Морской Кулак
Шрифт:
– ГХАЭХ, КХАГХ... **** тупой *** заткнись и не мешай спать!
– сказал скрипучий хриплый голос. Я прислонился к прутьям и посмотрел туда, откуда слышался голос. Моему взору открылся тёмный коридор, в конце которого находилась единственная дверь с маленьким окошком, сквозь которое просачивался свет.
– Эй, я замолкну если ты только ответишь на пару вопросов.
– С хера ли я должен тебе отвечать ****?!
– Потому что *** если ты мне не ответишь то не заснёшь всю ночь!
– мой незримый собеседник задумался, потом скорее всего как-то изменил своё положение и сказал.
– Давай уже свои вопросы, только быстро, я спать хочу.
– Хорошо, где мы?
– На острове Косса, в местной тюрьме.
– Значит Косса... Как давно был отбой, что делают с вещами заключённых и как скоро принесут еду?
– А не много ли ты хочешь? Ты сказал два вопроса! Ну ладно, в общем то, отвечу тебе. Отбой был хер знает когда, я не считаю секунды, когда сплю. Вещи заключённых или хранятся в шкафу, в кабинете тюремщика, но это скорее
Так, мой собеседник затих, но больше от него мне ничего не было нужно. Осталось дождаться охранника. Интересно, как там остальные? Спаслись? Виви, наверное счастлива, что меня больше с ними нет. А Эйс как? Вряд ли Кума смог его завалить, да ещё и так быстро. А-а-ах, чёрт. Что, я буду гнить в этой тюрьме до конца жизни? Чёртов Кума послал меня на какую-то скрытую правительственную базу в глубинке, чтобы меня никто не откопал? Не хочу! И тут меня осенило. Я хлопнул себя полбу, подумав "Вот дебил". Будь это скрытой правительственной тюрьмой, меня бы окружали супер опасные пираты, а здесь какой-то хилый мужичок, который, кажется, не протянет здесь и три месяца. Бред. Да и наручники из Кайросеки на меня точно бы надели. Хотя стоп, может быть эта клетка как раз из неё, а без наручников я потому, что никто не боится моего побега, просто зная - не смогу. Нет, что-то не сходиться. Ржавая клетка никак не может быть из кайросеки. Кайросека вроде как не ржавеет. А что мне мешает сходить и проверить прямо сейчас? Я встал и быстро направился к решётке и остановился прямо перед ней. Решительно выдохнув, я сделал шаг и ... просто прошёл решётку насквозь. Попробовав ещё раз туда и обратно я убедился, что это обычная железная решётка. Но, здраво рассудив, что неплохо бы дождаться тюремщика и разузнать у любезного где же мои вещи и что это за место. Заключённый не удосужился рассказать о городе, где я, о острове и так далее, так что нужно допросить более осведомлённого человека, который так сладко спит этажом выше чуть дальше двери. Стоп. Откуда я всё это знаю? Способность? Когда? Похожее чувство меня охватило, кажется, в Логтауне, когда пошёл дождь. Но тогда у меня сильно разболелась голова а в следующий раз я чувствовал людей во время битвы. Я мог предсказать удары, один из четырёх. Но, что это? Надо разузнать у какого-нибудь супер крутого чувака с наградой выше Эйса. Ладно, нечего гадать на кофейной гуще, нужно попытаться уснуть.
