Не сдавайся
Шрифт:
— Господь дарует отличный ужин с прекрасным копом, за которым следуют потрясающие оргазмы, и мать может сказать своему мальчику, что его ждет поедание пиццы с хорошим мужчиной, на которого он равняется, — ответила я, после этих слов Мерри посмотрел на меня, и я взглянула на него в ответ. — А потом Господь забирает, посылая сумасшедшую церковную дамочку, которая стоит у меня во дворе и сводит меня с ума, произнося одновременно со всем этим слова вроде «спасение».
Мерри улыбнулся.
— Не уверен, что Господь подарил тебе эти оргазмы, милая, — ответил он. — И уж точно он не платил за ужин.
—
Мерри не перестал улыбаться, просто его улыбка стала дерзкой.
— Ребята! — крикнул Итан из дома, и мы оба, оглянувшись через плечо, увидели его в проеме штормовой двери. — Что происходит? Почему вы стоите там, пялитесь друг на друга, а не заходите, чтобы рассказать мне, почему папа и Пегги ведут себя как сумасшедшие?
Я уставилась на сына, который выглядел сердитым и обеспокоенным.
Я глубоко вздохнула, чтобы не сойти с ума от того, что Пег и Трент разозлили и обеспокоили моего ребенка.
Хорошо, что рядом был Мерри, который не просто находился рядом, но поддерживал меня и направлял, чтобы мы смогли добраться до дома.
А вот плохо, что ребенок был в этот момент в доме, и мне приходилось объяснять ему, что его отец и Пегги не ведут себя как сумасшедшие, потому что, по крайней мере, касательно Пег, она именно такой и была.
Мы вошли в дом, и Мерри едва успел закрыть за собой входную дверь, как Итан заговорил.
— Тебе нет нужды рассказывать, что произошло. — Он поднял голову. — Ты сказала мне идти в свою комнату. Но не говорила держать окно закрытым, чтобы я не мог смотреть и слушать.
И он был прав. Такого я не говорила.
Я сделала мысленную пометку именно так и поступить в случае повторения ситуации, и проговорила:
— Тогда я не уверена, что могу добавить хоть слово, малыш.
— Ты перешла на шепот, — обвинил он. — И той части я не слышал.
— А это потому, что ты и не должен был, дружище, — осторожно сказал Мерри.
Итан на мгновение уставился на Мерри, но только на мгновение.
Затем заявил:
— Точно, — подошел к телефону и выдернул его из подставки.
Я не была уверена, что все хорошо.
— Итан, — предупреждающе сказала я.
Он повернул ко мне свое сердитое лицо, потом опустил взгляд и стал нажимать на кнопки.
— Итан, — повторила я, двигаясь в его сторону.
Он поднес телефон к уху.
— Детка, — прошептала я, подходя ближе. — Может быть, тебе нужно немного подумать. Не принимай решений во гневе. Это может привести к плохим последствиям, о чем ты потом пожалеешь. А я не хочу этого для тебя, малыш.
Он посмотрел на меня, его глаза скользнули в сторону, когда я почувствовала, что Мерри остановился у меня за спиной. Затем Итан открыл рот.
— Алло, Пег? Это Итан, — сказал он. Немного подождал, а после продолжил: — Папа за рулем? Хорошо, я скажу вам. Я больше никогда не хочу вас видеть. Понятно? Ни вас, ни папу. Но вас в особенности. Я слышал, что вы сказали моей маме, и это неправильно. Папа знает, что все не так. Он прекрасно знает. Удивительно, почему вы не понимаете этого. Он оставил нас одних, и не может вернуться и вести себя глупо.
А вы не можете ничего сделать, потому что вы для меня никто.Итан глубоко вздохнул, и я вздохнула вместе с ним.
Потом он продолжил.
— Должен сказать, что это отстой, потому что я буду скучать по Мэри и Тобиасу. Но я не буду скучать по вам. Если вы еще раз побеспокоите мою маму, я скажу это прямо вам в лицо. Будете давить — скажу еще и судье. Я никогда не поеду с вами. Никогда. Если вы найдете способ заставить меня, я сбегу. Я должен заботиться о маме, именно это я и делаю, а вы заставили меня так поступить. Поэтому если у вас хватит сил повести себя прилично, обнимите от меня Мэри и Тобиаса. Может быть, когда мы все вырастем, мы сможем собраться вместе и поговорить о том, какая вы сумасшедшая. Но с этим придется подождать, пока мы не повзрослеем.
С этими словами он нажал отбой и бросил телефон на диван.
Сын снова посмотрел на меня.
— Ладно. Готово. Теперь у нас нет времени на пиццу. Нам придется съесть ее до того, как я встречусь с Тедди на игре, а это отстой, и я тоже виню в этом Пегги. — Он посмотрел на Мерри. — Мне нужно взять сумку, а потом мы можем ехать.
Договорив, он вышел из комнаты, а мы с Мерри повернулись, чтобы посмотреть, как он уходит.
— Хочу заметить, — тихо начал Мерри, мои мысли были заняты сыном, когда я посмотрела на него, — не уверен, насколько лучше я могу узнать твоего мальчика.
Я почувствовала, как мои губы изгибаются, но он еще не закончил. Мерри посмотрел на меня сверху вниз и сказал:
— Кажется, я только что влюбился, кареглазка.
Я не могла оставаться на месте. Ни за что.
Я качнулась к Мерри. И он поймал меня в объятия. Но говорить он еще не закончил.
— Он хороший человек, заботится о своей маме.
— Да, — прошептала я.
Мерри улыбнулся мне, мягко и мило.
В эту же минуту Итан ворвался в комнату, посмотрел на нас и остановился.
— Ладно, может, я ошибался насчет сентиментальности, потому что… гадость, — заявил он.
Мерри не отпускал меня.
Итан раздраженно вскинул руку.
— Мы будем есть пиццу или как?
— Мы будем есть пиццу, приятель, — сказал Мерри, опустив одну руку, но обхватив меня другой, чтобы направить в сторону Итана.
— Ты в порядке? — спросила я его, пока мы шли.
— Э… нет, — ответил Итан. — Пегги совсем спятила, а папа просто стоял и позволял ей все это болтать. Его волновало только то, что Мерри — коп. К чему это все?
— Ну… — я не была уверена, что мне хотелось на данном этапе делиться с Итаном информацией о судимостях и наркотиках Трента и, соответственно, его естественной неприязни к правоохранительным органам.
— Это не имеет значения. — Итан снова поднял подбородок и посмотрел на меня. — Он — слабак. Я не слабый. Я такой же, как ты. Я могу позаботиться о себе. И могу позаботиться о тебе. Я как Мерри, который весь такой: «Садитесь в машину и езжайте». Он очень зол и сердит, но все равно терпелив, хотя ты только взглянешь на него и понимаешь, как сильно он хотел накинуться на папу. — Итан посмотрел на Мерри. — Я бы хотел, чтобы вы так и сделали, хотя мама говорит, что бить людей неправильно. Папе нужно, чтобы в него вбили немного здравого смысла.