Мой личный чародей
Шрифт:
— Это опять вы? — обреченно пробормотала я, поднимаясь с пыльного пола. Надо же, так за все это время никто тут и не подмел.
— А кого ты собиралась увидеть? — холодно поинтересовался Сивелий. — Русалку?
— Да уж, на русалку вы не тянете, — хмуро согласилась я, подтягивая сползающую простыню. Ледяные глаза некроманта скользнули по моим плечам. Ишь ты, пенек старый — а всё туда же!
— По-моему, это вполне закономерный итог твоего глупейшего побега, — скрипнул колдун.
— Вы о чем? — прищурилась я. — О русалках?
— О твоем возвращении, о чем же ещё, — Сивелий пожал узкими плечами. — Ведь я же предупреждал тебя: ты моя собственность, моя вещь, так что даже не
— Я принадлежу только себе, — злобно прошипела я, старательно буравя глазами худосочного старичка, — а с недавних пор ещё и собственному мужу!
— Да, мне доложили, что ты имела глупость обвенчаться с каким-то никчемным колдунишкой, учеником этого Тешена Твердолобого, — поджал тонкие губы чернокнижник. — Что ж, тем хуже для него. Хотя, это ещё с какой стороны посмотреть: по крайней мере, он умрет быстро. Мои планы относительно тебя не изменились. И я больше не собираюсь выжидать благоприятного расположения звезд. В ближайшие дня три мне не до тебя, но затем…. Подойди сюда и протяни руки.
Вот ведь гнида!
Я отскочила назад и проворно спрятала руки за спину. Некромант презрительно усмехнулся и поманил меня худым пальцем, на котором свободно болталось плоское кольцо с тусклым черным камнем. И тут же я почувствовала, что больше не владею собственным телом. Словно кукла на веревочках из коробки заезжего кукловода, я, спотыкаясь, двинулась к столу.
— Руки, — властно повторил старик, когда я оказалась прямо перед ним.
Предавшее меня тело покорно подчинилось. Всё, что я могла, так это с ужасом смотреть, как злобный колдун, моё проклятие, надевает мне на запястья тусклые металлические браслеты, защелкивает их, проводит по ним пальцами, и — о, Боги Пресветлые! — узкие ледяные полоски прямо на глазах врастают в мою кожу. Руки сводит болезненной судорогой, но я изо всех сил терплю, не желая радовать чудовище в человеческом облике своей слабостью.
— Вот таким образом, — удовлетворенно сказал Сивелий. — Это уникальный артефакт контроля и подчинения, изобретенный лично мною. С его помощью я могу знать, где ты находишься, причинить тебе боль, заставить валяться у себя в ногах. Кроме того, браслетики не позволят тебе воспользоваться заклинанием перехода и вообще любой серьезной магией. Никаких пространственных чар, никаких боевых заклинаний, вообще ничего серьезного, понятно? Нет, браслеты тебя не убьют, на это даже не рассчитывай. Просто не пустят. И не надейся, что кто-нибудь сумеет тебя отыскать и придти на помощь — я принял дополнительные меры. И не пытайся избавиться от этого артефакта. Помни: мне достаточно пошевелить кончиком пальца, чтобы ты рассыпалась в прах. Кстати, колдовать ты можешь — так, по мелочи, не нарушая наложенных ограничений. Мне недосуг возиться с тобою, так что бытовая магия тебе очень пригодится. Да оно и выгоднее, чтобы ты не запускала свой дар. Помнишь? Чем сильнее мать, тем больше магии она передаст своим детям.
