Чтение онлайн

Марек остался сидеть на своём месте и даже поёрзал, устраиваясь поудобнее. Я сразу вспомнила Красную Шапочку — она ёрзала точно так же..

— У тебя в школе суперы были? — Поинтересовался он как ни в чём не бывало. — Ах, да, ты же из деревни. Какие там суперы. — Он помолчал. — Значит, ты была школьной суперзвёздочкой. Самой умной. Учителя тебя любили. Ты была не просто лучшей, а самой лучшей. Под твою планку даже некого было поставить. А как только ты очутилась среди себе подобных, то сразу стало ясно, кто ты есть на самом деле. Никто. Сидела бы лучше дома, чем причинять беспокойство посторонним людям. И каково нам будет учиться здесь после

того, как ты уедешь — ты об этом подумала? Эгоистка маленькая. Уродка моральная. Мало тебя ремнём били, если били вообще.

Девочка опустилась на пол, рядом со своим чемоданом, глядя на Марека большими круглыми глазами. ТАК её ещё никто не оскорблял.

— Думаешь, если очутишься в обычной школе, тебе будет легче чем здесь? Как бы не так. Только кто-нибудь узнает, что тебя из «Штуки» выгнали… — Он хмыкнул, глядя, как Машины глаза стремительно наливаются слезами. — Ты станешь всеобщим посмешищем. — И поспешил уточнить. — Это в лучшем случае. Если у твоих родителей хватит возможностей, тебя переведут в другую школу, ты даже попробуешь притворяться обычным ребёнком, только навряд ли это получится. И придётся тебе проситься обратно. Когда тебе будет лет двенадцать, ты снова вернёшься в «Штуку», может быть даже в нашу, и придётся тебе учиться среди десятилеток. И опять же ты окажешься изгоем. Этакая дылда среди малышей. Тебе эти проблемы нужны? — Марек поднялся. — Ты подумай хорошенько. Обблевала ты свой скафандр — и что? У нас некоторые мальчишки тоже не удержались, до сих пор свои скафандры моют. Так в чём проблема? Никто из них и не собирается уходить. Наоборот, прикалываются друг над другом. — Уже около двери он обернулся. — Правда говорят, что все девчонки дуры. У вас головы совсем по-другому устроены, фиг разберёшься, что у вас там внутри…

— Подожди! — Слабым голосом окликнула его Маша. Марек остановился, вопросительно глядя на свою собеседницу. — А правда, что мальчики… тоже…

Тот не ответил и молча ушёл.

Мы остались одни. Маша долго сидела, съёжившись и обхватив себя руками, потом несмело улыбнулась.

— Я и вправду дура, — сказала она. — Уезжать собралась — глупость какая… Вы идите, девчата, и не бойтесь, я никуда не уеду. Просто посижу тут немножечко, а потом все вещи обратно разложу. И Мареку спасибо скажите.

Мы послушно удалились.

— Вначале я ему хотела по физиономии съездить, — сообщила Полина. — Но у тебя было такое лицо, мне показалось, что ты сделаешь это сама. А потом всё как-то так интересно образовалось. Я уже склонна поверить, что он психолог, и психолог очень хороший, слишком уж быстро всё разрулил, я и мяукнуть не успела.

— К Мареку зайдём?

— Зачем?

— Маша ведь просила ему спасибо сказать, — напомнила я.

— Ладно, давай. Хотя мне кажется, ничем хорошим это не закончится.

— Кстати, имя «Марек» — это довольно редкое, да?

— Оно не редкое, оно польское. А зачем ты спрашиваешь?

— Просто почему-то вспомнила.

Сожитель Марека висел в кресле и быстро-быстро перебирал руками, словно что-то вязал. Для современных людей, выросших в эпоху графического Интернета подобное зрелище было привычнее, чем вид сидящего за письменным столом. А разглядывать человека, который находиться в сети было так же неприлично, как… даже не могу подобрать сравнения. Как, допустим, рассматривать сидящего в туалете.

Именно поэтому, окинув Никиту быстрым взглядом, мы дружно повернулись к нашему психологу. На наш стук он отреагировал недовольным «Кто

там ещё?!», а увидев, что это мы, ничуть не изменил своего агрессивного настроения.

— Чего опять припёрлись?

Полина потеряла дар речи, что-то глухо промычала, и повернулась ко мне, всем своим видом показывая, что передаёт бразды правления последующим диалогом в мои руки.

— Тебе Маша спасибо сказала, — запинаясь, поведала я. — Она никуда не едет.

Марек, лежащий в постели и читающий потрёпанную книгу, даже не соизволил встать.

— А мне что с того? Я ей не брат, чтобы этому радоваться.

— Но ведь ты поговорил с ней. Мы думали, тебе интересно будет знать, чем всё закончилось.

— Это и так было ясно. Маменькина дочка. Слабая психика. Первый раз очутилась за пределами дома — её и начало крутить. А чем всё закончилось — это и ежу понятно, докладывать мне было необязательно… Кстати, вот вам ещё: разговаривать я с ней пошёл из-за эгоистических побуждений, решил проверить некоторые моменты. Получилось. А теперь — топайте отсюда, я вас не приглашал.

— Глупый ты, Марек, — сказала Полина.

— А ты умная? Почему тогда очков меньше, чем у всех?

Полина лучезарно улыбнулась. Для меня это было сигналом.

— Пойдём! — Заторопила я её, схватила за руку и потащила к выходу. — Нам ещё уроки делать нужно… Столько всего задали… А Маша сейчас, наверное, вещи обратно раскладывает… И пищевик у нас, наверное, скоро сгорит, там провода немного подплавились..

Не помню, что именно я тогда говорила; моей главной задачей было болтать без остановки, чтобы Полина в моём монологе не нашла возможности вставить свои комментарии по поводу поведения Марека. Это мне удалось, я вытащила её за дверь, а скандал так и не успел разгореться.

— Я знаю, зачем вы сюда пришли. — Бросил нам вслед Марек, когда дверь уже закрывалась. — Подлизаться ко мне. Думаете, что если вам самим придёт в голову уехать, я тоже буду вас отговаривать. Как бы не так. Пальцем не пошевельну!

— Урод моральный! — С чувством произнесла моя подруга, когда мы очутились за дверью.

— Ага! — Раздался в ответ довольный голос. Даже лёжа на кровати, он умудрился пожать плечами.

Дверь, наконец-то, захлопнулась.

Полина понемножку остыла.

— А я говорила, что ничем хорошим это не кончится, — произнесла она таким тоном, будто обвиняла меня во всём, что случилось.

— Мы его поблагодарили — и то ладно.

— Есть такой тип людей, которые в любой гадости могут найти что-нибудь хорошее. Ты, наверное, из таких, да?

— Наверное.

Стрелки на часах приближались ко времени, которое было назначено Полине Красной Шапочкой. Моя подруга, обложившись книгами, в позе лотоса сидела на своей кровати. По тем лукавым взглядам, которые она время от времени бросала в мою сторону, я поняла, что мне устроена какая-то мудрёная проверка. И как, позвольте спросить, на всё это реагировать? Напомнить о встрече или не стоит?

Терпение, оказывается, — не самая сильная сторона моей новой сожительницы. В девять часов Полина слегка заволновалась, в пять минут десятого — начала тихо паниковать, в десять минут десятого её беспокойство достигло своего апогея.

— Бахмурова! — Наконец, позвала она.

Я подняла голову от персональника:

— Что?

— Я пойду посмотрю, чем там ребята занимаются.

— Хорошо, иди.

Полина вскочила с постели, сделала несколько шагов по направлению к двери, потом вернулась обратно.