Сон всё не шёл. Я всё думал о своих друзьях и всё больше понимал, что мне очень скучно без них. За такое короткое время я успел привязаться к этой дружной команде. Мне будет скучно без бесконечных глупостей Луффи, экспериментов изобретателя-труса Усоппа, которые не всегда заканчивались удачно, болтовни на разные темы и боёв на корабельной палубе с Зоро, ворчания Нами... Чёрт, где этот сраный охранник? Я выглянул из своей камеры и увидел, что свет из окошка стал чуть-чуть менее искусственный. Может, уже наступило утро? Возможно. Где этот чёртов тюремщик? А, ходит. Наверное недавно проснулся. Ну, значит он скоро будет спускаться сюда. Так и случилось, через пол часа тюремщик двинулся сюда и уже скоро послышались шаги тяжёлых сапог по каменным ступенькам. Он что-то поставил за дверью и завозился ключами. Я вернулся к стене и стал ждать. Возня наконец закончилась, он снова подхватил свою ношу и потопал к первому заключённому. Тот уже проснулся и тихо сидел в углу. Стоило тюремщику подойти, как он сразу кинулся к прутьям в ожидании еды. Очень противный звук издало соприкосновение "еды" с миской заключённого, поэтому я отогнал все оставшиеся мысли о том, чтобы позавтракать здесь. Шаги приближались, я встал. Вот и показался тюремщик. Дверь он оставил открытой, поэтому тусклого света вполне хватало, чтобы рассмотреть его. Здоровый детина с не менее здоровым брюхом, стрижка "почти-горшок", грубая куртка, грязные штаны из грубой ткани, тяжёлые грязные сапоги, на лице гаденькая ухмылка а в глазах презрение. А в ведре... ууу... мой нос. Этим, кажется свиней, или собак кормят. Нет, есть я это не буду точно.
– О, наконец-то очнулся, новенький. Ты тут провалялся два дня, но не волнуйся, ты ещё до-олго будешь вкушать тюремную жизнь. А-ха-ха-ха-ха.
– он рассмеялся своей шутке и вывалил черпак этого говна мне прямо на пол камеры.
– Жри давай.
– уходить он не собирается. Я приподнял одну бровь, посмотрел на него, потом на это говно, потом опять на него.
– Чё застыл, давай, упал на колени и жри с пола, иначе не буду кормить, пока не сожрёшь!
– я всё ещё стоял и смотрел на этого идиота.
– Гордец, да? Ну ничё-ничё, пару-тройку дней посидишь голодный - сожрёшь и добавки попросишь!
– он наполнил кружку на цепи водой, поднял ведро и решил направиться обратно.
– А ну стой. Отвечай, что это за место и где моя одежда?
– тюремщик посмотрел на меня, как на умалишённого и сначала даже от удивления не мог ответить, но потом всё же нашёл в себе силы и послал меня.
– Да ты ***** **** **аный! Тебе гнить здесь вечно, а он ещё и требования мне выставлять собрался! Скотина! Без еды две недели и день без воды, после этого! Ты думаешь, что имеешь какое-то право задавать вопросы, или разговаривать со мной? Жалкое отребье! Два дня здесь а уже взбесил меня так, как никто не взбешивал уже давно в этой тюрьме!
– он сплюнул ко мне в камеру и решил
– Значит по-хорошему ты не хочешь отвечать. Ну что ж, значит будешь по-плохому. Если ты сейчас же не ответишь на мой вопрос - умрёшь не самой лучшей смертью.
– ЧТО-О-О? Жалкий червяк, ты не забыл, что это ТЫ сидишь за решёткой, а не я! Чем ты можешь мне угрожать? Хиляк! Я тебя одним пальцем раздавлю!
– он подошёл обратно весь багровый и наступил в кучу говна своим сапогом, видимо всё ещё полагая, что я буду это есть когда-нибудь, но... он ошибался. Он вытоптал свои сапоги в куче этого дерьма так, чтобы на них осталась большая часть этого самого дерьма. В его глазах появился гнев, презрение и какой-то садистский оттенок.
– Если ты слижешь всю еду с моих сапог, то так и быть, я прощу тебя, но если нет, я заставлю тебя это сделать, урод!
– Да по сравнению с тобой я идеал мужского тела, посмотри на себя, бочка жира, накачанная пивом.
– Сейчас тюремщик ещё больше побагровел и, кажется вконец сорвался, а из камеры моего знакомого доносилось похрюкивание. Жирный начал лихорадочно перебирать ключи бормоча ругательства и всячески поливая меня грязью себе под нос. После особо удавшегося словесного оборота я решил не утруждать его поиском, а просто схватил за шею сквозь решётку и слегка сдавил. Нет, я не пережал ему никаких артерий, просто надавил слегка пальцами.
– Мне надоело выслушивать тебя, или ты говоришь где мои вещи, и что это за место, или умираешь.
