Чтение онлайн

Из первой двери выскользнул и Родерик. Сэр Конрад хотел было запретить ему, но передумал. Мальчик уже большой.

Он скользнул взглядом по запертым дверям женских спален. На его безмолвный вопрос сын прошептал:

— Они закрылись изнутри.

Правильно, подумал сэр Конрад. Восточные женщины, да еще в первую ночь в доме... Они не выйдут.

Коридор был пуст, и ни единого звука не долетало из-под дверей. Но шорох, еле слыщный и непонятный, шел от задней стены — той, в которой, по словам старого Джона, была потайная дверь.

Наверняка Торин и его друг Алан успели исследовать

эту тайну, ибо они уверенно отодвинули покрывающую пол шкуру, а под ней обнаружился обыкновенный замок и запертые им две железные скобы: одна вбита в пол, а другая — на длинной полосе стали, что уходит под каменную стену.

В полу было выдолблено полукруглое углубление, позволявшее рычагу провернуться от одной стены до другой, с осью в торце коридора. Что Торин и сделал.

Каменная стенка повернулась вместе с рычагом. Просто и остроумно придуманное устройство — поворотный круг, позволяющий части стены развернуться под прямым углом. В результате образовались два узких прохода, куда мог протиснуться человек, но только из коридора в башню. С другой стороны ни запора, ни рычага не было.

Но у лорда Ардена не было времени восхищаться остроумием потайной двери. В тот момент, когда, она открывалась, снаружи донесся шум драки и крики ярости. В одну секунду тихая и пустая башня наполнилась факелами, звуками и людьми.

К величайшему удивлению графа, первым он различил голос Джона Баррета. Старый бейлиф кричал:

— Вор! Вор! Держи вора! — и показывал на кого-то пальцем.

А по винтовой лестнице сверху и снизу вбегали люди. Лорд узнал Ласситера и Робера де Рош-Мор, назначенных один — часовым на башне, другой — охранником во дворе. Откуда-то выскочил вдруг рыцарь Куно, который, как знал лорд Арден, должен был охранять рабов... В свете факелов блестели воинские доспехи, шлемы, мечи. Торин с Аланом тоже обнажили оружие.

А посреди комнаты, замерев в страхе, стояли те, из-за которых случился весь тарарам. Три темных, лохматых и оборванных чучела, что напоминали людей только двуногими силуэтами. Три заросших лица, на которых не видно глаз. Пять рук, в ужасе вскинутых перед вооруженными воинами. А в шестой руке была... книга.

Книга?!!

Тонкая, в кожаном переплете и, следовательно, бешено дорогая.

— Воры! — продолжал кричать бейлиф, пока не заметил вошедших лорда и леди. Тогда он с торжеством объявил: — Я поймал воров, Ваша Милость! Эти трое — наглые воры!

— Это рабы, — сказал тихо фон Лихтенвальд.

— Как они попали сюда? — удивленно шепнула Леонсия, но Куно ее услышал.

— Прошли через подземный ход. Я шел за ними.

— Ход из каменоломни? — удивился Мак-Аллистер.

— Именно.

— Ничего себе... А их только трое? Ты уверен?

— Уверен. Остальные спят. Под охраной. — Куно фон Лихтенвальд говорил по-английски без труда, но предпочитал короткие фразы.

Лорд Арден поднял руку:

— Тихо! Мастер Джон, что случилось? Почему вы здесь?

— Ваша Милость! Я не спал и увидел свет в башне. Я вышел, чтобы проверить. И застал здесь воров.

Торжество старого Джона можно было понять — он доказал своему графу, что может принести пользу.

Но рыцари только хмуро переглянулись —

как старый дурак не понимает, что зря поднял шум и разбудил господ. Они бы и сами отлично поймали этих несчастных, и тихо было бы в доме...

— А что они здесь украли? — вылез вперед Родерик. Он огляделся вокруг. — Здесь же ничего нет. Может, они только поесть хотели. А кухня в другой башне. — Мальчик смотрел на трех злоумышленников с сочувствием.

— Что украли, милорд? — А вот что! — Джон Баррет ткнул пальцем в того из троих, что прижимал к груди книгу. — Грязный вор посмел прикоснуться к драгоценной ученой книге милорда. Давай сюда, вор!

Он попытался отнять у несчастного его единственную добычу. Но тот неожиданно для всех проявил характер. Отступив на полшага — больше не было места, он вскинул голову и решительно подал голос:

— Это мое!

И все трое сдвинули плечи. Явно поддерживая его заявление.

Торин вопросительно посмотрел на лорда Ардена. Он явно не горел желанием пускать в ход оружие.

Леонсия поняла, что пора вмешаться.

— А что это за книга? — спросила она вполне дружески. — Можно посмотреть?

Похититель не шелохнулся, но его глаза под лохматыми космами блеснули при виде лица графини.

Она спокойно продолжала спрашивать:

— Зачем ты взял книгу? Ты умеешь читать?

Он осторожно кивнул.

— А откуда ты знал, где она лежит?

Секунду или две он молчал. Потом все же проговорил:

— Это моя книга.

— Хорошо, пусть твоя, — согласилась уступчиво леди Арден. — Но мне можно на нее посмотреть?

Пленник не двигался. Он смотрел на светловолосую статную даму, и, казалось, не замечал никого другого. Потом, решившись, протянул леди свою добычу.

— “Тит Лукреций Кар. О природе вещей”, —изумленно прочитала она, раскрыв кожаный переплет. — Подумать только!..

— Тут что-то еще написано, — заинтересовался Родерик, заглянув в предмет разбирательства. При свете факела, он медленно прочитал:

— “Нашей венчанной супруге леди Хильде Арден от ее господина в знак нашего расположения. Эрл Виктор Арден, Милостью Господней”.

— Так звали прежнего лорда? — спросил мальчик. — Эрл — это значит «граф», правда? Значит, это его подарок жене.

Он перевернул первую страницу и нашел следующую надпись:

— “Моему сыну Роланду Ардену в день, когда ему исполнился один год”... У нее был сын! Посмотрите, вот даже его рука.

Родерик продемонстрировал отцу и мачехе пятнышки на старом пергаменте. Это и впрямь был отпечаток детской ладони — наверное, женщина смазала ручку ребенка краской и прижала к странице. Можно было различить линии на коже.

— Надо уж очень любить книги, чтобы дарить их годовалым младенцам, — хмыкнул сэр Конрад. В их багаже тоже немалую часть груза составляли рукописные сокровища, собранные Леонсией. Впрочем, он и сам признавал их большую ценность, хотя бы для образования Родерика. — Погодите-ка...

Он всмотрелся в страницу, где была дарственная надпись покойной дамы и приказал: — Торин! Дай-ка поближе свет! Тут есть еще кое-что.

На пергаменте, записанной наполовину, выделялись два или три темных пятна.