И вот тогда мне стало по-настоящему жутко — так жутко, как не бывало никогда прежде, ни в мертвых селах, убитых заклинанием Владана, ни во время сражений со свирепой нежитью, ни на жертвенном камне змеевих, ни даже в логове свирепой Тиамат. Только теперь до меня окончательно дошло, что это вовсе не страшный сон, а явь, до которой далеко самому изощренному ночному кошмару. Я снова оказалась в безраздельной власти сумасшедшего колдуна и совершенно точно знала, что скорее умру, чем покорюсь его
злой воле. Но теперь-то я была не одна! Вслед за мной погибнет мой любимый чародей, моя вторая, обожаемая половинка, с которым силой любви и магии мы стали единым целым — его душа просто истечет кровью в вечной разлуке со мною.Я оглушенно помотала головой. Наверное, я и впрямь была слишком, непростительно счастлива, ещё нынче утром была, и завистливые боги, оскорбившись, решили меня наказать, низвергнув в бездонный колодец одиночества и отчаянья. И им это удалось. Трудно было придумать что-нибудь страшнее.
Мир вокруг меня подернулся влажной пеленой. Усилием воли я загнала слезы обратно и выпрямилась. Мое тело снова подчинялось мне, и я не собиралась покорно скулить у ног своего заклятого врага. Напротив, меня охватила злость. И, едва ее ощутив, в моей груди робко шевельнулась затаившаяся змейка.
Одиночество? А вот это ещё с какой стороны посмотреть! Как ни странно, мне стало чуть легче.
— Да, это было очень глупо с твоей стороны — вернуться в Преславицу, — противно хехекнул старикашка. — Впрочем, будь ты умнее, то не стала бы даже пытаться от меня сбежать. А была бы совсем умной, то по сей день сидела бы в своем медвежьем углу — где ты там росла? Пока ты не объявилась в княжеских палатах, я и не подозревал о твоем существовании. Хотя, рано или поздно я бы тебя все равно отыскал, в какую бы мышиную нору ты не забилась.
Но как тебе только достало ума спрятаться у эльфов?! Ума не приложу — как ты смогла с ними договориться? Кстати, не хочешь мне рассказать, чем именно ты взяла перворожденных зазнаек? Нет? Ну, я так и думал. Ничего, попозже я тобой займусь — все выложишь, как миленькая. Ведь даже я пока не рискую связываться со старшими народами! Но это только пока.
Ага, значит, ты, старый пенек, все-таки побаиваешься Перворожденных? Как жаль, что эльфийская следилка осталась валяться в кучке амулетов! Так Эрвиэль и не узнает, кто виноват в моей смерти. И на помощь я его позвать не смогу. Хотя нет, этого я бы ни за что не стала делать — не хватало ещё, чтобы мои ушастики рисковали из-за меня жизнью.
— Ну, а кентавры? — ляпнула я и прикусила язык. Не стоит лишний раз демонстрировать проницательному Сивелию свою осведомленность.
— А ты откуда знаешь? — остренько глянул на меня колдун. Вот, так и знала, сразу заметил мою оплошность!
— Да так, — как можно равнодушнее ответила я, — что-то подобное краем уха слышала.
— С кентаврами у меня старые счеты, — дернул плечом старик. — Но я их хваленым магам не по зубам. К сожалению, они мне тоже. Опять же — пока.
— А драконы? Драконы-то, наверное, никому не по зубам, даже вам? Хотя, наверное, с ними связываться — себе дороже!
Осторожнее, ещё раз напомнила я себе, Сивелий — не Владан, перед ним уж совсем деревенскую дурочку ломать не стоит. Пусть зловредный чернокнижник и дает мне всячески понять, что ума у меня — кот наплакал, однако вряд ли он позабыл, как лихо я смоталась из хорошо защищенного занорыша. Да ещё и следы запутала.
Однако на мое счастье колдун, видимо, решил, что от разговоров большой беды не случится, а там, глядишь — и девка брыкаться перестанет.
— Ну, как раз без драконов мне никак не обойтись. Но на них тоже своя управа имеется. К сожалению, мой бывший ученик, что б ему вечно гореть в Преисподней, додумался отдать… ммм… некий необходимый для этого предмет какой-то неумытой девахе, а сам потом взял, да и сдох. Позволил себя убить! Тупица, слабак! Девка тоже — как сквозь землю провалилась, вместе с артефактом. Ищи его теперь! И Тиамат эта хороша — девку ту видела, а этот…эээ…предмет у нее не отняла. Пять голов — и все безмозглые!