Мой личный чародей
Шрифт:
Вот ведь кто бы сомневался, кого первого призовут к ответу?! Я вздохнула:
— Не серчайте, Гордята Велимирыч, эльфы не виноваты.
— Ты что же, — набычился князь, — хочешь сказать, что это я был неправ?? Да ты…
— Гордята Велимирыч, — мягко перебила его я, — а вот представьте себе, что кто-то спалил дотла главный храм Молодого Бога в Преславице, предварительно уничтожив все реликвии, все священные книги и предметы. А через много лет, когда вы их уже оплакали, когда ваше сердце истекло кровью, и вы осознали, что без погибших святынь ваша жизнь стала совсем ущербной, когда поняли, что смириться с потерей невозможно, но всё равно придется,
— Да башку ему срубить! — искренне выдал князь Гордята, наливавшийся темным румянцем по мере моего проникновенного рассказа. — Да чуланчик тот по бревнышку раскатать, чтобы неповадно было!
Я слабо улыбнулась: недаром, ох, недаром наследник Велимира слыл человеком крутым, вспыльчивым, даже нетерпимым и гневливым, однако прямым и честным. Князь Сторожецкий и Городецкий не любил интриг, а также терпеть не мог тонких намеков. Такой не станет держать камень за пазухой, а тут же залепит им врагу в лоб!
— Однако, — не моргнув глазом продолжил пристально глядящий на меня Гордята; при всей своей прямолинейности князь был вовсе не прост, — каково бы ни было моё личное желание, в политике подобные ситуации не редкость. Да что далеко за примерами ходить: вон, давеча, в последних числах ревуна-месяца, наследник престола Морании прислал нам в дар одну очень ценную реликвию, ценнейшую, я бы даже сказал, похищенную двенадцать лет тому назад из великокняжеской сокровищницы по прямому приказу его предшественника. И что же теперь прикажешь, идти на Моранию войной? Да ничуть не бывало! Мы поскрипели зубами, да и отправились на его коронацию, а там ещё и спасибо сказали. Нам нужны союзники, а не враги!
— Все верно, Гордята Велимирыч, — кротко кивнула я. — Но вот ведь незадача: вы приехали не к людям, а к эльфам. Понимаете — к эльфам! А они зачастую думают и чувствуют совсем иначе, нежели мы. То, что для людей — разумный компромисс, для Перворожденных — святотатство. По человеческим меркам — вполне допустимо и вообще мы вам премного благодарны, а по эльфийским — казнить вас за это самое с особой жестокостью! Вот ведь как.
— И что же теперь? — немного помолчав, задумчиво поинтересовался Гордята. — Не видать нам союза с твоими эльфами?
— Что вы, — усмехнулась я и поерзала лопатками по гладкой теплой поверхности, — да разве ж они мои? Они свои собственные. Как же я могу сказать, что они решат? Может, проявят снисходительность. Может, выпроводят на все четыре стороны. Хорошо хоть, на месте не растерзали.
— А могли?
Я криво усмехнулась.
— Правитель Эрвиэль очень рассудителен и мудр. Нам здорово повезло, что он сумел противостоять первому движению своей души…
— Тебя послушал?
— Скажем так — соизволил выслушать…
Князь Гордята ещё немного посопел, раздумывая, совершенно по-простецки почесал в затылке, а затем решительно шагнул ко мне:
— А скажи-ка мне, Веслава, вот что…
Что именно заинтересовало наследника престола Синедолии, я так и не узнала. Потому что вдруг перед моими глазами заплясали розовые блескучие мушки, а я начала тихонько сползать по двери на пол, прямо на бесценный эльфийский ковер — мой невесть откуда взявшийся кураж, и так таявший с каждым мгновением,
выгорел окончательно, и ноги отказались дальше держать свою непутевую хозяйку.Князь недовольно нахмурился. Дескать, а это что ещё за новости? Кто разрешил сидеть на полу в присутствии самого наследника престола Синедолии?!
Но возвышающегося надо мною, словно скала из урочища Каменных Великанов, Гордяту внезапно повело куда-то в сторону.
— Да ты, часом, не рехнулся ли, братец?! — негромко рявкнул Дар, отодвигая подальше от меня своего любознательного родственника. — А не пошел бы ты… от моей невесты… со своими… расспросами?!! Ты что же, не видишь — девчонка уже и на ногах-то не стоит!
— А ты сам куда смотришь? — неожиданно миролюбиво огрызнулся старший брат. — Давно бы уже помог девочке придти в себя…
— Да! — оживился зубоскал Радош. — Что ж это ты не помог девочке?!
Дар мрачно зыркнул на обоих, а затем вдруг плюхнулся прямо на пол рядом со мною, обхватил меня своей длинной ручищей, крепко прижал к себе и зарылся носом в мою макушку.
— Ну, наконец-то! — пробормотал он мне в волосы. — А я уж думал, мне теперь всю жизнь придется гоняться за тобой по всему белому свету! Нет, это же надо — у самих эльфов спряталась! Никто их разыскать не смог, думали — всё, отошли Перворожденные в область сказок и легенд. А ты — пожалуйста!
— Да это мне просто повезло с соседом по темнице, — растерянно промямлила я. — Я не нарочно…
— Да, Радош что-то такое говорил…. но ты потом мне сама ещё раз расскажешь, хорошо?
— Ладно, — протянула я, — если хочешь…
— Хочу-хочу, — подул мне в шею Дар, — а сейчас посиди-ка спокойно.
Он обхватил ладонями мои виски и замер, словно прислушиваясь. Затем подсунул одну руку мне под лопатки, а другую положил на ключицы. Потом его ладони скользнули вниз и накрыли живот и поясницу. Я, замерев, ждала, пытаясь понять, что же Дар делает. Длинные пальцы моего чародея слегка подрагивали, лицо было серьезно и сосредоточено, но чем дальше, тем отчетливее на нем проступало недоумение.
— Слушай, а что с тобою происходит? — удивленно спросил он. — Ты будто бездонный колодец — поглощаешь всю мою энергию, но не усваиваешь ее, а вроде как рассеиваешь! Всё словно в болоте тонет! Не могу ничего почувствовать!
— Эликсирчик, бес бы его побрал! — уныло ответила я. — Сто двадцать семь компонентов, тридцать одно заклинание… ты ж понимаешь!
— Ничего ж себе! — присвистнул Дар. — Как ты после такого ноги ещё не протянула?! За что это тебя так?
— Здоровье крепкое, вот и держусь пока, — вздохнула я. — А без эликсирчика мне никуда! Пью, да ещё спасибо говорю.
— Кому говоришь-то?
— Да есть тут один лич… то есть, прошу прощения, баэлнорн. Короче, хранитель местной мудрости. Вот он меня и выручает.
— Ну и зачем ты пьешь это невероятное зелье? — чародей насмешливо изогнул левую бровь.
— А затем, мой милый, — внезапно вспыхнула я, — что без этого, как ты изволил выразиться, невероятного зелья я очень скоро стану нежитью! Обращенной! Злобной, мерзкой тварью! Убийцей! Разве Радош "ни о чем таком" не упоминал? — волна раздражения накатила внезапно, и я уже почти кричала, не обращая внимания на вытянувшиеся лица князя Гордяты и его витязей. — Ну что, ты всё ещё удивляешься, что я благодарна магистру Бранниану за то, что он помогает мне не стать чудовищем? Держать в узде монстра, который затаился внутри меня?.. Скажи, тебе не противно ко мне прикасаться?!