Мой замок
Шрифт:
Нет... ему вдруг стало страшно. Единственный способ расторгнуть уже заключенный католический брак – это... Дальше и думать не хотелось.
Так что путь, как ни тяжко, оставался один – уходить. Уходить далеко из дому, навсегда, причем даже не одному, как в том первом гипотетическом случае, который они уже обсуждали, а вместе с юной супругой, молоденькой нежной девочкой, у которой с собой одно белье и парочка золотых украшений...
– Я не хотел... Я не хотел ничего плохого, – тихо простонал он, пытаясь убедить себя самого, – я только хотел уберечь ее...
– Да
– А разве это не верно? – еле слышно осмелился прошептать измученный юноша.
– Верно – не верно... Мальчик мой дорогой. Если бы в жизни не этот вопрос существовали ответы, божий рай снизошел бы на землю и настал Золотой Век. А насчет целей и цены за них мы с тобой уже говорили.
Он встал:
– Лежи пока, размышляй. Дочке моей и то уже пришло в голову, что что-то в ваших делах было неправильно. А ты вроде постарше да поумнее.
– Вы... накажете меня? – догнал его на пороге детский вопрос.
– Наказать? – лорд повернулся и скорчил удивленную мину. – Ну, если, по-твоему, крушения твоей свадьбы еще недостаточно, утешься тем, что за самоотверженную защиту моей дочери в поединке я должен был посвятить тебя в рыцари, но ничего подобного не сделаю. Так что ты, сынок, очень даже наказан. Может, эта неудача научит тебя, наконец, думать и действовать по-взрослому.
Лорд хотел уйти, но в этот момент в дверях показалась леди графиня.
– С девочкой все в порядке? – встревожился он.
– О да! – фыркнула леди. – Разочарована только. Такая романтичная сказка закончилась мужицкими оскорблениями, да еще бедного Роланда ранили. Она обижена. Твердит, что все это неправильно. Каша у нее в голове, дорогой. А все Роланд, – она укоризненно ткнула пальцем в лежащего, – просто ужас, сколько глупостей они могли натворить!
– Да вряд ли много,– не согласился муж, подмигивая юноше, – вообще-то было только три варианта: задержание в монастыре, возвращение, а затем... И мне почему-то кажется, что наши неудавшийся герой предполагал именно вернуться? Не так ли?
– Да, есть в нем что-то такое... жертвенное, – улыбнулась Леонсия своему смущенному любимцу, – я тоже думаю, что он предполагал вернуться, пару недель удержать все в секрете, а потом повиниться и отдать себя в наши руки. Я угадала?
– Да...– не осмелился он посмотреть ей в глаза.
– И все это только ради защиты ее чести?
Он промолчал.
– Вообще-то защита чести имела место, – откровенно засмеялся граф. – Не часто юноша в подобном случае торопится прежде всего венчаться, а уж потом – заняться более приятным делом!
Лицо Роланда на подушке залилось жаром. От дальнейших насмешек его спасло, однако, появление в дверях новых гостей.
На щеках Хайди, что шагнула в комнату куда более решительно, чем она когда-либо входила в помещение, тоже горел карминный румянец. Но она
задрала подбородок и проследовала мимо родителей с самым независимым видом и уселась прямо на постель.Больше всех это поразило, конечно, Роланда.
Тем не менее, накаких больше насмешек не последовало, так как вслед за сестрой в спальню проскользнул юный Родерик, странно отсутствовавший в течение последнего часа и отчего-то пропустивший всю предшествующую суматоху.
– Ну, вот, все мы теперь в сборе, – не удержался от иронии пожилой отец сложного семейства и раздумал уходить. Дела подождут. Посидеть вот так, с женой и детьми. В спокойной и чистой комнате. Оказывается, после всех необыкновенных и славных поворотов судьбы – это тоже счастье.
– У леди... все хорошо? – все-таки потихоньку спросил он у сына.
– Хорошо!.. – как-то не совсем убежденно, не свойственным ему тоном отвечал Родерик. Он явно находился в слегка расстроенных чувствах и озирался непривычно.
Роланд вдруг вспомнил странное происшествие, которому был свидетелем в момент возвращения. Он опять забеспокоился. Возможно, подумал он, еще не все тайны выяснены, не все ошибки исправлены, и, может случиться...
Мысли его перебила графиня Леонсия:
– А теперь, когда мы в сборе, лучше всего забудем о неприятностях! Давайте лучше я расскажу вам сказку... Прекрасную сказку о любви, чести и верности. Хочешь, доченька? И тебе, дружок, стоило бы послушать, – строго глянула она в сторону Роланда.
– Жила-была юная принцесса, – мягко начала леди, зачем-то переведя взгляд на Родерика, – прекрасная юная принцесса, дочь самого могущественного из вождей пустыни. Тысячи его верблюдов бороздили пески, наполняли оазисы в часы отдыха. Сотни смуглых воинов хранили покой многочисленного семейства и возглашали хвалу великому вождю и его мудрости.
Юная принцесса купалась в драгоценных водах и куталась в шелк, доставленный из неимоверных далей, с самого своего рождения. Она не знала иной судьбы, кроме как стать царицей, супругой столь же могучего вождя и великого властелина. Так было ей предназначено. Великая честь, великая судьба!
«Великая честь» – отозвалось в голове Роланда, и он украдкой глянул в очи своей Хайди.
– Маленькая принцесса была еще девочкой, а замужество ее было предрешено. Она уже официально была невестой великого царя Египта. Об этом знали все туареги, и уважение к ее отцу, что мог бы подкрепить силу своего войска всей армией султана, возросло до небес. Отец и мать чрезвычайно гордились высоким жребием дочери и всячески поддерживали в ней гордость такой высочайшей честью...
Все трое молодых слушателей не отрывал глаз от рассказчицы. Роланд вжался в постель, Родерик судорожно сжал руки, Хайди округлила ясные глазки.
– Но, дети мои, в жизни есть нечто, что мы в человеческой простоте зовем Божьей волей. Прекрасная принцесса верила в свое высокое предназначение, готовилась к замужеству, как только немножко повзрослеет. И ей было уже 13 лет, когда среди высокородных воинов, кому род и честь доверили покой семьи вождя, выделился один необычайно талантливый юноша.