ответил Джаббар. – Но напрасно мой противник старается: я не выпущу из своих рук того, что досталось мне после долгих лет упорной борьбы и мучительного ожидания.
– Но… мой милостивый господин! Разве бывший правитель Туниса, Касим, еще жив?
Произнеся эти опасные слова, Джулиана отступила от бея на шаг, ожидая, что ответом на ее вопрос будет очередная гневная вспышка. И действительно, тонкие губы Джаббара искривились, а глаза внезапно превратились в две узкие щелочки, когда он пристально взглянул на девушку, но это длилось совсем недолго. Минуту спустя лицо бея приобрело прежнее насмешливо-снисходительное выражение и его черты разгладились.
– Действительно, Зульфия, будет благоразумнее, если я запрещу тебе задавать какие-либо вопросы, – язвительным голосом сказал он. – Хочу довести до твоего сведения, что тебе разрешено гулять по палубе в любое время до наступления сумерек. Но завтра или послезавтра, когда произойдет моя встреча с раисом Юсуфом, старайся не попадаться на глаза мужчинам. И не забывай, что за твоим поведением неустанно будут наблюдать.
Резко повернувшись, Джаббар вышел из каюты, а Джулиана опустилась на высокое ложе из подушек, заменяющее здесь кровать, и задумалась. Она не все поняла из сказанного беем, но в одном не оставалось сомнения: бывший правитель Туниса, Касим, наследник древнего рода Хусейнидов и – увы! – возлюбленный Изабель, жив. Хотя многие считали его погибшим. А может, как раз и не считали? Господи, как же обрадуется бедняжка Изабель, когда она сообщит ей эту радостную новость!
Встреча Джаббара с посланником султана произошла на следующее утро, раньше, чем можно было ожидать. В небольшой бухточке южнее Туниса оба корабля бросили якоря, и влиятельный раис Юсуф пожаловал со своей свитой на судно бея. Переговоры длились все утро, а евнух Мустафа, которого Джаббар взял в путешествие для охраны своей наложницы, сообщил девушке, что корабли не двинутся в столицу Туниса раньше наступления сумерек. Поэтому Джулиана, позавтракав в одиночестве, решилась воспользоваться предоставленными ей правами и подлиться на палубу.
– В самом деле, лалла, не сидеть же тебе взаперти целый день, – согласился с ней Мустафа, которому и самому уже надоело томиться у двери охраняемой одалиски, в то время как наверху происходят столь важные события. – Когда еще ты получишь возможность взглянуть собственными глазами на знаменитого раиса Юсуфа, которому доверяет сам могущественный и всесильный повелитель всего мусульманского мира? Только представь, с какой завистью будут женщины гарема слушать твой рассказ!
Кивнув в ответ, Джулиана набросила просторное покрывало поверх темно-синего балахона с золотым шитьем, прикрепила чадру и поднялась в сопровождении Мустафы на палубу. Там собралось так много людей, что на ее появление никто не обратил внимания. Джаббар с влиятельным гостем прогуливались по корме. Джулиана постаралась получше рассмотреть раиса Юсуфа, но это ей плохо удавалось, потому что вокруг знатного гостя-турка выстроилась целая шеренга рослых телохранителей, не дававших возможности посторонним приблизиться к господину. Поэтому девушка, перебросившись парой замечаний с Мустафой, принялась созерцать портовые пейзажи и разглядывать убранство турецких кораблей, сопровождающих судно посла султана.
Внезапно Джулиане показалось, что палуба под ее ногами качнулась. Она крепко зажмурилась и протерла глаза, чтобы прогнать наваждение, но оно не исчезло. В это немыслимо было поверить, но прямо напротив нее, всего в нескольких шагах, стоял… Стивен Девери. Его светло-серый европейский костюм резко контрастировал с пышными одеждами мусульман, а темные, слегка выгоревшие волосы казались чем-то необычным на фоне белоснежных тюрбанов. Рядом с виконтом стоял какой-то молодой мужчина в дорогом турецком одеянии и что-то увлеченно
рассказывал своему собеседнику. Стивен слушал с понимающей улыбкой и время от времени произносил по-турецки несколько слов, которые Джулиана не могла разобрать, хотя старательно учила этот язык последние два месяца. Но сейчас она была слишком взволнована.– Нет, это невозможно, невозможно… Такое просто не может случиться! – прошептала она Пересохшими от волнения губами, хватаясь рукой за сердце.
