Моряки Зелёного Моря
Шрифт:
– Но я обычно называю его “приятель”. Среди моего племени было поверье, что когда мы нарекаем кого-то именем, мы становимся владельцами его судьбы и теперь за него в ответе. И… у меня было достаточно жуков, и у них было множество хороших имён; хочу, чтоб и у него было хорошее имя. Он его заслужил.
– Как насчёт “Крушителя”?
– спросил младший сын, но Кобра усмехнулся.
– Хорошее, грозное имя, но я знаю как минимум трёх “Крушителей”, и один из них буквально машина… Я думал о чём-то вроде Сиандаила - “Надёжного Солнца” в некоторых пустынных наречиях. Этот жук не раз служил мне утешением и опорой. Но
– Ух, мне аж захотелось полной грудью вдохнуть, погоди, - Ворчун демонстративно достал кислородный респиратор и сделал вдох через него.
– Ух, вот так лучше, а то душно как-то стало. Так вот, Кобра, со своими “Сиандаилами” лучше к нормальным людям не лезь. Спасителем назови, он этого заслуживает. Если не хочет отзываться, ничего, потом привыкнет.
Кобра только пожал плечами и посмотрел на пескожука, что лапами подпихивал к жвалам висящие остатки питательной паутины.
– «Спаситель» звучит хорошо. Но я пока смирился с просто “Пескожуком”... Ладно, я пойду вздремну вместе с ним, пока время есть. Разбудите, как будем готовы отправляться.
И Кобра покинул общий костёр, дабы прилечь, слегка привалившись к жучьему боку. Он положил руку на холодный хитин, слегка погладил. Жук уже дремал, подобрав усики. От его ран исходил травяной запах хаша - перетёртой кактусовой смеси.
– Ну, как себя чувствуешь? Ты настоящая звезда вечера, да-да, - с улыбкой тихо произнёс Кобра.
– Без тебя мы бы тут не сидели, друг… Спаситель. Как тебе имя? Как по мне, оно о тебе полностью говорит. Говорящие прозвища - это хорошо...
Кобра зевнул и устроился поудобнее, подложив под голову рюкзак. Вне пещеры на чёрном небе снова зажигались бесчисленные звёзды. Средь них ползли слегка оранжевые “змеи”, окрашивая небеса в невероятные цвета. Значит, обе луны снова приближались к своему полному открытию на небосводе.
Кобра выдохнул, размышляя: “Ты может быть и не понимаешь этого, но ты спас нам жизнь. Ты спас её мне, друг… Отдыхай. Я возненавижу себя за то, что мне придётся сделать однажды, но такова судьба. Мы могли бы ей сопротивляться, от неё бежать, но мы выбираем из того, что есть, и стремимся выбирать лучшее… Моё лучшее - это то, что мне не нравится, но что придётся сделать. Давай же надеяться, что наши жертвы будут принесены не зря”.
***
– Слушай, хочу спросить вот…
Бродяга поднимался по скалам. Его зелёная одежда была прикрыта белой накидкой. Казалось, он совсем не уставал и не потел, а плыл по камням, подобно божеству, пока Кобра раз за разом ломал об них ноги. Не буквально, но спотыкаться было неприятно.
Кобра уже вымотался, устал и был готов сдаться. Извалялся в пыли и каждые пару секунд прикладывался к респиратору, пытаясь перевести дыхание. Казалась, фигура Ина недосягаема, и даже догнать её невозможно. Впрочем, тот останавливался и терпеливо ждал.
И как Отто, будучи обычным человеком, так умудряется карабкаться? Впрочем, этот «просто человек» жил на свете пару тысяч лет из-за неведомых магических причин. Находиться с ним рядом уже было настолько невероятным опытом, что в это попросту не верилось: быть может он обманщик? Самозванец? Дух, пришедший поиздеваться над Коброй, пока тащил того в горы?
– Да, друг мой?
– Отто
Кобра влез следом и сел, переводя дух. Отто тоже остановился, оглядывая оставшуюся позади горячую пустыню и высокие каменные скалы.
– Что ты знаешь о наших нанимателях?
– Они вовсе не наниматели. Они партнёры, - Отто улыбнулся Кобре.
– Если нам что-то не понравится в их распоряжениях, мы сделаем по-своему. Но я понимаю, о чём ты спрашиваешь; тебе хочется знать, кто такие “МНИЦ”.
Кобра снял с плеча новенький автомат, полученный как аванс - оружие, которого он никогда ранее не видел, но что было убийственней всего, чем он обладал раньше. Именно с ним он пробудет ещё много лет. И находясь на скале в тот день с Отто, он думал об этом.
– Если честно, я никогда не видел таких поселений. Бункеры из стали, крепкие стены, автоматические пушки… Никогда раньше не видел иномирцев, разве что, кроме тебя и… Они все там такие?
– МНИЦ - интересная организация. Для кого-то они преступники, для кого-то террористы, а для кого-то независимая группа учёных-исследователей и охранников, тем не менее, получающая доход от своих изысканий и стремящаяся сделать мир лучше.
– Террористы? Ребята, что врезаются на машинах в дома и взрывают себя? – вопросительно поднял Кобра бровь.
Его удивление смешалось с болью; вот о ком о ком, но он бы не подумал, что Отто водился с террористами. Сердце в секунду стало тяжелее тела. Неужели даже самый непогрешимый из разумных тоже отнимет его надежду?
– Нет-нет-нет. Их террор заключается в том, что по слухам, они ловят разумных из нецивилизованных миров, или же покупают заключённых и используют их для опытов…
– И это правда?
Отто пожал плечами, а потом харизматично улыбнулся, подмигнув.
– Ну кого-то же я смог оттуда вытащить, кто сам выйти не мог. И наше сотрудничество с МНИЦ как раз позволит мне и дальше проворачивать подобное. А там глядишь, может кому-нибудь погуманнее удастся в их Совет Распорядителей попасть… Короли, знающие цену своему правлению, порой создают великие государства.
Он мечтательно посмотрел вдаль, за горизонт великой пустыни, лежащей под голубым небом. Кобра всё ещё не знал, что об этом думать; с одной стороны, спасать людей - хорошо, но если МНИЦ действительно ворует их, то не должны ли Кобра и Отто бороться с ними, как борются против десейрийских работорговцев?
– Спасаем кого сможем, значит? – с сомнением переспросил Кобра.
– И не раскаиваемся за провалы, - кивнул Отто.
– Себя нужно уметь прощать, ибо наш путь, каким бы он ни был, всё же спасает людей. Мы всегда могли бы спасти больше, мы могли бы сделать лучше, но мы просто разумные из плоти и крови. Не надо от нас требовать невозможного.
– Не знаю, Отто…, - Кобра устало опустил голову и почесал затылок, разглядывая винтовку.
– Я как-то не этого ожидал.
– Разочарование черпается из многих источников, но источник твоего - необоснованные ожидания, - Отто уселся рядом, сложив ноги.
– Ты знал, что и в Десейре были великие императоры, без всякой поддержки бросавшие вызов дьяволам?
Из омута сомнений Кобру столкнули в пучину изумления. Если в предыдущие вещи он старался верить, пусть и с трудом, тут он посчитал, что Бродяга просто смеётся над ним.