Мертвый Город
Шрифт:
– Нет, – отрезаю я. – Все, я пошел.
Выглядываю на улицу и быстро осматриваюсь в обе стороны. Перелезаю через окно. Не слишком заботясь сейчас о тишине, мчусь через проспект. Врезаюсь в стену здания, практически не сбросив скорость. Заглядываю внутрь. Никого и ничего. Сажусь на окно и перекидываю ноги внутрь. Все, я на месте. Оглядываюсь. Лица друзей белеют в окне здания через улицу. Вскидываю руку с поднятым вверх большим пальцем, разворачиваюсь и отхожу от стены. Вот теперь нужно очень тихо.
Глава 4
Здание, в котором я нахожусь, длинным фасадом смотрит на проспект, а на набережную – лишь торцом. Оглядываюсь внимательнее. Когда-то, наверное, это было красивый семиэтажный дом с окнами-витринами во всю высоту стены. Но сейчас это пустая коробка без крыши и перекрытий, лишь фиолетовый сумрак царит здесь. Низкие угрюмые тучи, видимые в прямоугольнике стен, кажутся невероятно низкими, и кажется, что небосвод вот-вот рухнет на голову.
В ширину здание довольно велико – где-то с полсотни метров. В длину, не могу сказать точно, но никак не меньше сотни метров. Надеюсь, что я смогу рассмотреть все, что нужно, и не придется менять позицию, чтобы удостовериться, что Страж и скорпионы достаточно далеко. Однако практически непрекращающийся грохот стал вроде бы громче. Что это значит? Скоро все сам увижу. Стараясь держаться подальше от высоких окон, выходящих на набережную, я медленным шагом продвигаюсь к дальней стене, которая отбрасывает густую тень, будто бы мерцающую в такт вспыхивающим
На удачу, этот дом примерно на четверть выдается вперед, к реке, по сравнению с рядом стоящим, поэтому у меня появляется отличная возможность проверить набережную, выглянув в одно из пяти боковых, вполне обычных окон. Остальные из них глядят в стену стоящего в двух десятках метров дома. Все же я не спешу ни высовываться, ни выглядывать. И не столько из-за того, что боюсь быть обнаруженным, сколько из-за вдруг возникшего чувства опасности. «Укройся. Спрячься. Не высовывайся», – настойчиво и испуганно шепчет мой внутренний голос. Доверившись ему, последние метры до спасительной тени в углу я преодолеваю медленно-медленно, напряженно всматриваясь в окна впереди. Определенно, я что-то слышу. Звуки, едва различимые в грохоте обвалов, заставляют меня максимально напрячься. Какой-то запах… Или он мне, как и звуки, только кажется? Достигнув угла, опускаюсь на колено. Тень надежно скрывает меня от посторонних глаз. До окна слева – метра три, до окна, выходящего на мост – все пять, оно очень высокое и достаточно широкое. Я замираю, не шевелясь, и превращаюсь в слух, надеясь услышать то, что насторожило меня. Проклятый грохот заглушает все звуки. Что там Страж вытворяет? Такое ощущение, будто он задался целью разрушить весь город. Вот – снова земля едва заметно вздрагивает после очередного грохота. Закрываю глаза, и как это всегда бывает, звуки становятся четче и как-то даже ближе. Очередной грохот уже звучит иначе, и я с точностью до нескольких градусов могу сейчас определить направление, откуда он доносится – из глубины кварталов, а не с набережной. Слышу, как рушится здание, разваливаясь на обломки, которые все продолжают сыпаться. Слышу, как змей шипит яростно и зло. Слышу, как порывы ветра бросаются пылью, часть из которой обсыпается со стены, за которой я укрылся. Кручу головой, как локатором, но ничего настораживающего не слышу. Нет! Слышу! Какой-то стрекочущий клекот совсем рядом, прямо за стеной! Я даже дышать перестал, но, как не вслушиваюсь, он больше не повторяется. Нужно подойти к высокому окну, выходящему на набережную и мост и осторожно выглянуть. Может быть, там скорпион. Должно быть, он стоит у самого угла, если не увидел меня, когда я крался через здание. Открываю глаза, и так получается, что сразу вижу тень, мелькнувшую в окнах противоположной стены моего здания. И еще одну, и еще. Слежу взглядом, но тени не мелькают в окнах дальше, они достигают широкого дверного проема, и я наконец рассмотрел, что это скорпионы. Один за другим они проникают внутрь. Что они забыли здесь? Страж ведь беснуется где-то дальше. Проклятье! Они движутся прямо ко мне. Сто метров, нас разделяющих, сокращаются слишком быстро! Я уже вижу, как