Чтение онлайн

Шли мы медленно, чтобы не пропустить деревеньки. Надо очень внимательно смотреть, а то они могут быть спрятаны в заводях, по ручьям да речушкам. До края болота дошли под парусами, а дальше на паровой ход перешли - так медленнее получается, но удобнее. Погода нормальная, Златобор пыхтит на кормовой башне, я - на носовой. К вечеру только обнаружили место, где потенциально может быть населённый пункт. Небольшая заводь, вроде той что была раньше около Москвы... Э-х-х-х, как же давно это было!

Сразу возникли проблемы - слишком большая осадка у "Меркурия", не подойдёшь к берегу. Пришлось спускать две лодки водомётных, они плоские, на такой случай брали. Высадились на берег, ту даже пирса нет, хотя лодки стоят рыбацкие. Домов штук семь, сараи,

и ни души...

Хотели было пойти сами, но откровенно боязно - а ну как стрелой приголубят или копьецом из-за угла. Поэтому встали на берегу, разожгли костёр, и выставили торговый флаг - красное полотнище с гербом, и горстка монет под ним. Расчёт при создании флага был на психологию, монетки-то, чай, все узнают, сообразят, что к чему. Да и серп с молотом уже не такая уж загадка, многие и над Москвой его видели, и в Новгороде.

Чуть не в сумерках из леса показались люди, мужики. Вооружённые, не без того, идут очень медленно и осторожно. Мы не рыпались, показывали свои торговые намерения. Час ждали, пока они вокруг нас кружили, картошку на палочках жарили да беседовали. Наконец, самый смелый подошёл к нам. Корелы.

Я уже в языках тут разбираюсь, а по меркам моего времени - так вообще полиглот. Разговаривать чуть не на пяти могу. А чего нет, если словарный запас основной - это не более тысячи слов, причём половина языков похожа друг на друга как русский с польским в моё время! Мужик подсел, мы ему сунули в руки печённую картошку с маслом и солью, показали, как её есть. Всё это молча.

Дядька обжёгся, но съел, рожа довольная, понравилась, видать картошечка. Поблагодарил он нас, кликнул своих - те принесли какую-то рыбу, её тоже в костёр определили. Ну а в процессе уже совместной трапезы пошли разговоры. Кто такие? С чем пожаловали? Чего такой большой и вооружённой толпой?

Я, в принципе, мало отличаюсь по внешнему виду от моих спутников, разве что звёздочки на погонах практически генеральские, но они зелёно-коричневые, камуфляжные, поэтому вперёд не лезу. Для этого у нас Златобор. Мытник заливается соловьём, мол, торговать пришли, расписывает все преимущества, чуть не танцам зажигательными народ уговаривает. Хозяева, в целом, на торг согласны, удивились только, что мы сами пришли. Они-то уже ходили в нашу сторону, в Москву, интересовались базаром. А мы их постоянно спроваживали. Тут же сами припёрлись. Ну а сейчас какой торг? Ночь считай на дворе - давайте утром. Мы только плечами пожали, собрались, и под охреневшими взглядами местных, без вёсел и парусов, под тихий гул паровика, пошли на ночёвку на озеро. Утром так утром, нам торопиться пока некуда.

На рассвете встретились в том же месте. Народу уже тут куча, повыползали из леса. Там же, на берегу, устроили торг. Местные припёрли традиционный товар - рыбу, мех, что зимой набили, горшки такие прикольные, глиняные, игрушки всякие. Кузнеца у них нет, на Ладожском торге да на Свири металлом разживаются. Нам это на пользу - вывалили наш инструмент. Я тут же достал блокнот, записал очередное наше упущение - надо прилавок с собой возить, что ли, неудобно ведь...

Местные инструмент оценили и сразу загрустили. Слишком дорогой по их меркам. Опять Златобор с зажигательными танцами, мол, под будущие поставки можем вам оставить его в аренду. Местные так оживились, прям весёлые сидят. Мне это что-то не нравиться. Может, слинять собрались, или ещё что-нибудь задумали, неприятное. Уточнили - за инструмент будем брать у них только то, что мы скажем, а не то, что у вас есть. Стали выяснять корелы у нас количество и содержание платы за московский товар. У нас уже и список готов - топор за дрова, под три года поставок, коса - за сено, с тем же расчётом. Сначала "партнёры" приуныли, но потом что-то своё обсудили шёпотом, и опять развеселились. Хм, кажется, нас попытаются кинуть:

– А как там насчёт клятву богам дать?
– подал я предложение, - Условия опишем, договоримся, перед богами и предками?

