Чтение онлайн

Под ногами хрустело битое стекло. Ветер трепал оборванную социальную рекламу, до сих пор сохранившуюся на информационном щите. Валерий Николаевич поднялся по нескольким ступеням и вошел в коридор. Прямо посредине прохода стоял стол, а на нем лежала засохшая куча человеческих фекалий. Разбросанные бумаги, разбитая офисная техника и путающиеся в ногах провода - картина разрушения и запустения.

Он заехал сюда, надеясь на чудо. Надеясь на то, что кто-то из администрации пытается наладить хоть какое-то подобие порядка, хотя по состоянию района все и так было понятно.

Завал начался именно с них. С 'профессиональных управленцев'. Нет, первое время убийств и даже драк в этой среде было не много. Не тот формат, не та кровь. Но вот

жалоб, кляуз и заявлений в прокуратуру и вышестоящие инстанции было много. Очень. Приличное количество управленцев было в возрасте до 35 лет. Естественно, обнаружив в себе т-способности, они стали прокладывать дорогу к власти. 'Строить успешную карьеру', как это называлось. Вновь возникшее количество интриг ни шло ни в какое сравнение с тем, что было раньше. Чуть позже, недовольная результатом, эта свора начала писать открытые письма, обличая должностных лиц всех уровней в коррупции и воровстве. Но и этого им показалось мало. Дело в том, что прокуратура имела прямое указание тормозить расследование подобных дел, даже если имелись все достаточные и очевидные доказательства. А потому что нельзя было по-другому! Валерий Николаевич прекрасно понимал это указание Президента, но и презирал его за это. Такой подход был обоснован просто, в одной фразе: если сажать, то сажать всех. Работать будет некому. Да и сажать из этой своры можно было от силы процентов сорок. Остальных следовало стрелять на месте.

Видя, что их действий недостаточно, молодые управленцы стали обнародовать в интернете сведения вовсе уж паскудного характера. Сексуальные связи с несовершеннолетними девочками и мальчиками, наркомания, наезды на пешеходов со смертельным исходом... Закрывать глаза на это было 'нецелесообразно с точки зрения стратегических целей'. Можно было ускорить развал, подогрев общественность. О совести на высшем уровне думать не принято, хотя в данном случае ее позиция и совпадала с позицией 'стратегической целесообразности'. Личный помощник Президента усмехнулся.

Совсем уж конченых подонков стали отстранять от должностей и расследовать их преступления. Хотя очень скоро сил и средств на расследования просто не осталось. Вскоре стали появляться случаи самосуда - озверевший народ многих резал, как свиней в темных подворотнях. Оставшиеся на своих местах быстро сориентировались в ситуации и пришли к единственному верному в их условиях выводу - стали физически устранять молодых шантажистов... Через некоторое время весь административный ресурс вышел. Кто-то был убит своими, кто-то растерзан людьми, но многие просто подались в бега. Тем более, что над страной уже явно маячил призрак беды, а оставаться в таких условиях у власти, значит принять на себя всю ответственность. Остались буквально одиночки, которые перешли в распоряжение военных и милиции...

После того, как высшие лица государства ознакомились с докладом одного из филиалов института, он был отправлен в другие филиалы для проверки. Одновременно с этим, в филиал отправили повторный запрос, уже с другими требованиями. От института требовалось разработать долгосрочный прогноз развития ситуации. Кроме того, руководство интересовали следующие вопросы: разработка плана по максимальному отдалению во времени краха государства, разработка плана организации деятельности на пост катастрофическом пространстве. Проще говоря, первые лица очень надеялись, что все обойдется, и независимые друг от друга филиалы опровергнут прогноз. Но при этом, они хотели получить ответы на извечное русское 'Что делать?', добавляя к нему другое - 'Кому делать и как?'.

