Мир, которого нет
Шрифт:
— Зверь — обычный сопровождающий и Иртон — людин, учёный, — перебил Тейру волк, который так же неожиданно скрестил руки на груди.
— Вы, всегда перебиваете милсдарей? Раз вы обыкновенное сопровождение, то вам нечего делать в моем шатре, — грубо ответила Дилайла.
— Я позволяю им присутствовать! — вступилась Тейра.
— Но я нет! — Дилайла надменно задрала подбородок.
— Не надо, Тейра, мы выйдем, просто скверной старушке не нравится, что я импульсивный и молодой, а она нет, — положив руку на плечо Тейре, произнёс Зверь.
— Что ты сказал про нашу
— Что она — скверная старуха, только и всего, — ответил Зверь, останавливая разъярённых дочерей остриём меча.
— Мы сотрём эту ухмылку с твоей морды! — произнесла младшая Дилайла и медведицы перешли в атаку.
— Вы спросили, я ответил!
— Остановитесь, сейчас же! Голова Дилайла, сделайте что-нибудь, — разволновалась Тейра, а Старшая только ехидно улыбнулась. Иртон молча встал, захлопнул шлем и мгновенно вооружился.
— Иртон, не смей! — командовала Тейра.
— Не переживай, Тейра, толстушки меня не догонят, — радостным голосом произнёс Зверь. Драки не избежать, но все тут же затихли, когда услышали звонкий искренний хохот в углу шатра. Заливаясь смехом, держась за живот, перекатывалась на спине та самая барсарка. Каждый на неё обернулся и замер в ожидании. Не произнося ни звука, все переглянулись, а Зверь даже пожал плечами. Иртон заулыбался, барсарка смеялась очень заразительно. Она ловко встала на ноги, выпрыгнув из положения лёжа. Продолжая смеяться, вытерла слезу и, улыбаясь как котёнок, села у костра. Сделала лицо полное детской наивности, блеснув крепкими зубами.
— Что случилось? Кто это? — спросил Зверь, которому не дали подраться, а барсарка снова залилась смехом.
— Чего она ржёт? Мы морды бить будем? — продолжил своё непонимание Зверь.
— Ха-ха, ой, спасибо вам, вы так смешно разговариваете, — произнесла барсарка.
— Кто, Зверь? — удивился Иртон.
— Он — мерзавец! Не умеет держать язык за зубами! — закричала Тейра, а кошка залилась смехом снова.
— Вы хорошо себя чувствуете, милсдарыня? — спросила одна из медведиц.
— Ха-ха-ха, хорошо, хватит. Вы свободны. Вы старшая идите спать, вы младшая идите спать и вы ср… Ха-ха… Средняя идите спать, ха-ха, — продолжала смеяться кошка.
Несмотря на явное недовольство все три медведицы встали и подчинились, а Старшая с такой злобой посмотрела на Зверя, что тому оставалось только отправить ей воздушный поцелуй. Младшая Дилайла, выходя, показала не двусмысленный жест, проводя пальцем у себя по шее.
— Я не понимаю, — сказала Тейра, — Что это за спектакль?
— Ха-ха, точно спектакль, именно это слово пыталась вспомнить, — ответила барсарка.
— Мне она нравится больше, чем те «мужики», буду с ней говорить, — сказал Зверь и сел к костру, а кошка залилась застенчивым смехом и затрепыхала ресницами.
— Ты закончил заигрывать? — спросил Иртон, который испугался не на шутку
сорванной драки.— Заигрывать? Ого-го-го, я думала, мы просто веселимся, — ответила кошка, всё так же мило мигая глазками.
— Хаку милостивый, из-за вас двоих! Я который раз оказываюсь полной дурой, вы неспособны вести никакие переговоры! — разозлилась Тейра.
— А зачем? Мы веселимся, как вас называть, красавица? — спросил Зверь, и поцеловал руку барсарки. Она сделала вид, что засмущалась.
— Я — Аиша Моссол, дочь Кота Моссола — Меча рекса Северных Кланов, сына Ириса Моссола — вожака клятвенников его величества рекса Руди. Легат рекса в уделе Ловчем и воевода при ополчении удела. Это всё для вашей спутницы, которая любит чины, а для вас, Зверь, я просто Аиша, — ответила барсарка.
— То есть ты в поселении главная? — переспросил Иртон, — Тогда какого чёрта нас повели к этой Старшей?
— Ха-ха, я — легат, это вверенный мне удел и его земли, а она — голова этой тысячи и кочевого поселения. Я разрешаю им охотиться и пришла посмотреть, как дела у вверенных мне подданных, — с очень доброй улыбкой ответила Аиша, — К тому ж они моя дружина. Помню, у вас дела к рексу Руди, поэтому вам не о чем говорить с ней.
— А почему сразу нельзя было с нами заговорить? — более сдержанно, но всё ещё сердилась Тейра.
— Откуда мне было знать, кто вы такие? — ответила Аиша, — Ходят втроём, оборванные. Послы обычно с охраной, а вы так.
— А откуда нам знать, кто ты такая? — переспросил Иртон, скрестивший руки на груди.
— Тейра, Иртон, не надо так давить на милую девушку, — сказал Зверь крайне наигранным тоном.
— Как это? Она не выглядит, как легат! — выкрикнул Иртон.
— Тут все не выглядят, как легаты, — сказал Зверь с полным знанием своего дела, — К тому же один её приказ и сидеть нам на колах.
— Откуда ты знаешь? — спросила Тейра резким гневным голосом.
— А откуда я могу не знать? — переспросил Зверь, подняв только одну бровь. Аиша залилась непринуждённым детским смехом снова.
— Хаку всемогущий, я не могу больше. Ваша милость, легат Аиша или воевода… Как уж там, прошу прощения! Где я могу лечь спать? — Тейра измучилась за последние полчаса сильнее, чем когда либо. Её стража всегда слушалась, не в пример Зверю с Иртоном.
— Здесь, — очень коротко ответила легат. Зверь улыбнулся во всю пасть, даже Иртону стало смешно от неожиданности.
— Как здесь? — переспросила Тейра, её затрясло.
— Это мой шатёр, возьмите шкуру и ложитесь, где хотите, — ответила Аиша.
— Это шутка? — решила убедиться Тейра.
— Нет.
Несчастная Тейра прошла в глубь шатра, к горе шкур, выбрала себе одну и, кое-как сдерживая слезы, завернулась в неё. Иртону стало даже как-то грустно за Тейру.
— Тоже, пожалуй, лягу, — сказал он, и просто улёгся в своей броне, прижавшись спиной к Тейре. Она не показала лица, но тайно улыбнулась.
— А ты тот самый Зверь или какой-то другой? — спросила Аиша, вытащив кожаный курдюк из-под пончо.
— Не понимаю в чём вопрос, собственно, — напрягая память, ответил Зверь.