Чтение онлайн

— Нет, — решительно замотала она головой. — Хотя, полагаю, многие будут. Но не верьте им. Каждый, кто носит на себе этот знак, вступил в ряды Пожирателей смерти добровольно, уж я-то знаю, о чем говорю.

— Как же так получилось, что ты стала преступницей, Беллатриса? — философски поинтересовался Шафик.

Она вновь закатила глаза и вспомнила, за что его невзлюбила. За высокомерие и привычку всех поучать.

— А как ты докатился до такой жизни? — решила она ответить вопросом на вопрос. — Ведь ты чистокровный волшебник, слизеринец, а вместо того, чтобы

сражаться за права волшебников, сидишь в этом кабинете вместе с грязнокровками и предателями.

— Сама-знаешь-кто не является последователем Салазара Слизерина, и ты прекрасно это понимаешь, если не глупая.

— Конечно, нет, — согласилась она. — Темный Лорд добился гораздо большего.

— Да, но теперь он повержен, — злорадно ухмыльнулся Шафик.

— Не радуйся раньше времени, — ехидно улыбнулась Белла в ответ. — Вы просто не все о нем знаете.

— И чего же мы о нем не знаем? — вопрошающе приподнял он брови.

— А ты подойди поближе — скажу, — пообещала она, лукаво улыбнувшись.

Шафик охотно сделал несколько шагов по направлению к ней.

— Ближе, ближе, — ласково продолжала она, поманив его рукой.

Тот подошел почти вплотную.

— Еще ближе, — улыбалась Беллатриса.

Он склонился и оперся руками на подлокотники ее кресла, так что дистанция между дознавателем и допрашиваемой уже нарушала все рамки приличий.

Шафик немигающим взглядом смотрел ей в глаза и не заметил, как правая рука женщины потянулась к сапогу.

В следующее мгновение серебряное лезвие полоснуло его по шее, а лицо и мантия Беллатрисы обагрились кровью.

Она с силой оттолкнула от себя кряхтящего противника, и он рухнул на пол.

«Неудачный разрез. Надо бы добить» — мелькнуло у нее в голове, но больше ничего предпринять она не смогла, потому что в кабинет ворвались люди.

Беллатриса едва успела спрятать нож обратно в сапог.

Первым вошел пожилой мужчина, типичного вида кабинетный силовик среднего телосложения с ровно стриженными седыми волосами и суетливой походкой. За ним следовал уже знакомый Браун.

Вид коллеги, корчащегося на полу в луже собственной крови, произвел на них сильное впечатление.

— Хватай ее! — скомандовал первый, а сам бросился оказывать помощь пострадавшему.

Браун кинулся к Беллатрисе и скрутил ей руки.

Старик вызвал еще нескольких волшебников. Шафику быстро остановили кровотечение, наложили бинты и вынесли его прочь.

— А теперь с тобой… — поднимаясь и отряхиваясь, проговорил пожилой мракоборец, которого, как поняла Беллатриса, звали Салмон. — Браун, привяжите ее к креслу. Боюсь, иначе потолковать не получится.

Конвоир исполнил приказание, а сам сел на скамью у двери кабинета.

Оценивающе взглянув на задержанную, Салмон взмахнул волшебной палочкой и убрал кровавые пятна с ее лица и одежды. Затем он взял лист пергамента и вертикально поставил на него перо. Оно застыло неподвижно, балансируя на острие.

— Протокол допроса Беллатрисы Лестрейндж, обвиняемой в применении непростительных заклятий и причинении тяжкого вреда здоровью Фрэнка и Алисы

Долгопупсов, от 1 ноября 1981 года, — монотонно продиктовал он, и перо тут же заскрипело по бумаге.

Тем временем, мракоборец неторопливо взял стул и сел напротив допрашиваемой на почтительном расстоянии.

— Акцио, нож! — вздохнул он, и серебряный кинжал, выпрыгнув из сапога женщины, приземлился прямиком ему в руку.

Еще один взмах палочкой, и улика исчезла. Мракоборец вновь повернулся к обвиняемой.

— Зачем же ты это сделала? — устало поинтересовался он.

— Что сделала? — не поняла Беллатриса.

— Я про моего помощника. Он, что, пытался причинить тебе вред?

— Нет, — возразила она. — Вы правда думаете, что для того, чтобы убить мракоборца, мне нужна причина?

Салмон снова вздохнул.

— А кто пытал Долгопупсов?

— Я, — откровенно призналась она.

— Но ведь вас там было четверо, если не ошибаюсь?

— Верно, но пытаю, как правило, всегда я.

— А почему?

— Какая к черту разница?! — вспылила она. — Так сложилось!

Мракоборец нахмурился.

— Ну а цель у вас была какая-то? Или для того, чтобы ворваться в дом мракоборцев и применить к ним пытки, вам тоже не нужна причина?

Беллатриса мрачно усмехнулась.

— Была. Мы полагали, что они знают, что случилось с Темным Лордом.

— А они и правда знали?

Она задумалась.

— Сложный вопрос… но, скорее, все-таки, нет.

— То есть, Вы пытали их наугад?

— Я Вам больше скажу! — разозлилась она. — Отчасти я сделала это для собственного удовольствия! Вы это хотели услышать?

— Я ничего не хотел, — покачал он головой. — Честно говоря, беседа с Вами, миссис Лестрейндж, не доставляет мне ни малейшей радости.

— Тогда, может, мы уже ее закончим? — предложила Беллатриса. — Полагаю, вам и так хватит материала для передачи дела в суд.

— Из вышесказанного можно сделать вывод, что в содеянном Вы не раскаиваетесь? — спросил он на всякий случай.

— Разумеется, нет.

— Девочка, ты хоть понимаешь, что тебе грозит пожизненное заключение? — уныло поинтересовался Салмон, глядя на нее чуть ли не с сожалением. — Ты хоть представляешь, ЧТО такое Азкабан?

— Да уж представляю! — огрызнулась она. — Дементоров встречать доводилось! Но я не собираюсь проводить там всю жизнь. Темный Лорд скоро вернется и освободит нас! И тогда Долгопупсы и перерезанное горло вашего друга покажутся вам детскими шалостями в сравнении с тем, на что я способна!

Салмон разочарованно поджал губы, но ничего не ответил.

— Допрос можно считать оконченным, — продиктовал он своему перу, вставая с места и подходя к столу. — Браун, отведите ее в камеру и скажите, что можно отправлять в Азкабан. Думаю, до суда она больше не понадобится.

Конвоир подошел, развязал заклинанием веревки, и крепко схватил Беллатрису за руки, удерживая их за спиной.

— Да не бойся ты ее так! Я же забрал нож! — махнул Салмон рукой.

Браун отпустил женщину, но наставил на нее волшебную палочку.