поблескивают их панцири в свете небесных вспышек. Медленно-медленно поднимаю автомат, и беру на прицел крайнюю справа тварь. Учитывая их размеры, промахнуться будет трудно. Скорпионы издают такой же неприятный клекот, как и тот, что я слышал из-за стены. Главное – не допустить атаки сразу с двух направлений. Песок шелестит и скрипит под их конечностями. До скорпионов уже метров пятьдесят, не больше. Все, медлить больше нельзя. И тут твари останавливаются. С пугающим звуком щелкают клешни твари слева. Такой шанс упускать нельзя. Скорпионы оказались здесь не просто так и вряд ли сами уйдут. Я целюсь туда, где у них находятся центральные глаза и ротовое отверстие. Жму на спусковой крючок. Пятьдесят метров, разделяющие нас, для моего Вала – пустяк. Тяжелые девятимиллиметровые пули злыми осами впиваются в крайнюю справа тварь. Уже после третьей она, не издав ни звука, валится на землю. Оставшиеся два скорпиона даже не шелохнулись. Что же, тем лучше для меня. Перевожу огонь на следующую тварь, но в последний миг оба монстра срываются с места. Они движутся прямо на меня. Чтобы свалить вторую тварь, я расстреливаю пять патронов. Оставшийся скорпион уже в двадцати метрах! У него, что, реактивный двигатель в заднице?! Поспешно, что сказывается на качестве стрельбы, веду по нему огонь. Скорпион зарывается в грунт меньше, чем в десяти метрах от меня, а через долю секунды, рассекая воздух со страшным свистом, в землю перед ним вонзается хвост с жалом на конце. Монстр вздрагивает несколько раз и затихает. Нервно бросаю взгляд на окно справа и слева – никого. Или тварь за стеной ничего не слышала, что вряд ли, или затаилась. Убитый мной первый скорпион исчезает. В магазине автомата осталось еще пять патронов, но я не спешу его менять, и не зря, как оказывается. Вслед за первым исчезает и третий скорпион, а второй все также лежит на земле в двух десятках метров от меня. Он едва вздрагивает, когда я всаживаю в него оставшиеся в магазине патроны, и истаивает в воздухе, сдохнув окончательно. Не медля, меняю магазин на полный. Невольно вздрагиваю, когда довольно громко слышу уже знакомый клекот из-за стены. Он не прерывается и звучит постоянно. Поочередно вытираю об одежду вспотевшие ладони. Тварь за стеной не умолкает ни на миг. Нужно угомонить ее как можно скорее, пока на ее звуки не появились новые скорпионы. Не выходя из глубокой тени, смещаюсь левее, держась подальше от высокого окна. По плавной дуге подхожу вплотную к стене так, что мне видна ее наружная часть. Вот оно в чем дело. Тело скорпиона, лежащего в десятке метров, у самого угла здания, здорово повреждено, и он просто не в состоянии передвигаться. Благодаря Стражу, у монстра отсутствуют конечности с левой стороны. Видимо, почуяв меня, он пытается что-то сделать, не знаю: встать, уползти или еще что. Ничего, кроме омерзения, вид покалеченного скорпиона не вызывает. Мне удается одним выстрелом успокоить монстра навсегда. На стену брызжет чем-то желтым, и через несколько секунд скорпион исчезает.
А теперь нужно возвращаться к ребятам. Время идет, а мы должны успеть еще перебраться через мост. Ни Стража, ни тварей поблизости вроде нет… Проклятье! Из окна, выходящего вдоль набережной, видно, как в мою сторону движется более десятка скорпионов. Без сомнений, их каким-то образом смог привлечь раненный монстр. Плохо, но бежать нельзя, иначе потеряю преимущество в позиции и отдам инициативу врагу. Главное, чтобы твари не попытались обойти меня с флангов. Через это окно протиснуться ни один из них не сможет, только через те, что выходят на мост, да и то не сразу. Но даже так близко их нельзя подпускать. Дюжина скорпионов все ближе, а я жду, подпуская их, потому что опасаюсь пока открывать огонь по столь стремительным, а потому неудобным, целям. Нет, в обход они не идут – прут прямо на меня всей группой. Придется пошуметь, но совсем немного. Надеюсь, за стоящим грохотом никто ничего особо не услышит. «Достаю» две светошумовых гранаты. Выдергиваю чеку у одной, потом – у второй, коротко размахиваюсь и швыряю их по очереди так, чтобы они упали на землю и взорвались прямо перед монстрами. Спешно прячусь за стену, зажимаю руками уши, крепко закрываю глаза и приоткрываю рот.
– Баммм! Баммм!