– Только сейчас мужик обратил внимание на то, что мою руку насквозь проходит ржавый прут клетки. Зрачки расширились и в них заплясал ужас. Он схватил нож с пояса и попытался отрубить мне руку. Точнее он её отрубил, но эффекта это не принесло. Я полностью вышел из клетки, продолжая держать одной рукой тюремщика. Не удивительно, что состояние здоровья моего знакомого зэка не в самом лучшем состоянии. Я взял ключ, который сжимал в руке тюремщик и попытался открыть камеру. Ключ оказался самым подходящим, видимо он уже нашёл его, когда я решил помочь. Не обращая внимания на его сдавленные стоны я открыл камеру, швырнул его внутрь и закрыл дверь. Скрепив ему руки его же наручниками я вывалил всё ведро этого... ну вы поняли на пол и оставил ведро воды так, чтобы до него можно было дотянуться кружкой.
– Ч..ч-что ты задумал?
– Затихни.
Ну, судя по всему о городе расскажет мне заключённый, потому как с тюремщиком разговора не вышло. Ничего, как я ему и обещал, умрёт он не самой лучшей смертью. Просто беру, создаю толстую стену из воды, за которой уже доносятся крики тюремщика, и превращаю в лёд. Метровая стена льда - хорошая штука. Я проделал окошко вентиляции в углу соседней камеры, так что он здесь не задохнётся. Так-так-так, где там мой старый знакомый? Ага, кажется через одну камеру. Ну-с посмотрим с кем я говорил. Подойдя к его камере я посмотрел внутрь. Моим "сотюремником" оказался старичок лет семидесяти на вид, тем не менее с грязнющей, но не до конца седой бородой и такими же грязными длинными волосами. В его серых глазах было удивление и испуг, он немного дрожал и смотрел на меня, ожидая чего-то. Из одежды на нём была какая-то грязная мешковина. Я открыл дверь и скомандовал старику: "Вылазь". А сам направился к открытой входной двери. Выйдя из помещения с камерами я оказался на входе на витую лестницу. Освещал как камеру так и часть лестницы один единственный светильник. На этаж выше от нас находилось ещё одно помещение с камерами, там находилось трое человек. Туда я решил не заходить и направился дальше. Следующий этаж оказался последним, но подъём занял куда больше времени. Осторожно приоткрыв дверь я увидел кусок комнаты, судя по всему, жилой. В ней никого не было, поэтому я не долго думая зашёл внутрь, соблюдая тишину. Комната оказалась не очень большой. Судя по всему здесь жили два человека. Картонными перегородками было отделено две кровати, возле каждой стояло по деревянному шкафу и тумбочке. В левом углу кухня, состоящая из плиты, раковины и холодильника и круглый деревянный стол стол со стульями на ковре между перегородками. Правая часть комнаты была грязноватой, кое-где валялись носки, висела одежда, обувь, а левая половина была почище. Ну да ладно. Отвлекусь ка я от осмотра комнаты, ведь здесь есть намного более интересная штука - ХОЛОДИЛЬНИК! В нём я обнаружил кусок окорка, странное блюдо из рыбы, и половину лобстера. Быстренько обшарив навесной ящик, в котором я обнаружил хлеб, я вытащил всё это добро на стол и принялся завтракать. Я уже почти доел лобстера, когда вдруг дверь в комнату открылась. Мать твою я совсем позабыл об осторожности за едой. Так мы и замерли, мужик среднего телосложения и такого же среднего роста в куртке с каким-то причудливым значком на груди и мечом на поясе, и я, с недонесённой до рта последней клешнёй лобстера. Первым пришёл в себя я, разломив клешню и съев мясо. Потом пришёл в себя мужик. Он выхватил свою саблю и уже пытался что-то закричать, как я его остановил.
– Крикнешь что-нибудь - убью. И саблю опусти, она тебе не поможет.
– Мужик, видя, как я спокойно закусываю лобстера "бутербродом", решил поступить умно и промолчал. Чуть промедлив он всё-таки опустил саблю, но в ножны её не убирал.
– Ну и чего ты на пороге стоишь? Твоя вроде комната - так ты проходи, садись.
– я сделал приглашающий жест к столу.
– Ответишь мне на пару вопросов - останешься жив и будешь вести свою доблестную службу дальше. Дверь не забудь прикрыть за собой.
– Мужик оказался понятливым, закрыл дверь и присел напротив меня за стол. Сабля у него до сих пор была на готове.