Московское боярство
Шрифт:
Встреченное нами село - это форпост достаточно крупного, по местным меркам, племенного союза, который в себя включает остров и гавань напротив него. Она в виде буквы "С", повёрнутой отверстием на запад, и внутри тоже сёла стоят. Место удобное, защищать несложно и шторма не мешают. Попросили одного из выловленных нами рыбаков прогуляться с нами, с последующим возвратом его домой. Так проще договариваться будет.
Мужичек согласился, бойкий такой морячок. Всю дорогу нас заваливал вопросами, про "Меркурий", про Москву, он туда тоже сунулся разок как-то раз, про лодки наши хитрые, плоскодонные. С этим дядькой нам повезло - за два дня все шесть сёл, что тут были, мы "обработали". Опять дрова да сено, рыбьи ошмётки - традиционный наш товар. В копилку нормальной торговли опять пошло то, что парочка из местных уже контактировала с нами, продавая соль и информацию о происходящем на Ладожском торге Ториру и Лису. Местную власть озаботили строительством
Расстались тепло, как хорошие знакомые. Да и с крепостью, что нас послала, всё стало ясно, местные просветили. Тут сыграла свою роль наша дурная уже слава. Оказалось, что агрессивно настроенное село принадлежит торговому партнёру наших корелов, которых мы в подданство оформляем или уже приняли. Раньше бизнес у ребят был неплох, они собирали от сёл, расположенных далеко от озера, меха, а в ответ везли им ремесленные товары с торга. Прибыль была грандиозная на таких спекуляциях, и вся она улетучилась с переориентированием Феди и его соплеменников на торговлю с Москвой. Ну а голова местный собрал сведения, узнал, кто ему тут спекуляции порушил, и обиделся на нас. Потому и не хочет взаимодействовать. Военной угрозы от него ждать не приходится, там пара-тройка десятков воинов средней руки только, потому мы аккуратно переписали все данные и двинулись дальше.
Обошли северный мыс, я прям загляделся на эти места. Вот если бы тут вышел к людям, как хорошо бы Москва вписалась в эту естественную гавань! Ну да что сделано, то сделано, мне мой город и так нравиться. Гавань соорудим, это у нас на лето запланировано, и будет даже лучше, чем тут. Обогнули мыс, нашли ещё село...
К берегу подошли под вечер, деревня пустынная. Но не пустая, домов десять с сараями стоят, дымок из под крыши идёт. А народу на улице нет. Высадились опять на плоскодонках, развели костёр. Местные не выходят. Шастают между домами, но не к нам не идут. Пошли сами, к крайнему дому. Постучались, все чин-чином, нам открыли дверь. Внутри затхлый запах болезни... Гной, кровь, моча - все в нём. Мои не подвели - живо нацепили на себя противогазы, да так быстро, что я последним оказался. Это - санитарные и карантинные мероприятия - у нас особо оговорено было. А в доме пяток детей, баба, да мужик на каких-то тряпках мучается, от него запах противный идёт. Причём остальные больше по мужику плачут, а на нас внимания мало. Двинулись вперёд - дядька весь в крови, лоскутами замотан, стонет.
– Это кто его так?
– я снял противогаз, и обратился в заплаканной женщине.
Та наконец посмотрела на нас внимательно, вытерла слезы, и промолвила:
– Хозяин...
Быстро провернул сложившуюся обстановку в голове. Торговли тут не получится, это факт, не до того сейчас людям. Потому решили работать на перспективу.
– Ладно, слушай меня, женщина. Сейчас мужу твоему поможем, попробуем.
– Знахари?
– недоверчиво спросила тётка.
– Не без того.
– Делайте, - обессиленно махнула рукой жена пострадавшего, - хуже не будет.
Организовал медицинскую помощь, достали аптечку, бинты, отмыли мужика тёплой кипячённой водой. У него жар, бред уже начинается, напоили бессознательного ивовым отваром. Раскрыли раны - там уже гной и покраснение неприятное. Достал бутылочку - в ней наш не то яд, не то лекарство, типа антибиотика. Это Смеяна нас таким снабдила, но вот с дозировкой проблемы - не знаем сколько и как лить! Пришлось идти на риск, по чуть-чуть капать по самым гнойным местам. Тётка чуть выпала из ступора, рассматривает нас, дети её тоже из угла глазёнками сверкают.
– Много ещё народу Хозяин поранил?
– Да почитай половину мужиков, сильно. Остальные так...
– тетка махнула рукой, вроде как царапины, - Они на него с дрекольём ходили, жизни не даёт косолапый...
Расспросили поподробнее. Медведь тут чуть не две недели терроризировал село. Лошадку задрал, корову последнюю. И самое страшное - ночами начал в деревне появляться, постройки рушит да в дома ломится. Чего он так взъелся на жителей - не понятно. Может, не выспался, а то и просто дурной какой попался. Этой ночью опять ждут зверя, уже три дня он не даёт спать нормально людям. Мы пошли дальше по селу, оказывать гуманитарную помощь. Всю ночь бинтовали и лечили местное население. На ногах по сути два человека мужского пола - паренёк да дядька взрослый. Сначала с опаской на нас смотрели, потом даже помогать пытались. Для нас, если честно, такое непривычно. Опасность от зверей уже давно не считается серьёзной, разве что Кукша периодически в процессе патрулирования отстреливает волков да медведей с кабанами, превентивно, так сказать. Да и мало их стало - наша хозяйственная деятельность изрядно распугала живность. А тут народу не так много, дикие звери не считают нужным согласовывать свою деятельность
с человеком и периодически наведываются в деревни. Собрал своих бойцов, толкнул речь:– Так, мужики. Понимаю, что вроде и люди не наши, и не договаривались мы о том. Но Мишку надо к ногтю, - сказал я своей охране, - вы как?