Коротко выглядываю и потом уже выпрямляюсь во весь рост, вскидывая автомат. Твари не далее, чем в тридцати метрах, но в мою сторону уже не двигаются. Пораженные светом и шумом от двух разорвавшихся гранат, они кружатся на месте, ползают по земле, высоко вскидывают свои страшные хвосты, выстреливая в воздух ядом. Я расстреливаю их, как в тире, хотя и приходится потратить на них несколько магазинов – уж слишком они вертятся, сбивая прицел.
С тех пор, как я оставил ребят,
прошло уже где-то четверть часа. Нужно как можно быстрее перебираться на противоположный берег, особенно учитывая то, что грохот рушащихся зданий уже не слышен. Наверняка к этому времени уже Страж разобрался со скорпионами, поэтому нужно спешить, пока он не появился. И словно в ответ на мои мысли, на набережной, в каком-то квартале от меня, появляется Страж.– Да что же это такое… – бормочу я, спешно укрываясь за стеной.
«Что делать? Что делать?» – мысли лихорадочно мечутся в голове в поисках выхода. Странно, но я как будто чувствую, что нам нужно спешить, как можно быстрее добраться до не таких уж и далеких двух высоток, над которыми крутится в безумном хороводе фиолетовое небо. Но Страж заставляет нас терять время, прятаться и укрываться. Отхожу от окна на несколько шагов и осторожно, едва-едва выглядываю наружу, надеясь, что змей не разглядит меня с такого расстояния. Он смотрит в другую сторону, и первое, что мне бросается в глаза – его чешуя. Она вся покрыта грязно-рыжей пылью и во многих местах влажно поблескивает темными пятнами. Неужели скорпионы так сильно его потрепали? Это хорошо. Будь он обычным пресмыкающимся, заполз бы сейчас в какую-нибудь нору зализывать многочисленные раны. Страж поворачивает свою огромную треугольную башку в мою сторону. Помня о том, что все змеи обладают удивительно тонким обонянием, невольно радуюсь, что нахожусь с наветренной стороны.
«Нужно уходить», – наконец решаю я и тихо, как могу, отправляюсь в обратный путь, туда, где ждут меня друзья. Делаю несколько шагов, равняюсь с высоким окном, выходящим на мост, и моментально останавливаюсь, краем глаза заметив какое-то смутное движение. Что это? Всматриваюсь, укрывшись за стеной, и почти сразу вижу то, от чего внутри все холодеет и обрывается.
По набережной на противоположном берегу сплошным потоком тянутся скорпионы. Они движутся вдоль русла реки. Очень может быть, что это именно те монстры, которых мы видели на мосту, расположенном выше по течению, да я в этом и не сомневаюсь, если честно. Вот первые из них достигли переправы и пропали из виду за крутой аркой моста. Когда последние из скорпионов скрылись с глаз, на самом мосту показались первые из них. Я спешно укрываюсь за стеной, оставляя все мысли о каком-либо перемещении. Сколько их там? Не меньше полутора сотен, если не две. Я пытаюсь рассуждать на тему отсутствия мостов ниже по течению реки, раз уж скорпионы с той стороны не явились, но сразу перестаю, потому что не знаю ни плана города, ни количества переправ через реку. Может быть, что мосты еще есть, но они находятся дальше, чем тот, с которого прибыли монстры. Если так, то новые скорпионы могут явиться в любой момент. И еще это значит, что сейчас нужно сидеть тихо, как мышь или зарыться в землю, как крот. Главное, чтобы ребята успели укрыться и не попасться на глаза скорпионам. Не хочу даже думать, что будет, если они их обнаружат.
