Мятный леденец
Шрифт:
Ну и что дальше? Позволить себе влюбиться в этого парня, а через неделю лицезреть его с новой девушкой? Я так не смогу. Я не такая уж и сильная. Нужно поговорить с ним и расставить все точки над «i». Второй раз мое искалеченное сердце не выдержит тяжёлого любовного фиаско.
– Ты готова? – спросил Максим, заглядывая в ванную? – Чудесно выглядишь, идём.
Мы вышли из комнаты и направились по коридору к лестнице, которая должна была привезти нас к выходу из дома.
– Максим, а твои родители...
– не договоривши, я замялась, мне будет очень стыдно, если вчера о наших действиях знал весь дом, да и сегодня….
– Они обычно после шести утра уезжают… - правильно меня понял парень, – не волнуйся.
Действительно,
До учебы мы ехали молча, точнее Максим разговаривал по телефону, а я готовилась отхватить люлей. Ни халата, ни чепчика, ни тетрадей у меня с собой не было. Надо попросить у девчонок из общежития, у них по любому есть запасные.
День оказался суматошный, сначала мне пришлось побегать в поисках халата, а потом отдуваться за невыученный материал. Сегодня нас разделили на две группы, и занятия мы посещали по очереди, иначе преподаватели не могли за всеми нами уследить.
В кармане зазвонил телефон, достав его, увидела на фотографии Катю.
– Двигай в курилку, мы уже все взяли.
Сменив курс направления, я чуть-ли не побежала к девочкам. Спасительницы мои, мне не придется торчать в очереди битый час, а потом пытаться съесть все за три минуты до звонка.
Сегодня лавочка была занята, так что я не сразу рассмотрела подруг среди кишащих учеников в белых халатах. Девочки стояли возле стен общежития и ели пиццу. Завидя меня, Катя сразу полезла в сумку, чтобы достать мне свою добычу. Приняв из рук подруги горячую пиццу, я довольно мурлыкнула и с удовольствием вонзила в нее свои зубы.
– Почему ты не сказала, что вы с Максом встречаетесь? – немного обиженно спросила Катя, прикуривая сигарету.
Чуть не подавившись последним кусочком пищи богов, я непонимающе и осуждающе посмотрела на подругу.
– Что ты несёшь…
– Ой, да ладно тебе, хватит ломаться, мы уже все знаем, - заявила довольная Катя.
– Кать, кажется, она действительно не понимает, о чем ты… - проговорила Аня, глядя на мое ошарашенное лицо.
– Но, как же…, - растерялась Катька. – Максим мне сегодня отказал...
– видя крайнюю степень офигевания на моем лице, подруга поспешила добавить, – я хотела пригласить его в кафе, все-таки он мне с первого курса ещё нравился… а он сказал, что уже обзавелся любимой девушкой…
Катя ещё что-то говорила, но я уже не слушала ее. В голове набатом стучало – «обзавелся любимой девушкой…». Любимой, мать вашу, девушкой! И когда только успел?
Ну вот, а собственно на что ты надеялась Лиза? Самое обидное, что я только сейчас поняла, что действительно влюбилась в него за этот короткий срок. Может я его плохо знаю, да и связывал нас, по сути, голый секс, но израненное сердце искало защиты, угол, широкую спину, за которой можно спрятаться и позабыть о своих проблемах. И в поисках своего, тёплого и родного человека оно опять напоролось на глухую стену, покрытую тысячами ветвями с острыми шипами, и сейчас вновь отравленное сердце по крупицам выстраивало вокруг себя нерушимую стену.
– Лиз? Лиза! Хорош в облаках витать, у тебя телефон уже второй раз звонит!
Я с удивлением подняла глаза на подругу и тут же вскрикнула от боли. Прикуренная сигарета полностью истлела и, добравшись до пальцев, обдала жаром. Выкинув окурок, я достала телефон. Олег.
– Привет, извини, что вчера так получилось… ты ведь знаешь свою мать, если ей что-то взбредёт в голову, то считай все – попали.
– Ха-ха, дааа, в этом она вся…
– Ты закончила на сегодня?
– Нет, ещё одна пара.
– Что-то серьезное? Сможешь отпроситься?
– Я… да.
