Чтение онлайн

В кабинете меня ждал человек в простой штатской одежде. Так мог бы одеться горожанин перед прогулкой на природу. Он стоял у окна. Мельком я увидел, как ополченцы тренируются в стрельбе. Около конюшни стояла Орели. Я горестно вздохнул, конечно, нельзя было надеяться на бистаа. А вообще неплохо у них со снабжением подумал я. Оперативно покровители посылочку доставили. Меня отпустили и, чтобы не упасть, я схватился за кресло, щуря глаза, отвыкшие от дневного света.

— Иштар меня сохрани, какие же они идиоты! — наконец выдал мой визави и повернулся ко мне. — Имя?

— Обычно, представляются сначала гости.

В ответ я получил тяжелый взгляд из-под массивных

— Имя!

— А, вы намекаете, что теперь я гость в этом доме? Понимаю. Барон Петер фон Краузе, оберст, интендант гарнизона Таирбурга.

— Отлично, — он позволил себе выдать что-то похожее на улыбку. Примерно так мог бы улыбаться камень. — Вы нам пригодитесь. Я временный командующий народной армией Карл Либкнехт. Вы будете сотрудничать?

— Конечно, да. Мне, знаете ли, жизнь дорога, да и разум с телом хотелось бы целым сохранить. Вы же все равно свое получите не магией так пытками…

— Хорошо это сэкономит время. Цель вашего пребывания здесь?

— Исполнение меры пресечения в виде домашнего ареста. Я под следствием, знаете ли…

— Убийство? Дуэль? — живо поинтересовался Либкнехт.

— Никак нет-с. Проворовался.

Интерес, сменился презрением.

— Что за офицеры ДД с вами?

— Карл Морсер, лейтенант Тайной полиции, мой надзирающий маг-криминалист, месяц как из Академии только, и Асанте Вильянуэва, моя любовница, дочь соседа, господина Хименеса, — я догадывался, что за членство в ДД ничего хорошего Асанте и Карлу не светит, и пытался хоть немного выгородить их.

— Почему она в мундире ДД?

— Я люблю ролевые игры.

— Вы лжете. Я уже достаточно слышал, про ваши противоестественные наклонности к тиерменш!

— Одно другому не мешает. Нет предела человеческой фантазии, герр Либкнехт, — сказал я отвратительно хихикая. Я надеялся, что получилось достаточно мерзко, чтобы командующий не захотел продолжать разговор и похоже угадал.

— Ублюдок. Типичный представитель гниющей верхушки рейха. Ну, ничего. Мы это скоро исправим… — процедил под нос Карл. Он начал рассматривать карту провинции, лежавшую перед ним. — Вы отправитесь в штаб через пару дней. Там решат, как с вами быть. Информация о том, как организована оборона и снабжение столицы будет полезна. Уведите его с глаз моих! — скомандовал Карл. И продолжил планирование операции по захвату Брюгге.

— Позвольте маленькую просьбу? Я могу надеяться на прогулку? — спросил я. Либкнехт окинул меня взглядом. Убедившись, что бежать я не смогу сказал:

— Десять минут. Выведите его.

В дверях я обернулся.

— Оберст Либкнехт, — Командующий резко поднял голову от карты, — позвольте совет, вы вот командующий «народной» армии, а сабля у вас, офицерская, именная, от герцога Виттельбаха полученная. Непорядок… попроще бы себе чего нашли… — сказал я не сдержавшись. И похромал под присмотром дальше по коридору.

Орели была все там же, рядом с ней стоял кузнец, который пытался меня ударить. Его рука висела на перевязи. Я довольно улыбнулся. Когда тесть показал на мне этот прием, я неделю ходил так, а ведь меня лечили лучшие маги!

Я обошел двор, стараясь приблизиться к ней, не подставляясь под огонь тренирующихся стрелков.

— Ну что, довольна предательством? — спросил я у бистаа. Мне показалось, что она сейчас заплачет. Это заметил и кузнец. Он и ответил за нее.

— Вот я б тебя сейчас прибил бы, если ты командующему нужен не был! Почто Оречку обижаешь?

Орели шмыгнула носом и, обращаясь вроде к нему, но глядя мне в глаза, произнесла:

— Не прибил бы. Его Вильянуэва

Я с трудом подавил улыбку. Значит, все же выполнила приказ. Пускай не так как я хотел, но может на то были причины.

— Ты кузнец, на меня хлебало не разевай. Меня через пару дней в штаб повезут, а там уж я договорюсь, что бы тебя за дерзость запороли. — Я смотрел на Орели, когда говорил это. Она в ответ улыбнулась и сдержано кивнула. Кузнец разразился потоком брани и мои сопровождающие потянули меня обратно в подвал от греха подальше.

Асанте и Карла тоже допросили. Но показания мы уже успели согласовать. Посадить нас в одну камеру было чудовищно непрофессиональным поступком.

Послабление нашего режима, после беседы с Либкнехтом состояло в том, что нам дали свечу и еще пару одеял. Я бы хотел их обрадовать, новостью о том, что нас, скорее всего, попытаются спасти, но боялся, что нас все же могли подслушать.

Гильгамеш медленно брел по темным подземельям уру-ки-мах [24] Кутал-лу. Тишина и покой наконец воцарились в этих мрачных переходах и залах. Тишина и покой, которых так долго ждал древний лич.

С неразумными гештуг ну-н-меш он не церемонился. Упокаивать их по всем правилам было слишком долго, и он просто превратил всех, до кого могла дотянуться его магия в прах. Не велика потеря. В запасниках было достаточно подготовленных трупов.

С у-и-на-э-наг и вампирами было сложнее. Свободолюбивые вечно голодные гордецы не спешили к своему господину, пока его Зов не стал причинять боль. Только тогда они начали возвращаться к саркофагам и обустраиваться там, чтобы продолжить сон. Некоторых все еще не хватало. Юнцы ушли слишком далеко, ведомые мечтой о независимом вампирском царстве, но это были их проблемы. Если они не вернутся, чтобы получить наказание к Гильгамешу, то получат наказание от инквизиции смертных. И гораздо более суровое.

Лич, шурша одеянием, проходил мимо фамильных склепов, запоминая отсутствующих. Он дошел до тупика, где лежали Древние и увидел сдвинутую крышку на саркофаге Эанатума. Бывший друг, после второго рождения у Гильгамеша друзей больше не было, решил нарушить свою епитимию и сбежал вместе с молодыми дураками. Если бы лич был человеком, то, наверное, он бы грустно вздохнул, но бессмертный эмоций не испытывал. Он только отметил отсутствие еще одного у-и-на-э-наг в своей бездонной памяти и направился обратно в тронный зал.

Эанатума он увидел сидящим на своем троне.

— Это место не для тебя. Вернись в свой склеп, жаждущий. До конца твоего сна еще триста пятьдесят лет.

— Ты не простишь? Ну не знал я, что все так получится, когда Хэссу тот том призыва подкинул. Ты не решился. Никто не решился. Я сам не умею. А он попытался…

— Это решение совета. Твое наказание ждет тебя, благодари, что тебя не развеяли прахом! Я не пытался потому, что знал, чем это может закончиться. Как собственно и произошло. Хэсс чуть не погубил мир. Мы не вернем нашу Нин Энлиль-гим нам тар-тар-ре. [25]