Я прячусь в спасительной тени и вслушиваюсь в нарастающий шум сотен конечностей. Кажется, будто некто большой трет наждачной бумагой по шершавому камню. Звук становится все громче, и к нему присоединяется утробный клекот, издаваемый огромными членистоногими. Они уже на набережной, прямо за стеной. Вжимаюсь в стену, отчаянно надеясь, что ни одну тварь не занесет в мое здание. Без сомнений, монстры не могли не видеть Стража на набережной и направляются сейчас прямиком к нему. Хочется верить, что он их всех передавит, а потом и сам сдохнет от ран, избавив нас от хлопот. Не думаю, что скорпионы могли нанести ему какой бы то ни было ущерб жалами на хвостах, скорее всего, клешнями. Я не могу вспомнить, с какой силой обычных размеров скорпион способен сжать свои жвала, но сила эта огромна для его размеров. Что уж тут говорить про этих гигантов? С некоторым злорадством думаю о том, что создатель змея испытывает сейчас не самые лучшие ощущения – ведь Страж явно ранен, а любые повреждения, получаемые им, чувствуются и человеком, его породившим, а уж если учесть огромные размеры змея, надеюсь, что неизвестный в плаще корчится сейчас где-нибудь, отхаркиваясь кровью. До моих ушей доносится злое змеиное шипение, а потом земля уходит из-под ног. Страшный грохот раздается совсем рядом. Клубы пыли влетают в окна, и я с некоторой оторопью вдруг понимаю, что Страж, атакуя скорпионов, разрушил соседнее здание. Спешно «достаю» бутылку с водой и не менее спешно обильно смачиваю шарф, наматываю его на лицо, пряча нос и рот. Вроде успел. «Достаю» тактические очки, похожие на лыжные, и натягиваю их на глаза, хотя для этого приходится снять, а потом снова одеть шлем. Здание по соседству продолжает рушиться, вздымая в воздух все больше пыли. Ее уже столько, что видимость падает до нескольких метров. Сквозь грохот удается расслышать шипение змея и даже клекот скорпионов. Интересно, сколько из них Страж уничтожил сразу? А не все ли равно сейчас? Главное, чтобы они все убрались отсюда как можно дальше, тогда у нас появится шанс перейти реку. Снова земля вздрагивает, но уже не так сильно, а следом доносится новый грохот, сопровождающий разрушение какого-то другого здания. Страж не изменяет своей тактике борьбы со скорпионами, и, судя по всему, их схватка смещается куда-то в сторону. Вот и хорошо. А мне нужно выдвигаться. Надеюсь, у ребят хватит благоразумия и дисциплины, чтобы дождаться меня на месте, а не отправиться на мои поиски. Пыли в воздухе еще много, и она очень удачно скроет меня от посторонних глаз. Хочется верить, что ее будет достаточно витать в воздухе, когда мы решимся на переход моста.
Пока иду, ориентируюсь на светлые прямоугольники оконных проемов справа, стараясь держаться от них в десятке метров. Сквозь желтые линзы тактических очков клубы пыли в фиолетовых отсветах небесных вспышек приобретают странный зеленоватый оттенок, но я не обращаю внимания на игру света, считая шаги. До противоположной стены, насколько я помню, с полсотни метров. Это значит, мне нужно сделать приблизительно восемьдесят шагов. Иду, высоко поднимая колени, чтобы не споткнуться ненароком о какой-нибудь некстати подвернувшийся булыжник. Прохожу уже ровно семьдесят шагов, и из зеленоватой полумглы проступают светлеющие пятна окон, выходящих на проспект. Стена здания задерживает основную массу пыли, поэтому за окном воздух достаточно чист и прозрачен, чтобы без помех разглядеть здание напротив. Там ждут меня друзья. Осторожно выглядываю на улицу, оглядываюсь – никого. Это хорошо. Клубы пыли практически скрывают с глаз сам мост и подходы к нему, но это не страшно, а даже наоборот – очень даже хорошо. Слева неплохо просматривается пустой и безжизненный проспект. Перелезаю через подоконник, еще раз бросаю взгляды влево, вправо и срываюсь в стремительный бег к стоящему напротив зданию. Быстро добегаю до него, заглядываю в окно и громким шепотом зову ребят. Перекидываю ноги через окно и оказываюсь внутри.
– Не двигаться, – слышу справа от себя, но тем не менее делаю шаг назад и влево, чтобы не маячить в окне. Клаус стоит справа, наведя на меня оружие.
– Это я, – медленно стягиваю с лица шарф, очки и развожу руки в стороны.
Соня и Рыжий настороженно наблюдают за мной из угла, также держа под прицелом своих автоматов, но позиция у них ужасная – Клаус находится практически на линии их огня.
– Почему без пароля? – спрашивает он, наблюдая за моей реакцией.
– Какого пароля? – искренне удивляюсь. – Мы договаривались о световом сигнале, но вокруг столько тварей, что я просто не рискнул моргать вам фонариком.
Видно, что парень заметно расслабляется, но все равно спрашивает:
– Каким должен был быть сигнал?
– Я должен был вам моргнуть два раза – это значит: «Выдвигайтесь!» Если три, то: «Опасность!»
– Хорошо, – кивает Клаус, – а теперь присядь.
– Не понял.
– Пожалуйста.
– Ладно, – опускаюсь на колено.
Парень включает на оружие фонарь и наводит его луч на меня, слепя глаза. Держит его так несколько секунд, а потом выключает.
– Извини, – говорит, – сам понимаешь, нужно было проверить на всякий случай, особенно, если вспомнить, как волк перекинулся Семеном.