На запад
Шрифт:
— Чувствуешь себя лучше? — спросил я, улыбаясь и глядя на неё сверху вниз.
В ответ она сжала мою руку.
Проходя мимо продовольственных стендов, я заметил мужчину, сидящего на лавочке и наблюдающего за нами. Он был примерно нашего возраста с короткострижеными светлыми волосами, отличным загаром и одет так, словно только сошёл со страниц элитного каталога одежды. Без стеснения осмотрев нас, он блеснул своей белозубой улыбкой и, когда Кэт отвернулась, поднял вверх большой палец, а затем достал мобильник и сфотографировал.
Притянув Кэт поближе, я направил её в другую сторону,
В тот понедельник я проснулся в шесть утра, чтобы собраться на работу, и как можно более осторожно попытался выпутаться из сплетения наших с Кэт рук и ног. Джози приподняла голову и с любопытством уставилась на меня, расхаживающего голым по комнате. Дойдя до двери, я посмотрел на Кэт, взглядом лаская её формы, спрятанные под стёганым одеялом. Было что-то прекрасное в том, как уязвимо и расслабленно она выглядит во сне, наконец опустив свою защиту.
Я собирался пойти на работу в продуктовый магазин всего лишь на несколько часов, но уже не мог дождаться того момента, когда снова вернусь к ней. Без сомнений, я безумный дурак.
Приняв душ, я впервые за несколько дней взглянул на себя в зеркало и отметил, что борода уже отросла. Мой член подпрыгнул в предвкушении ещё раз бреющей меня Кэт, и в этот раз, возможно, даже сидящей у меня на коленях.
На выходе наступив на что-то холодное, я обнаружил у себя под ногой четвертак. Взяв, я бросил его на столешницу в ванной, следя за тем, как с металлическим звуком вращается подобранная монетка, пока, наконец, не останавливается.
Воспоминания нахлынули на меня с силой товарного поезда.
Сделав глоток бурбона, я чуть развернулся за тёмной деревянной поверхностью барной стойки, размышляя о песне, которую хотел выбрать в музыкальном автомате для соблазнения той женщины в красном, сидящей через два стула от меня.
— Люк Харрингтон! — Голос моего друга Декера с оглушающим звоном пронёсся над баром. Это его обычный способ заявить о своём приходе. — Неужели это праведник «Ноябрьская борода» тут охотится? — произнёс он, хлопая меня по спине.
— Спасибо, чувак, — сказал я, потирая лицо, но всё ещё не отвлекаясь от рыжеволосой красотки.
Проследив за моим взглядом, друг одарил меня понимающей улыбкой.
— Цель обнаружена.
— Разумеется.
— Уже определился с планом нападения?
Я подкинул монету в воздух и поймал её.
— Нет. Полагаю, это будет импровизация, — сказал я, вставая и поправляя серый пиджак. — Чувствую, передо мной стоит трудная задачка.
Широко распахнутыми от шока глазами я уставился на своё отражение в зеркале. Пройдясь ладонью вдоль растительности на своём лице, я вспомнил о том, что мы с друзьями каждый год в ноябре отращиваем бороду, чтобы посмотреть, кто к концу месяца сможет отрастить самую
длинную.И моё имя... Я Люк Харрингтон. Теперь я вспомнил.
Обдумывая свои воспоминания, я чувствовал, что есть ещё много того, что я не в состоянии вспомнить. Словно какой-то барьер мешает мне увидеть всю картину в целом. Что бы это ни было, оно могло бы вернуть мои воспоминания и ответить на все важные вопросы о моей личности.
Кэт я ничего не сказал и, поцеловав её на прощание, отправился в город, будто ничего и не случилось. Уже в магазине, пополняя полки, с бэйджиком на груди, на котором было указано моё имя, я снова и снова обдумывал неожиданные вспышки прошлого. Горожанам, заходившим в магазин, было любопытно узнать обо мне. Одна пожилая женщина с тёмной кожей и серебряными прядями в чёрных волосах зашла уж слишком далеко, напрямую интересуясь о моих отношениях с Кэт.
— Я её друг, — не задумываясь ответил я.
Она взглянула на бэйдж с моим именем.
— Вэст, и как долго вы вместе?
— На самом деле, не слишком давно.
Женщина небрежно взяла банку кукурузы с полки и сказала:
— Я никогда не думала, что однажды дождусь того дня, когда у этой молодой женщины появится мужчина в доме. Я была уверена, что она такая же, как и я.
— Почему?
— Она держалась сама по себе, и я слышала, что её отец сидит в тюрьме. Может, она стыдится его, кто знает. — Женщина пожала плечами, поставив кукурузу обратно на полку, а затем похлопала меня по руке. — Ладно, но ты уж позаботься о нашей Кэт, хорошо?
— Да, мэм. — И прежде чем она успела выйти из магазина, и как я отметил, практически ничего не купив, я окликнул её: — Между прочим, она не стыдится своего отца. Он попал в тюрьму, пытаясь её защитить.
Женщина улыбнулась.
— Хорошо, я рада, что теперь у неё есть ты, чтобы защищать её.
После того, как она ушла, я задумался, что есть и другая сторона медали. Может, Кэт нужно защищать от меня?
Вернувшись домой, я обнаружил Кэт в тренажёрном зале. Не прерывая её, я забежал в дом, переоделся в тренировочные штаны и кроссовки и присоединился к ней, радуясь, что на некоторое время можно отложить разговор.
Несколько минут я просто пялился на девушку, пока та поднимала небольшую гирю над головой. Закончив, она указала на белую доску, прибитую к стене.
— Это программа тренировок. Три минуты упражнений, и одна минута отдыха.
Кэт опустилась на пол в позицию для отжимания, и я присел рядом с ней.
— Сколько?
— Стараюсь больше сорока.
С лёгкостью она выполнила первые двадцать отжиманий, но потом замедлилась. На двадцать пятом я начал издавать мучительные стонущие звуки, пытаясь сбить её с толку.
— Заткнись-заткнись-заткнись, — сквозь стиснутые зубы прошипела Кэт и на дрожащих руках продолжила подниматься. Я дразнил её до тех пор, пока она не свалилась на мат, недоделав лишь одно отжимание до цели. — Твою мать, — выдохнула Кэт, ударив меня по руке.
Я засмеялся и подал ей руку, чтобы помочь подняться.
— Прости, я не смог удержаться.
Когда Кэт снова взглянула на меня, я заметил в ней что-то необычное — что-то, что не могло меня не тронуть.
— Всё в порядке?