Наверно, богатый турок сказал что-то забавное, потому что Стивен вдруг запрокинул голову и громко рассмеялся тем самым звенящим и хрипловатым смехом, который раньше всегда смущал Джулиану и выводил ее из себя. Но сейчас он заставил ее сердце радостно забиться в груди, вызвав целый поток ассоциаций и дорогих воспоминаний. Задохнувшись от нахлынувшего волнения и счастья, Джулиана забыла обо всем на свете, все смешалось перед ее глазами, и не осталось ничего, кроме этой до боли знакомой улыбки любимого человека, милых черт дорогого лица и серебристого смеха, который преследовал ее в сновидениях все долгое и мучительное время их разлуки. Повинуясь одному лишь неудержимому стремлению своего сердца, девушка бросилась к виконту, спотыкаясь от волнения на ройном месте и на ходу срывая с лица плотную вуаль, под которой ей вдруг стало нестерпимо душно.
– Стивен! Господи, неужели это ты, здесь, передо мной… Я не верю своим глазам, просто не могу поверить, что такое возможно!
Девушка остановилась напротив него, и ее сияющие глаза говорили о ее чувствах лучше всяких слов. Но она все еще не могла до конца осознать, что это он, ее дорогой и любимый Стивен. Приблизившись к виконту еще на шаг, Джулиана протянула руку и осторожно коснулась рукава его серого камзола.
– Да, это действительно не мираж. Ты здесь, рядом со мной, живой и здоровый.
– Джулиана… – едва слышно выдохнул Стивен, взволнованный не меньше этой неожиданной встречей. Но, к непомерному удивлению девушки, бурная радость в его глазах начала с ужасающей быстротой сменяться каким-то непонятным ей отчаянием и страхом.
– Стивен, ты смотришь на меня, как будто…
Джулиана не успела произнести больше ни слова. Двое подбежавших телохранителей бея грубо схватили ее за руки и оттащили от виконта, не обращая внимания на ее отчаянные протесты. Вокруг послышались возмущенные возгласы и гневный голос Джаббара. Осознав, что она натворила нечто ужасное, девушка изо всех сил пыталась вырваться из державших ее тисков, в то время как евнух Мустафа старался дрожащими руками пристегнуть на голове наложницы сброшенную чадру. Взглянув в наполненные смертельным испугом глаза евнуха, Джулиана почувствовала, как ее сердце наполняется противным холодом.
– О лалла, что ты натворила? – охрипшим голосом прошептал Мустафа, и от его голоса по телу Джулианы побежали ручейки холодного пота.
Джаббар что-то быстро говорил, яростно размахивая руками. Джулиана не успела осознать, как он оказался рядом, только все отчетливее понимала, что его появление здесь предвещает для нее огромную беду. Застонав от страха и бессилия, девушка бросила на Стивена умоляющий взгляд, но он уже не смотрел в ее сторону. Стоя рядом с разгневанным беем, виконт пытался что-то объяснить ему, и было похоже, что богатый турок, с которым Стивен незадолго до этого разговаривал, усиленно пытается помочь своему приятелю. Наконец Джаббар сделал решительный жест рукой, означающий окончание разговора, и подошел к одному из телохранителей, державших Джулиану.
– Хаким, – резко бросил он ему, не удостоив даже взглядом дрожащую от страха наложницу, – отведи эту негодницу вниз и проследи за тем, чтобы она получила двадцать ударов курбашом. До того как мы вернемся в Тунис, она не должна покидать своей каюты. Через неделю я призову ее к себе, и к этому времени следы от твоих ударов должны быть еще отчетливо видны на ее спине.
Телохранитель склонился в глубоком поклоне, а затем по его знаку двое других слуг бея поволокли Джулиану вниз. От смертельного ужаса у девушки перехватило дыхание, но еще сильнее страха оказалось чувство непомерного унижения. Не оставалось никаких сомнений в том, что Стивен слышал жестокое распоряжение Джаббара и знает, что с ней собираются сделать. О, лучше бы ей умереть, чем пережить такой немыслимый позор! Если виконт Девери затаил против нее злое чувство из-за того дурацкого побега и из-за того, что она так бессовестно выставила его полным идиотом в глазах моряков, то сегодняшний день вознаградит его сполна за все пережитые душевные мучения.