Мой личный чародей
Шрифт:
Я попыталась оттолкнуть Дара и подняться на ноги. О, Боги, как же ужасно всё получилось! Демоны бы меня побрали с моею нынешней несдержанностью!
Даже и не поговорили по-человечески…
Но сильные руки Дара держали меня по-прежнему крепко. Я в упор посмотрела на него — и замерла. На лице моего чародея почему-то не было ни отвращения, ни обиды, только искреннее сочувствие.
— Ах ты моя глупая гусыня! — насмешливо прошептал он, ласково касаясь губами моего уха. — Мышь моя отважная, кролик мой отчаянный, вот ведь как тебе досталось! — Легко поднявшись, он подхватил меня на руки и, бросив через плечо: "Зорана разыщите, срочно!", начал быстро подниматься по неширокой винтовой лестнице, ведущей в верхние покои, круглую, затянутую светло-зеленым
Большую часть комнаты занимало широченное ложе с кованым кружевным изголовьем и тонкими витыми ножками — мебель из металла (как всегда, неземной красоты!) была у эльфов в большом почете. Я, с детства привыкшая к деревянным скамьям и сундукам, до сих пор не могла освоиться с этими изделиями мастеров кузнецов. Но Дара не заинтересовали ни легкие узорные стульчики, ни столики, изукрашенные черными глянцевыми цветами и листьями, ни ажурные поставцы. Не глядя по сторонам, он решительно пересек светлицу, осторожно положил меня прямо на роскошное шелковое покрывало, а сам сел рядом и принялся внимательно вглядываться в мое лицо.
— Тебя в этом зелье замачивают? — спросил он немного погодя. — По-моему, ты пропиталась им насквозь.
— Бочки подходящей не нашлось, — покачала головой я, — так что приходится пить.
— Что-то не похоже. Или ты только им и питаешься? Тебя здесь что, голодом морят? — Левой рукой Дар обхватил моё исхудавшее запястье, а пальцы правой легко скользнули по моей впалой щеке.
— Не клевещи на эльфов, — прошептала я. — Они меня просто на убой кормят.
— Оно и заметно, — хмыкнул чародей. — Убоина из тебя знатная получится. Прямо хоть сейчас в котел!
Я отвернулась, чтобы не видеть любимого лица и насмешливых серебристых глаз, по которым так тосковала.
— Прости меня, пожалуйста, — попросила я, глядя, как за окном раскачиваются на ветру голые замерзающие ветви.
— Да за что?! — оторопел Дар.
— За истерику. За то, что не оправдала твоих надежд. За то, что превратилась бес знает во что. За то, что никогда не смогу стать твоей женой и подарить тебе наследников. За то, что тебе пришлось ехать за мною на край света, и совершенно напрасно. Кстати, спасибо, что приехал. Мне, правда, стало гораздо легче…
Я врала. Мне стало гораздо тяжелее. Оказалось, что смириться с грядущей разлукой намного проще в одиночку.
— Что-то я не понял, — Дар хитро сощурился. — Я бы, конечно, мог поинтересоваться, каких таких надежд ты не оправдала и куда денутся наши с тобой наследники. Но ты мне лучше расскажи, почему же ты не сможешь за меня замуж выйти?
Я уныло вздохнула. Вот, казалось бы — умный человек. Чародей. Маг высшей степени посвящения. Неужели ему надо объяснять, почему он не может взять в жены недообращенную змеевиху, чудовище, монстра?! Что тут непонятно-то? Или Радош ему не все рассказал?! Оборотень, конечно, застал только цветочки, все ягодки потом Алу выпало собирать, но и того было достаточно. Однако кто его знает, этого многомудрого кицунэ? Коварный лис мог запросто посвятить моего чародея лишь в ту часть правды, которую счел нужной.
Между тем, пока я раздумывала, что и как сказать, Дар, видимо, решил помочь мне с выбором формулировок. Или, может, подумал, что я снова, как после памятной битвы с личами, впала в оцепенение и опять уподобилась сказочной спящей княжне. Как бы то ни было, рецепт на оба случая у него был один.