– Давай тогда, я жду тебя возле административного корпуса.
Объяснившись с девочками, я позвонила куратору и, обрисовав ситуацию, попросила ее связаться с преподом по гистологии.
Кажется, время разговора
пришло. Не представляя, как я буду разговаривать с отчимом, я пошла к административному корпусу, ещё издали, заметив лэнд ровер Олега. Тот, посигналив, подъехал поближе, лишая меня пары минут времени, не давая мне собраться с мыслями. Когда я подходила к дверце автомобиля, колени дрожали, захотелось плакать, как будто я нашкодившая, сопливая девчонка, которая разбила любимую мамину вазу, которая знает, что сейчас ее будут ругать.Спасибо, что не начал говорить по дороге, интересуясь лишь, где и как я вчера провела время, как началась учеба и куда подевалось платье. Кхм, как бы это не то, о чем можно говорить с мужчиной, так что пришлось в спехе придумывать историю о пролитом вине и не успевшем высохнуть платье.
Дома мы оказались в считанные минуты, так как, невзирая на обеденное время, пробок по городу почти не было. В квартире работал телевизор, транслируя какой-то российский сериал. Быстро избавившись от туфель, я направилась в сторону шума. Инстинктивно пытаясь найти какой-либо отвлекающий фактор, чтобы не смотреть Олегу в глаза и не зацикливаться на вопросах, а главное на своих ответах.
Олег уселся в кресло, и, потерев лицо двумя руками, словно умываясь, проговорил:
– Лиза, я все понимаю, и спрашивать тут особо не о чем. Просто скажи, почему?
Я молчала, не зная, что сказать.
– Почему ты нам ничего не сказала, Лиза?! Почему ты позволила чужим тебе людям решать эту проблему?!
Я стояла и молча плакала, опустив голову. Будто это я виновата, что это вообще произошло, почему я вообще должна была об этом кому-то говорить? Срывать горло каждый раз, когда плачу, бередить душу ненужными воспоминаниями, которые преследуют меня в ночных кошмарах. Сколько раз я задавалась вопросом «почему?». И ревела в подушку, жалея себя каждой клеточкой своего сознания и искалеченного тела. И, проревев так несколько дней подряд, мне стало противно, я ненавидела себя за такое состояние, за жалость, красные глаза и искусанные до крови руки, когда я пыталась заглушить особенно сильные рыдания. Тогда я жалела, что познакомилась с Ярославом, жалела, что не распознала под лживой улыбкой хищника. Ненавидела себя за то, что влюбилась и доверилась. Ненавидела себя так, что в один из таких дней пришла апатия, а я обнаружила себя в ванной с лезвием в руке. О нет, я не резала вены, я резала плечи, короткая жалящая боль отрезвляла, так же, как и вид крови.
– Внимание, срочные новости. Сегодня погиб Ярослав Архипов, известный сын олигарха Марины Аркадьевны Архиповой, владелицы торгового центра «Юг». В 12 часов дня Ярослав Сергеевич ехал в аэропорт со своей девушкой, когда черный седан марки «БМВ» пятой модели, вырвался на встречную полосу и протаранил машину Архипова. Ярослав, желая избежать столкновения, вывернул руль и улетел в кювет. Водитель седана скрылся с места преступления, сейчас ведутся его поиски. Предполагается, что это было умышленно. На видео с камеры видно, что водитель седана не терял управления, а осознанно пошел на таран….
Я стояла как громом поражённая… это… это же…
– Теперь я могу не отвечать на вопрос?
Не дожидаясь ответа, я рванула в свою комнату и закрыла дверь на замок.
Я упала лицом на подушку и дала волю слезам, только это были уже другие слезы, они не причиняли боли, не выжигали душу и не заставляли болезненно сжиматься сердце. То были слезы облегчения. Господи, прости меня, но я была рада, сейчас я испытала удовлетворение. Мне стало понятно выражение – месть сладка. Я чувствовала как рушатся все возведённые мною стены, я плакала и чувствовала как из меня выходит боль, выплёскиваются страдания, обида и злость. Я плакала и ощущала, как возвращаюсь к жизни. Уже засыпая, я была уверенна, что с завтрашнего дня больше не будет фальшивых улыбок и не придется делать вид, что все хорошо.