Мертвые вещи
Шрифт:
— Что случилось?
— Прости — говорит он.
— Алекс, что, черт возьми, случилось?
На другом конце провода повисает пауза. Если он ожидает, что я буду выть и скрежетать зубами, ему придется ждать очень долго.
— Убита — говорит он — Кто-то напал на нее в её доме.
— Что-то? Я полагаю, ты говоришь не о животном.
— Нет. Хотя копы так говорят. Они не знают, как еще это назвать. Эрик, она была разорвана на части. Это плохо. И это попахивает магией
— Когда это случилось?
— Пару недель назад. С тех пор пытаюсь тебя разыскать.
У меня нет сомнений, что Алекс может ошибаться.
Это оцепенелое чувство, шок. Такое уже случалось. Волна горя начинает захлестывать меня. Мне хочется кричать. Ударить что-нибудь. Я подавляю это чувство, хороню его там, где оно не сможет добраться до меня, где оно не сможет встать на пути. Я могу контролировать это, или оно может контролировать меня.
— Ты знаешь, кто это сделал? Или почему?
Мой голос даже не дрогнул.
— Нет. Я попробовал прорицание, когда был дома, но что бы это ни было, оно очень хорошо замело следы. Но мне интересно...
— Что?
— Что ж, я знаю, прошло много времени, но, Будро? Вот почему ты ушел, верно?
— Да, вот почему я ушел. Я уже много лет не вспоминал об этом имени. Не позволял себе. Забыл об этом, никогда не оглядывался назад.
— Ну?
— Подожди. Я думаю.
Я уехал из Лос-Анджелеса в спешке. Никому не сказал, что уезжаю, но все должны были знать, почему я исчез. Я убил парня по имени Жан Будро. Я был удивлен не меньше остальных, когда это случилось. Я был в шоке тогда. В ярости. С тех пор я многому научился.
Он руководил бандой, которая связывалась с магами. На его стороне было несколько могущественных магов. Я многих разозлил, когда убил его.
— Нет — говорю я. Это не может быть он — Я так не думаю.Ты когда-нибудь слышали о парне по имени Бен Дункан? Чернокожий парень. Сейчас ему, наверное, за пятьдесят. Работал на Будро.
— Я держался подальше от этой истории, чувак. Насколько это было возможно для любого из нас.
— Умно. Он занимал довольно высокое положение в пищевой цепочке. Связался со мной после того, как это случилось. Предоставил мне выбор. Я уйду, иначе он убьет меня, Люси и почти всех, кого я знаю.
Молчание на другом конце провода затягивается надолго.
— Что ж, это многое объясняет — говорит Алекс, хотя что-то в его голосе подсказывает мне, что это ничего не оправдывает.
Я прижимаю ладони к глазам. Сейчас не время вдаваться в подробности.
— Нет никаких причин, по которым он мог бы что-то сделать — говорю я.
Я пытаюсь относиться к этому как к работе. Но мой самоконтроль ослабевает.
— Где ты сейчас? Спрашивает Алекс.
— В Нью-Мексико.
Я давно не вспоминал о Люси. Наши родители давно умерли, и я никогда не слышал ни о какой другой семье.
Блядь. Кто-то должен все организовать. Организовать похороны.
Как мне это сделать? Я не хожу на похороны. Черт возьми, я не хожу на кладбища. Я общаюсь с настоящими покойниками. На гребаном кладбище никто не умирает.
У меня кружится голова, перехватывает дыхание.
— Похороны. Мне нужно...
Черт возьми. Алекс, мне нужно организовать похороны. Комната начинает кружиться вокруг меня.
— Все в порядке» —
говорит Алекс — Все готово. Она с твоими мамой и папой. Я позаботился об этом.Внезапно я начинаю злиться на Алекса. Я должен был это сделать. Я её брат. Я не смог защитить ее, когда был рядом, и я не смог защитить ее, когда уехал. Самое меньшее, что я мог бы сделать, самое меньшее, что Алекс мог бы мне позволить — это организовать её гребаные похороны.
Много ли людей пришло? Я даже не знаю, кто были её друзья. Встречалась ли она с кем-нибудь? Вышла ли она замуж? Черт возьми, а что, если у нее были дети?
Я беру себя в руки. Делаю глубокий вдох.
— Верно. Спасибо. Я буду там, черт возьми, дай мне пару дней. Где я могу с тобой встретиться?
— У меня бар в Корейском квартале. Я бываю там каждый день. Он дает мне адрес, место на Нормандии, и свой номер телефона.
Я не уверен, кто из нас удивлен больше. Он тому, что я приехал, или я тому, что у него свой бизнес. В последний раз я видел Алекса, когда он проворачивал аферы в Голливуде, используя магию, чтобы выманивать наличные у туристов. Господи, что еще изменилось?
— Там вышибала — говорит он — Скажи ему, что пришел повидаться со мной. Он тебя впустит.
— Похоже, это высококлассное заведение — говорю я.
— Я предпочитаю не пускать туда всякую шваль.
— Увидимся там.
Я вешаю трубку и слишком поздно осознаю, что не задал ни одного из этих вопросов о Люси. Я бы перезвонил ему, но это был не тот звонок, при котором оставляют обратный номер. Я беру дыхание под контроль, борюсь с желанием швырнуть телефон через всю комнату и все равно делаю это.
Говорят, что домой возвращаться нельзя. Кажется, я вот-вот узнаю, правда ли это.
Глава 3
Раннее утреннее солнце осветляет пейзаж. Заросли кустарника, грязь. Мили и мили ничего, кроме миль и миль. Вид, который сведет человека с ума. Я вымотан и выгляжу таковым. Провел ночь, прокручивая в голове сценарии, придумывая план. Слишком много неизвестного. Все, что выходит за рамки — Добраться до Лос-Анджелеса, довольно бессмысленно. Но я все равно продолжаю пытаться.
Пустыня не помогает. Все, от парня за стойкой в мотеле до женщины, у которой я купил кофе, говорило мне, что сейчас сухая жара. Да. Потому что это как-то улучшает ситуацию.
Как любит говорить один мой знакомый парень из Техаса, "Пошли вы все к черту".
Я не фанат пустыни. Ни жары, ни сухости, волшебства в ней нет.
У большинства из нас не хватает энергии даже на то, чтобы испустить дух, не говоря уже о том, чтобы запустить огненный шар, поэтому мы пользуемся местным бассейном. Как аромат почвы проникает в виноград, так и характер места проникает в его магию.
Пустыня на вкус сухая, как пыль и ветер. Воздушные заклинания здесь даются легко. Водные заклинания требуют немного больше усилий. Поезжайте в Эверглейдс, и это будет совсем другая история.
Там, внизу, сплошная дикая зелень и влажная суглинистая земля. Безумный рост и смертоносность болот отлично подходят для магии растений, плодородия и смерти.
Я сворачиваю на 82-е шоссе, направляюсь на запад, к Аламогордо и военно-воздушной базе Холломан. Волшебный вкус авиационного топлива и масла, раскаленного металла и порядка. Это ощущение остается надолго после Уайт-Сэндс.