Чтение онлайн

— Итак! Больше никто не хочет? 6500…

Аптекарь, которому шептали, откашлялся:

— 15000

Все замолчали

— 15000 раз… 15000 два… 15000 три. Продано!

Все загудели и зашевелились. Клуня сказала:

— Господа, прошу не расходиться. Мы прекрасно понимаем, что у вас с собой нет такого количества наличных. Но деньги должны быть здесь не позднее, чем через полчаса. Если их не будет, выигравший снимается с аукциона и теряет право на принятие в нем в дальнейшем, а мы продолжим уже с другими участниками.

Человек

в гражданке что-то сказал в шар. Потом обратился к Клуне:

— Простите, через 45 минут. Раньше не успеем. Мы не были готовы.

— Хорошо, на первый раз. А теперь угощайтесь, господа. Выпивка за наш счет.

Хозяйка, наблюдавшая за мероприятием из открытой двери, все быстро смекнула и выставила на стол еще несколько бутылок. Я ей кивнул и улыбнулся. Она подошла и спросила:

— Можно убрать этого? Он здесь все испачкает.

— Я не против, сказала Клуня. Спросите у его коллег.

Аптекарь, с которым пришел этот хам и его товарищ, закивали.

Все стали брать вино. Через некоторое время, даже расслабились.

Через 43 минуты в дверь влетело три человека в гражданке. Двое со стрелометами, а третий с мешком. Они вывалили на стол кучу золотых, аккуратно упакованных в столбики по сто штук. Я сел пересчитывать, затем выборочно вскрыл несколько упаковок. На самом деле, мне не сложно было определить, что везде золото. Но форма должна быть соблюдена. Я кивнул Клуне.

— Большое спасибо всем! Лот продан.

Товарищ, принесший деньги, отдышавшись, и вертя в курах флакон, спросил:

— А если здесь не 5 грамм?

— Там 6 грамм, во избежание ошибки. Сейчас, поскольку мы раздавали пробы, возможно чуть меньше, но точно больше 5.

Он кивнул. Затем сел на стул перед нами.

— Это для отца. Он умирает — рак печени. Это поможет?

— Рак — самая сложная форма для лечения. Нам надо его посмотреть. Но если что и поможет, то только это.

— Я могу пригласить Вас к нам?

Я посмотрел на деньги.

— Не волнуйтесь, мы вполне сумеем обеспечить вашу охрану и неприкосновенность.

Мои сгустки, глядя на него, были спокойны. Клуня посмотрела на меня. Я кивнул.

— Да, мы готовы посмотреть его. Не думаю, что имеет смысл затягивать — завтра-послезавтра мы уедем.

— Если вы готовы, можно направится прямо отсюда. Вы в этой гостинице остановились? Если что-то нужно, заберите из номера, мы вас подождем.

Клуня задумалась, вспоминая.

— Заколка!

— Заколка? При таких деньгах вы купите себе тысячу заколок.

— Такую не куплю. Господа полицейские!

Те, стоявшие у входа и обсуждавшие произошедшее, повернулись.

— Если на нас будет совершено покушение и кто-то пострадает — просим не обвинять нас. Мы будем только защищаться.

Они кивнули, а сидящий перед нами сын олигарха посмотрел на них и сказал:

— Это разумно. Мы проследим.

Мы с Клуней, оставив на столе деньги, пошли к себе. Когда проходили мимо конторки, хозяйка тихо сказала:

— Кажись,

к вам поднимался кто-то.

— Спасибо!

Едва мы подошли к лестнице — сгустки взвыли. Я остановился и просканировал пространство аурным зрением.

— Пятеро. Трое со стрелометами. Двое черных. Дай-ка я начну. Потом устроим шоу.

Я встал сбоку от двери и резко ее открыл. В проем ударило три черных молнии. Я перешел на сверхскорость. Трое легли сразу с перерезанными глотками. Осталось двое Черных, которые меня почти не видели.

Одного я заблокировал, ударив в точку под сердцем, а второго ударил в печень, разорвав ее в клочья. Он стал оседать, а в уголках рта появилась темно-красная пена.

— Клуня, считай этого, пока он не сдох, сказал я, показав на второго. Немедленно в его глаза вошло два ее когтя. Человек завыл и задергался, но быстро успокоился и превратился в идиота.

— Добей

Сверкнуло лезвие и череп развалился, разрубленный по глазам. Правильно, не обязательно им знать, что он был считан. Нам не надо было с ней общаться — она все чувствовала и понимала. Оставшегося я поднял за шею и нагнул. Клуня сноровисто распорола ножом ему брюки, затем с размаху засадила ему в анус стреломет. Боль я не блокировал, поэтому человек заорал диким голосом. Я поднял его на подоконник.

— Давай!

Клуня выдавила его спиной стекло, потом схватив за горло и яйца приподняла и сбросила вниз с третьего этажа, на секунду показавшись в окне. Человек дико заорал и грохнулся на землю. Крик прервался бульканьем. Упал от рассчетно — на стреломет, который проткнул его насквозь и вышел сквозь грудину.

Клуня метнулась к подушке и достала заколку. Потом села и расслабилась. Из нее выходила горячка боя.

— Молодец, девочка. Теперь соберись и пойдем.

Она встала, и улыбнулась.

— Хозяин, это мы молодцы.

— Молодцы-молодцы. Достань мне еще пару золотых, пожалуйста.

Мы спустились и люди расступались перед нами, вернее перед Клуней. Ведь это именно ее видели выбрасывающей человека из окна. Проходя мимо конторки, я положил перед хозяйкой еще пару золотых

— Ремонт придется в номере сделать. Извините.

— Главное, живы…

Мы вышли во двор. Полицейские и Черные обступили труп. Охрана сына олигарха стояла рядом с ним, не шелохнувшись, хотя и им тоже было явно очень интересно. Сын олигарха, дождавшись нас, подошел к полицейским:

— Какой неловкий человек, сказал он грустно. Споткнулся и напоролся на стреломет.

— В нашем номере еще несколько неловких было. Брились видимо, да руки задрожали. А у моего мужа бритва острая. Ну, зачем, скажите, чужую бритву брать?

— Пойдемте, сударыня, сказал сын олигарха, взяв ее под локоток. Здесь без нас разберутся.

Она удивленно на него посмотрела, и он тут же убрал руку. Территория была обозначена.

— А что у вас за заколка такая, что из-за нее пришлось так рисковать?