Наследники Слизерина
Шрифт:
— Ну не то, чтобы все, — аккуратно начал Рудольфус. — Но ходят слухи, что твоя сестра спуталась с этим самым Тонксом, порвала связи с семьей и теперь живет у него.
— Да, — нехотя подтвердила Беллатриса. — Она тайно от всех нас вышла за него замуж. Никогда не прощу себе, что не помешала ей. А я ведь знала, что они встречаются! Но из-за всех наших дел совершенно забыла об этом. Да и Меда клялась мне, что не будет ничего предпринимать этим летом…
— Не казни себя, — попробовал утешить ее Рабастан. — Ты бы все равно не смогла ее остановить.
Белла ничего не ответила. Рудольфус бросил
— Что же ты думаешь делать теперь? — осторожно поинтересовался он.
Белла нахмурилась. Об убийстве сестры и новоиспеченного «зятя» она думала с того самого момента, как узнала о случившемся. Не существовало лучшего способа смыть позор.
Словно прочитав ее мысли, Рудольфус сразу же принялся ее отговаривать.
— Даже не думай! Ты немедленно попадешь под подозрение, и тебя поймают! А потом еще выяснится, что ты причастна к убийству Аллен. Оно того не стоит!
— Да! Не для того мы все так тщательно продумали, чтобы теперь попасться! — вторил Крауч.
— И разве поднимется у тебя рука на родную сестру?! — возопил Рабастан.
К несчастью, правы были все трое. Белла и сама это прекрасно понимала. Да и не в силах она была после всего пережитого в последние месяцы спланировать еще одно преступление.
— Не собираюсь я их убивать! — злобно буркнула она, ужасно сожалея о том, что вынуждена принять именно такое решение. — А что думают обо всем этом Пожиратели?
Друзья переглянулись.
— Н-ну… — начал Крауч, как всегда, всех опередив. — Ничего они не думают. Какое им дело, вообще? Болтают, конечно. Но сказать тебе что-то в лицо никто не осмелится.
Беллатриса прекрасно понимала, что друг пытается ее утешить и наверняка многое скрывает.
— Конечно, они не осмелятся, — подтвердил Рудольфус. — Да их наша матушка тогда со свету сживет! Она тебя обижать никому не позволит. Да мы и сами им покажем, если что. Благо, опыт имеется!
— А Темный Лорд? — напряженно спросила Белла.
Друзья несколько растерялись от этого вопроса, и после паузы ей снова ответил Крауч.
— Не знаю я, что он думает. В голову к нему не заглядывал. Да и что ему думать? Он же понимает, что ты ни в чем не виновата.
Белла почему-то полагала, что едва ли этот человек станет утруждать себя тем, чтобы кого-то понимать.
— А он говорил об этом что-нибудь?
— Делать ему больше нечего, как лезть в твои семейные проблемы, — фыркнул Рудольфус. — Брось, Беллс! Чем больше значения ты будешь этому придавать, тем хуже для тебя. Хватит сидеть тут и страдать! Выберись уже куда-нибудь! Мама про тебя все время спрашивает, переживает, куда ты подевалась и почему не заходишь.
Невзирая на все эти аргументы, Белла была категорически не готова к тому, чтобы оказаться сейчас в штабе Пожирателей смерти. И, вообще, в ее планы не входило появляться там раньше зимних каникул. К тому времени, наверняка, уже все уляжется.
— Н-нет, — уклончиво начала она. — Родителей не хочу оставлять, да и Цисси тоже… и к школе надо подготовиться, сходить в Косой переулок…
— В Косой переулок? Отлично! — Рудольфус вскочил с кресла. — Отправимся туда прямо сейчас! Должны же мы
хоть куда-нибудь тебя вытащить!Остальные тоже преисполнились энтузиазма и поднялись с мест.
Беллатриса попыталась что-то возразить, но не успела оглянуться, как ее деликатно подняли с кресла и повели к выходу.
— Надо хоть список взять, — спохватилась она.
— Какой еще к черту список! — возмутился Рудольфус. — Если для тебя покупать учебники — это развлечение, то займешься им в другой раз, а сегодня у нас планы поинтереснее. Слышала, в Косом переулке на прошлой неделе открылось новое улетное местечко? «Хромой гиппогриф» называется.
Белле на прошлой неделе совершенно не было дела до вновь открывшихся «улетных местечек», так что она, разумеется, была не в курсе.
Заведение и правда оказалось неплохим. С громкой музыкой, прекрасным ассортиментом напитков, милыми круглыми столиками, кожаными диванами и даже танцполом. Белла решила ни в чем себе не отказывать, и впервые за много дней ей удалось забыть обо всех своих неприятностях и повеселиться от души.
Домой она вернулась за полночь, и предусмотрительно трансгрессировала прямо в свою комнату, чтобы никто ненароком не заметил ее «веселого» состояния.
То, что друзьям, казалось, не было никакого дела до того унизительно положения, в котором теперь находилась ее семья, подняло Белле настроение и вернуло надежду на то, что не все потеряно. Но появиться в доме Лестрейнджей до отбытия в Хогвартс она так и не решилась, хотя с друзьями виделась еще несколько раз, а также вместе с Рабастаном ходила в Косой переулок, чтобы приобрести все необходимое к седьмому курсу. Постепенно Белла стала обретать прежний самоуверенно-непоколебимый вид. В Хогвартс-экспресс девушка вошла без страха, прекрасно понимая, что едва ли кто-то посмеет что-нибудь ей высказать, зная ее незаурядные магические способности и привычку пускать их в ход по поводу и без. Кроме того, как и обещала Макгонагалл, Белла получила значок старосты школы, а, следовательно, начальников над ней уже не было никаких, не считая, конечно, профессоров, но с ними Белла ладить умела.
Примечания:
Полное имя Теда Тонкса по словам Джоан Роулинг Эдвард Тонкс.
Последний курс
— Что это? — в ужасе прошептал Рабастан, когда они сошли с платформы.
— Где? — раздраженно поинтересовалась Белла, целиком и полностью занятая очисткой подола своей мантии и параллельно пытаясь вычислить "самоубийцу", который посмел на него наступить.
— Там, где кареты… — пролепетал Рабастан.
Его тон заставил Беллу насторожиться и удостоить внимания то место, куда он осторожно указывал рукой.
Подняв глаза, девушка так и застыла.
В кареты, которые всегда передвигались самостоятельно, сегодня были впряжены какие-то странные существа редкостного уродства. Они отдаленно напоминали лошадей, но при условии, что эти лошади уже скончались, пролежали пару дней на солнцепеке, затем каким-то чудом ожили и появились в Хогсмиде. Их исхудавшие скелетоподобные тела были дополнены широкими жилистыми крыльями, точь-в-точь как у летучих мышей, а огромные белые глаза не имели зрачков, что, несомненно, добавляло инфернальным тварям жути.