Поцелуй был долгим и убедительным — точь-в-точь таким, о котором я мечтала все эти бесконечные месяцы. Дар целовал меня с такой страстной нежностью, что я в тот же миг позабыла всё, что намеревалась ему сказать, и без оглядки ринулась навстречу моему любимому чародею в самый омут поцелуя. Чувство долга, здравый смысл, страх, моё отчаяние, простая осторожность — всё это больше не имело никакого значения. Моё сердце сжималось от сладкой боли, я задыхалась от счастья и сжигающей меня страсти, но лишь сильнее прижималась к Дару. Наконец-то мы снова были рядом друг с другом, прикасались
друг к другу, дышали одним и тем же воздухом…Вспышка ослепительной ярости застала меня врасплох. Ведь моя вторая сущность так давно и прочно находилась под контролем волшебного эликсира! Но всё-таки, мне не стоило забывать, что где-то там, в самых темных закоулках моей души мерзкая тварь, стремящаяся превратить мою жизнь в Преисподнюю, по-прежнему терпеливо копит силы и выбирает подходящий момент для атаки. Оказывается, её кормят не только злоба, раздражение и усталость. Сойдет любое сильное чувство, даже такое чуждое и ненавистное ей, как любовь, лишь бы оно заставило меня забыться и потерять голову!
Любовь даже лучше! Ведь до сих пор эликсир вполне справлялся с засевшей во мне змеюкой…
И на этот раз у меня была великолепная позиция для нападения! Ненависсссстный человек был не просссто рядом, на расстоянии укусссса, он имел наглость и безрассудство целовать меня. Меня!!! Что ж, сейчасссс, сейчасссс он узнает, что значит цс-с-селоваться с волчьим капканом!
Волна свирепой радости захлестнула меня с головой. Вот-вот, через какие-то полмгновения, мои клыки наконец-то погрузятся в сладкую плоть, и горячая кровь разумного существа, такая восхитительная и желанная, хлынет в мою жадную глотку…. Предвкушение наслаждения было таким захватывающим, таким острым, что я даже позволила себе растянуть его ещё на целый удар сердца. Вссссё равно этот человек в моих зубах!
Последнее, что сумел сделать гаснущий разум — это заставить мои руки, внезапно ставшие нечеловечески сильными, оторвать от себя Дара и отшвырнуть его на другой конец комнаты, прямо на затянутую шелком стену. Впрочем, моё гибкое и быстрое тело хищницы тут же стремительно рванулось вслед за добычей.
Хвала Пресветлым Богам, что мой любимый был не только чародеем, но и витязем. Так что, реакция у него была отменная. Но даже, несмотря на это, Дар едва успел остановить меня. Повинуясь замысловатому движению его руки, я застыла всего в паре шагов от него, яростно рыча от бессилия. Я не могла пошевелить даже кончиком пальца, и все, что мне оставалось — это с лютой ненавистью смотреть в сосредоточенные серебристо-серые глаза, которые, медленно приближаясь ко мне, затягивали, завораживали, выпивали из меня желания, силы и жизнь…
Наваждение спало так же внезапно, как и накатило. Шипя и оглядываясь, злобная тварь убралась прочь, в самую глубину моего нутра, чтобы, теперь я знала это наверняка, рано или поздно вернуться обратно. И никакие эликсиры ей не помеха. Главное — не спешить, накопить достаточно сил, терпеливо дождаться подходящего момента, и уж тогда…. От ужаса у меня перехватило горло, и, всё ещё обездвиженная Даровым заклинанием, я почувствовала, как из моих глаз хлынули слезы.
— Всё, всё, — зашептал Дар, обнимая меня, и я почувствовала, что снова могу шевелиться. — Всё прошло, и больше не вернется. Чщ-щ-щ! Не плачь, моя хорошая, не надо.
Мои человеческие руки были слабы, но всё-таки у меня хватило сил, чтобы оттолкнуть любимого. Отступив к узкому стрельчатому окну, я кое-как утерла рукавом слезы и, собрав последние остатки мужества, посмотрела Дару в глаза.
— Прости меня, — горько сказала я. — Мне очень, очень стыдно. Но теперь-то ты видишь, что со мною произошло. Не знаю, что именно тебе рассказал Радош, но я больше не человек. Это не я пришла однажды среди ночи в твой дом у Синих Гор, не я летала вместе с тобою на спине сапфирового дракона, не я помогала тебе заклинать стихии земли и огня, не мне ты надел на палец обручальное кольцо. Та девушка давно мертва. Осталась только нежить, мерзкое, злобное чудовище, которое спит и видит, как бы вцепиться тебе в горло. И с этим ничего не поделаешь! Тебе как, понравилось мое новое лицо? А глаза? Как ты теперь станешь меня ласково называть? "Гадючка моя, медяночка ненаглядная"? Что, ты всё ещё считаешь меня своей невестой? Хочешь меня поцеловать? Тебя не тошнит от сознания того, что ты меня уже целовал, а?.. — я задохнулась и хрипло прошептала: — Уходи! Беги прочь, немедленно!!!