Мифы Цивилизации
Шрифт:
Перевернутый стол на переднем плане показан в прямой перспективе, ножки стола соединены досками ВНАХЛЕСТ, то есть ГВОЗДЯМИ. А что, если это карикатура на Петра I и Екатерину II.
В Атласе Ровинского помещены, например, 9 картин гренадеров «в память знаменитых кампаний в Пруссии в 1757–1762 годах». В.В. Стасов доказывает детально, что форма гренадеров относится ко временам Петра II или самого начала царствования Анны Иоанновны, а не Елизаветы Петровны. И это говорится об иллюстрациях, отображающих сравнительно недавние времена.
При написании истинной истории человечества, о которой
Правда, традиционные методологии фетишизируют иногда фактический изобразительный материал, отчего неверно датированные экспонаты затуманивают истину.
И, напротив, тщательный анализ изобразительных экспонатов позволяет делать неожиданные выводы.
Так, Г. Носовский и А. Фоменко посвящают целую главу «События XI–XII веков новой эры в Новом Завете. Поклонение волхвов» именно материально-бытовому анализу деталей изображений на Кельнском саркофаге и витраже, а также в знаменитых картинах XIV–XVI веков. Приведем только вывод: в золотом саркофаге Кельнского собора хранятся мощи трех Магов = «Монголов»:
1) великого русского князя Владимира, крестившего Русь;
2) его матери княгини Малки;
3) его полководца-хана, казацкого атамана Гаспара (Русского Каспара).
(Анализ приведен в книге «Русь-Орда на страницах Библейских книг», Москва, «Анвик», 1998, с. 34–60.)
Иной, художественный вариант приведен Мишелем Турнье в романе «Каспар, Мельхиор и Бальтазар» (Париж, 1980. Москва, 1993).
На шлеме Александра Невского, скованного из полированной стали, был изображен лик святого Михаила. (Алфавит, № 3. 2000).
Ясно, что во времена А. Невского шлемы из полированной стали не изготовляли. Делать стальной лист еще не могли.
Вот свидетельство заведующего научно-хранительским отделом Оружейной палаты Государственного историко-культурного заповедника «Московский Кремль» Алексея Левыкина:
«…Шлем был изготовлен в 1621 году одним из лучших за всю историю Оружейной палаты мастеров — Никитой Давыдовым, который проработал в палате около 40 лет и умер в середине 60-х годов XVII века. Делал он этот шлем специально для царя Михаила Федоровича — в качестве парадного боевого наголовья. Когда мы стали внимательно читать древние описания этого шлема, выяснилось, что он венчался крестом. Иными словами, перед нами не просто парадный шлем, а боевая корона русских царей…
.. Царь Алексей Михайлович мог пользоваться и пользовался отцовским шлемом. Особого для него не делали. Кстати, шлем этот настолько красив и хорош, что в XIX веке родилась легенда о том, что раньше он принадлежал Александру Невскому. Этот шлем вошел в состав официального герба России, который был создан в середине XIX века. Если присмотреться к ордену Александра Невского, то на нем русский князь и святой изображен именно в этом шлеме».
Не странно ли, что уровень исторической точности невероятно низок: изделие XVII века легко переносится в XIII век! И никто не возражает!
Итак, парадную боевую корону русских царей XVII века мы видим на голове князя Александра Невского на соответствующем ордене СССР. Видимо, специалисты по геральдике и орденам не советовались с историками. В сталинское
время историки не очень охотно вступали в дискуссии с принимающими государственные решения. Вожди знали все, что им было нужно…И в известном художественном фильме Александр Невский громит тевтонских рыцарей в шлеме, которого еще не было. Да и сама битва легендарна по многим признакам. Апрель, мокрые снега, а русичи идут на запад 200 верст к Вороньему камню на Чудском озере, чтобы, устав, вдали от Новгорода, сражаться на скользком льду…
Да были ли подкованы в те поры лошади?
И не из пятнадцатого ли века эта история?
«ЖЕНЫ-МИРОНОСИЦЫ У ГРОБА»
МАТЕРИАЛЬНО-БЫТОВОЙ И ГЕОГРАФИЧЕСКИЙАНАЛИЗ КАРТИНЫ Х.ВАН ЭЙКА(?). Около 1420 г. Роттердам, музей Бойманса ван Бёнингена.
На переднем плане картины «Жены-мироносицы»: Мария Магдалина, Мария Иаковлева и Саломия (Марк, 16:1). У открытого пустого гроба (нарисован мощный саркофаг), на сдвинутой крышке гроба восседает белый Ангел.
Жены-мироносицы у гроба. Картина X. ван Эйка (?). Ок. 1420 г. Роттердам, музей Бойманса ван Бёнингена.
Близ гроба спят стражники. Двое обуты в сапоги, один страж разулся, снял сапоги, на головах двоих восточные шапки — треухи (у одного стража козырек поднят, у другого опущен). Один страж коротко стрижен и побрит. Вооружение стражей: тяжелый меч (типа мечей XV–XVI вв.), копье турнирного типа с ограничителем-упором и тупым наконечником, два копья боевого типа с острым наконечником и упором для руки. Одежда стражей не единообразна, но резко отлична от туник, хламид и галабей. Одежда на стражах для холодного климата. На заднем плане горы и долины, застроенные многоэтажными и высотными домами и храмами. В левой части задника нарисован типичный средневековый город, очень похожий на современный городок или село Питильяно (Гроссето) в Италии. Те же плотно стоящие серые дома высотой в 4–5 и даже 7 этажей. На горизонте хорошо прорисована мечеть, похожая на Гур-Эмир в Самарканде.
Художник написал краткую энциклопедию застройки Земли, в которой опознаются церкви св. Софии и св. Ирины в Стамбуле, наиболее высокие мечети и башни. На высоком холме справа представлена часть Московского Кремля (Арсенальная башня, мечеть (!), Успенский собор и колокольня Ивана Великого до перестройки 1600 года). В конце XV века мечеть в Московском Кремле была снесена, а столп Ивана Великого достроен до высоты 81 метр как символ превосходства православной веры.
Ван Эйки — братья-живописцы из Голландии: Хуберт (около 1370–1426 гг.) и Ян (около 1390–1441 гг.).
Ян ван Эйк трактовал единство и гармонию мироздания, отражая многообразную красоту реального мира и человека.
Ян применял новую технику письма маслом, убедительно передавал иллюзию наполненного светом пространства.
Такие характеристики не для 1420 года, когда еще бушевала в Европе чуме. Иное дело –1570 год н. э. с учетом сдвига в 150 лет.
На примере картины Ван Эйка «Жены-мироносицы…», или «Три Марии», мы показали, что датировка картины 1420 годом неверна, что написана картина эта не раньше 1570 года.