Институт выдал ответы на следующий день, после запросов. Руководство института прекрасно понимало приоритетность разрабатываемого направления и не оставляло работы даже после того, как первый государственный запрос был закрыт. Руководство не ошиблось. Именно поэтому, когда Валерий Николаевич лично приехал повторно, ему объявили, что ответы на эти вопросы уже почти готовы и нуждаются в последней обработке.

Институт

предлагал объемную систему мер, 'лечебного' характера. Результатом, по их мнению, было бы появление дополнительного времени, так необходимого государству для подготовки платформы существования в пост катастрофическое время.

Институт предлагал в сжатые сроки создать максимальное количество 'слепков' государства. Этакие большие поселки со своей системой управления, обучения, безопасности, продовольственного обеспечения и тому подобными, присущими государственным образованиям, аспектами. Специалисты института полагали, что удержать ситуацию в равновесии не получится никакими средствами и способами. А следовательно, надо смотреть в будущее. Там и тогда, где и когда не будет никакой крупной силы, за исключением разрозненных банд, следовало восстанавливать государственное управление и единоначалие.

Проблема ТС на территории 'поселков' - резерваций решалась несколькими путями. Путь первый Валерий Николаевич обозначил для себя просто, сталинским 'Кадры решают все'. В поселки предлагалось брать только идеологически здоровых специалистов, не утративших чувства Родины. Вот так быстро все вернулось 'на круги своя', при первом же катаклизме вся пирамида потреблятства осыпалась в труху. Лучшие из лучших оказались востребованы государством. Естественно, что сам по себе этот путь уже являлся таблеткой от краха. Даже в масштабах государства. Да вот только не оставалось времени на то, чтобы таких людей поставить на ключевые позиции даже насильственным путем диктатуры. Да и будь время, не было такого количества здоровых людей. Нация оказалась смертельно больна и рассчитывать на чудо не приходилось.

Кроме того, ученные предложили ввести в ранг закона запрет на самовольное проникновение в чужое сознание. Наказание карать смертью или изгнанием за границы цивилизованной зоны. Что же, и с этим Валерий Николаевич был согласен. В масштабах небольшого поселка, где будет собран морально-интеллектуальный цвет нации это легко отслеживать и выполнять.

Последним из существенных в этом направлении, было предложение об организации центров обучения ментальному противостоянию. Из подготовленных специалистов центра предлагалось создать милицию нового типа. И это предложение пришлось ему по душе, хотя сам он и понятия не имел, как можно вести телепатический или ментальный, как выражались специалисты, поединок.

Вообще, предложенные институтом алгоритмы сохранения нации и государственности были, как всегда, четкими, обоснованными и рациональными 'донельзя'. Распечатав на бумаге предложенный проект, Валерий Николаевич вспомнил свой секретный диплом - таким объемным оказался труд.

Он учитывал, казалось, все. Специалисты института даже предусмотрели возможность столкновений на государственном уровне после катастрофы. Все средства нападения и обороны, к которым в основном относилось ядерное оружие и противоракетный щит, предлагалось перевести на автоматический режим и по возможности законсервировать. На их защите и минимально необходимом обслуживании, по плану, оставлялись небольшие специальные воинские подразделения, буквально замурованные в бункерах на время вахты. Члены семей бойцов поселялись в поселках и обеспечивали исполнение приказов и лояльность остающихся на большом удалении от центра солдат. Если, конечно, допустить, что высококачественный человеческий материал начнет разрушаться.

Институт просчитал все до мелочей. Соотношение мирных жителей, к военным, площадь пахотных земель, процент технических, гуманитарных, медицинских и других специалистов. Количество мужчин и женщин, детей. Домашние животные, фураж... В этом плане было все. Валерий Николаевич мысленно возвращался к нему еще и еще, но все равно, это не давало утешения.

Страну, народ, людей надо было бросить. По прогнозам института, большинство населения вымрет за первый год. В следующие пять лет, болезни и голод продолжат свою жатву, хоть и в меньших размерах.