О! Подействовало

чуть! Сразу серьёзнее стали, улыбки пропали. Златобор лишь беспомощно руками разводит, его недоработка. Но и дальше торг не пошёл. Не соглашаются, да и говорят о том, что богам и предкам по такому пустяку клятву никто давать не будет. Опять пытаются давить на жалось и "впарить" нам мех в обмен на топоры. Ну мы-то тоже не пальцем деланные. Достал револьвер, поднял над головой и выстрелил. Грохот! А потом - тишина...

– С нами по-другому нельзя, только так, под клятву кровную мы ведём дела. Или под печать хитрую. У вас такая есть? Нет? Значит, пальцы себе резать станете. Будет торг? Нет? Ладно, народ, собираемся, дальше поедем...

Нас остановили. Один дядька решился-таки заключить сделку. Пришлось писать договор на русском, потом перевод - на словенском написали, ибо он тут в ходу чуть-чуть, и мужик есть грамотный, что резы да черты понимает. Потом прогулялись в некую чащу, к идолу. Там традиционные вопли о том, что все сделаю, век воли не видать, и предки с богами в том свидетели. Договорились на дрова - топор с нас. Дядька обязался поставлять нам топливо из расчёта по четыре кубометра в месяц в течение трёх лет. На том и порешили

Опять лодка, дорога на север, и снова к вечеру нашли заводь. Заводь не такая вдающаяся в берег, но больше, сильно больше. Да и село, что стоит на ней не сравнить с предыдущим - домов тридцать, почитай! Но пристани опять нет, лодки на берегу. Коней гнать не стали, ушли за горизонт, там переночуем.

С рассветом встали напротив села, стали ждать реакции. Местные на берегу уже соорудили некую баррикаду, ждут атаки. И мы ждём - чего на рогатины кидаться? День прождали, местные не уходят. Мы лодку водомётную малую спустили, ближе подошли. Мы думали, так говорить станут - чуть не огребли стрелой. Наконечник железный, но дрянной, остался торчать в борте нашего плавсредства. Мы обиделись и ушли за горизонт.

Но мы терпеливые - утром опять встали напротив села. Задача-то не просто "толкнуть" товар, а ещё и разведку провести, хоть и малую. А тут село агрессивное, как его стороной обойдёшь? Простояли часа три. Уже у местных нервы не выдержали - сами на лодках малых подошли. Обстреляли их из ракетницы - испугался народ, умчался к берегу. Одна лодка только стоять осталась, та, что ближе всего к нам была - побоялась идти в сторону полёта огненного шарика. Мы им про торг и сказали. Мол, какого хрена в честных торговцев стрелы мечете? А то ведь и по башке за такое прилететь может! Не стали долго разглагольствовать - опять выстрелили в воздух из револьвера. В лодке народ репу почесал, подумал, и махнул нам рукой, мол, давайте, подходите к берегу. А куда нам к пляжу соваться? Опять нас осадка подвела! Пришлось спускать лодки, садиться в них, переться в село. На берегу толпа вооружённая, мы тоже на чеку. Я пальнул в воздух.

Реакция разная - половина убежала, за углами прячутся. Вторая крепче копья взяла. Пустил Златобора вперёд. Опять пляски с бубном, торг, товар, обмен. Народ интересуется, откуда мы такие дерзкие выползли. Мы им про Москву, нас обозвали некими "хияйнами". Это вроде как молчуны, не идущие на контакт. Эти, как оказалось, тоже к нам уже пару раз сунулись, и им тоже отказали. Ну да ладно, дело житейское. Из толпы, когда после выстрела всё улеглось, выделился дядька, одетый чуть лучше остальных - местная власть.

С ним, кстати, дело иметь не в пример удобнее было, сообразительный товарищ. Про торг описали, про договор - тот кивает, мол, правильно, так и надо. После объявления наших условий местные пошли думать, а мы опять на "Меркурий", снова до утра куковать. Неспешно тут дела делаются.

Утром переговоры продолжились - три семьи подписались на наши условия. С них - дрова да сено, с нас - топоры да коса. Причём это село большое да богатое по местным меркам. Поэтому вписались те, у кого инструмента не было своего, бедняки, так сказать. Ну и опять нам суют шкурки эти, рыбу.... и железяку какую-то!