– Да как скажешь, государь, - сказал мой старшина охраны, - так-то по-человечески правильно, сам хотел предложить. Сами не справятся - бедно у них...
– Это да...
– сказал я, осматривая неказистые избы.
Я уже давно такого не видел. Вот с тех пор как сюда попал не выдалось мне побывать у местных сельчан в гостях. А тут бедность зашкаливает, очаги у половины вместо печек, сами впроголодь, дети худые, крыши дранкой крыты... Ужас. Мы-то в селах в дома не заходили, снаружи торг вели. А тут окунулись в местную деревенскую жизнь, и так тоскливо стало на душе. И людей жалко. А мы же их в своей "Плесени" как фигурки в игре, тысяча туда, две сюда считали. А тут живые люди, дети, бабы...
– Кстати, а их старейшина, или кто там у них за защиту отвечает, он где?
– Местные говорят, послали на лодке мальчишку, да пока соберутся, пока придут, ещё минимум дня два-три пройдёт...
– охранник махнул рукой, - Могут и не дождаться.
– Ну да, у нас такой проблемы нет - мы зверье в лесу распугали своими тракторами, - согласно кивнул я, - теперь надо засаду устраивать....
Распределились по селу, заняли потенциальные пути прихода медведя. Собрали револьверы и кобуры в подобие винтовок, стали ждать. К полуночи послышался тихий звук, потом ещё один - в деревне показалась здоровая тёмная тень. С повадками спецназовца, едва слышно, медведь двинулся вдоль домов, внимательно обнюхивая воздух. Долго ждать не стали - подожгли фонари, лучи света упёрлись зверю в бок. Медведь серый, изрядно потрёпанный, худой. Видать, постарел сильно, и добывать пропитание привычным способом не может, молодые, наверно, его отогнали от ягод да речек с рыбой. Вот и кормится возле деревни "пенсионер". Ну да ладно, прости нас, Потапыч, если что, ты сам нарвался. Загремели выстрелы. Десяток пуль упокоили Хозяина. Ну а Обеславу надо сделать внушение - синяк на плече грандиозный у меня, и рука изрядно побаливает после каждого выстрела, надо снижать отдачу. Хотя в этом случае нам изрядная мощность как раз помогла - здоровый зверь даже не успел толком приготовиться к атаке, его чуть не растерзали наши пули железные...
Я не шучу. Именно так - пули у нас из железа и стали, со свинцовым, выдавливаемым изнутри пороховыми газами, пояском. Цветной металл дорог, его не так много, а этого добра - завались. Вот и приходится делать боеприпасы из того, что под рукой. Точность падает, останавливающее действие - тоже, зато проникающая сила и дальность сильно возрастают. Хорошо это, или плохо, пока не ясно. Боевой щит из этой "берданки", что скромно зовётся револьвером, пробить можно спокойно, но вот какой ущерб нанесёт пуля после прохождения досок дубовых - неясно. И лишь реальный, серьёзный бой покажет правильность или ошибочность такого решения. Вот с медведем, например, как вышло. И тушу чуть не насквозь прострелили, и шкуру сильно попортили, зато быстро убили зверя. Но это толпой, а если один раз выстрелить? Да сквозь щит? Да ещё и с расстояния метров в двадцать? Да по кожаной или железной броне? Конечно, испытания Обеслав проводит, но пока до понимания их результатов слишком мал опыт эксплуатации.
В этом месте остались ещё на пару дней. Местные после ночных выстрелов чуть в лес не разбежались. Мы, правда, успокоили народ, да и раненых с собой в чащу не потянешь. Медведя мои бойцы разделали, мясо выкинули - глистов много. А вот шкуру себе забрали, пригодиться. Лекарство, что Смеяна дала, антибиотик наш, творило если не чудеса, то что-то около того. Даже мужик, что в бреду уже метался, встал на ноги. К третьему дню нас практически стали любить уже, да за каких-то не то волхвов, не то богов почитать. Чувствовали себя Тимуром и его командой - пришли, нанесли добро, причинили пользу, и по домам.
Не успели мы отправиться дальше, появились лодки. Пять штук, больше рыбацкой, но меньше ладьи, без парусов. Там бригада головорезов, больше трёх десятков рыл. Зазвонил колокол на "Меркурии", две лодки на него пошли, остальные к берегу. Пришлось и пулемёт расчехлять, и на берегу строй делать. Без щитов, без копий, я и Златобор вообще с ракетницами. Перед лодками, что кинулись на "Меркурий" пустили "трассира", те отошли. Оставшиеся три рывком вынеслись на берег, оттуда посыпались вояки, потрясая щитами и топорами. Пустили пару ракет, сделали несколько выстрелов в воздух - воинственный пыл поубавился, встали в в строй бойцы пришлые. Потом две другие лодки, по широкой дуге обошли наш корабль, чуть поодаль вышли к берегу, и их экипажи тоже встали в линию. Стоим напротив друг друга, ждём. Подбежал кто-то из деревни, крикнул, что это помощь пришла. И впрямь, вон у них пацан мелкий тоже в строю стоит, они его прячут, это, наверно, посыльный, что люди к своему главе отправляли.