Чтение онлайн

— Например

— Ок. Видимо, ты — не в курсе… Извини, если сообщу первым. Егор — погиб в 2007 году.

Следующее сообщение от неё пришло только через 14 минут.

— Я еще в молодости поняла, что сердцу не прикажешь, и нельзя зацикливаться на одном мужчине, даже если очень любишь.

Мы еще поговорили. Она спросила, виделись ли мы с Егором все это время. Я ответил, что да. Рассказал обстоятельства его смерти, про то, как ездил забирать его тело из Ирбита. Что дважды в год хожу на его могилу. Похвалил её за отлично сохранившуюся фигуру, несмотря на рождение четверых детей. Спросил, как их зовут, исключая Ирину. Её имя я и сам помнил. Помнил, как ходили к ней в роддом, как «обмывали»…

Она ответила. Потом вдруг написала:

— Открою тебе ОГРОМНЫЙ секрет. Только, если никому не скажешь.

— Если это "условие" открытия СЕКРЕТА — я сразу про него забуду и никому не скажу

— Это условие. У меня всегда были сомнения по поводу биологического

отца Ирины… Она стала донором и сообщила мне группу крови…

— Можешь не продолжать. Отвечу на твой не заданный вопрос: "почему я тебе написал?" Я увидел фото, которое на странице твоего мужа, где "семья". Так вот, Ира там — 146 % лицо Егора, на его детских фото. И для меня — все стало очевидно. Собственно, поэтому и начал с тобой разговор… Или ты что-то другое имела ввиду???!!!;)

— Боже… Значит я была права в своих сомнениях… Вот это шок!!!!!!

— Давай теперь свой секрет…

— А это он и был! Теперь меня трясет и чая хочется. Пауза.

На этот раз она оправилась быстрее и написала через 5 минут:

— Нет слов… Спасибо тебе огромное…Ничего не бывает просто так!

Я ответил, что тайное всегда становится явным, и задал, наконец, тот вопрос, который хотел задать с самого начала. Что теперь делать? Стоит ли говорить родителям Егора, что у них есть еще одна внучка? Которой уже 22 года.

Она ответила: «Решай сам». Что у нее давно своя жизнь, что Ирина, может быть и хотела бы узнать, кем был ее отец, но им точно ничего от Нелидовых не нужно, кроме доброжелательного отношения. Обещала поговорить об этом с Ириной. Которая тоже учится сейчас в Екатеринбурге, живет с парнем, который уже закончил институт, в его служебной квартире.

Я почти год размышлял, стоит открывать Нелидовым эту тайну или нет. Гале, вдове Егора, эта информация была точно ни к чему. Но она её и не касалась на прямую. Да и свадьба у них была после того как Катя уехала. Самый главный вопрос был, надо ли деду и бабке знать еще об одной внучке. Я склонялся к варианту, что надо. Но решил подстраховаться и рассказать только главе семьи. Отцу Егора, Анатолию Авдеевичу. Захочет — расскажет остальным, нет — это останется тайной.

С Нелидовыми мы виделись каждый год, 4го и 26го августа. В день рождения и день смерти Егора, на кладбище. Четвертого, как обычно, они были там. Погода была хорошая, мы помянули Егора и они пригласили меня в свой коттедж, который находится в поселке Рудный. Моя дача находилась там же, только на 4 км дальше. Мы поехали туда, я посмотрел, где находится коттедж, оставил там жену и дочку и поехал поставить машину на дачу. Обратно, в Рудный, меня привез знакомый. Мы делали шашлыки, девчонки купались в бассейне. Пока горели угли, я отвел Авдеича в сторонку и вкратце рассказал ситуацию.

Показал фотографии, семейную и ту, которую сделал я, на своем смартфоне. Он меня первым делом спросил: «А Егор, что, не признавал тогда себя отцом?» Я ответил, что не хотел признавать, потому, что не был уверен. Авдеич задумался, но попросил переслать фотографии по электронной почте младшему сыну, Сергею, чтобы у него они тоже были.

26го августа мы встретились, но эту тему больше не поднимали. Как и через год. А в апреле 2018 года отец вдруг позвонил мне и сказал, что история со внучкой ему покоя не дает. Попросил устроить встречу с Катей и Ириной. Я написал ей, мы согласовали день приезда. Я их встретил и отвез на кладбище. Там уже были отец и брат Егора, они познакомились, потом посидели в кафе, пообщались. Потом, в 2019 году, сделали генетическую экспертизу. Она с вероятностью 99,6 % подтвердила, что Ира — их родственница. Летом они представили ее родным и знакомым. Она переехала жить со своим парнем в однокомнатную квартиру своей прабабушки, ту самую, в которой жил Егор в ее возрасте. В 2020 году сыграла свадьбу, вышла наконец, замуж за своего парня. Родители Егора были на этой свадьбе, на правах родственников невесты.

Катя так и живет в Новоуральске, с мужем и 3мя дочерьми.

Звонил Егор Нелидов. По характерному «Дениска!» я сразу узнал его. Он так называл меня и в 10, и 30 лет.

— Алло.

— Дениска! Привет! Ты куда пропал?

— В смысле, «куда пропал»?

— Ну договаривались же вчера к Гирсычу пойти…

Кто такой Гирсыч, я знал. Андрей Гирсов, однокашник Егора. Зачем мы к нему ходили, я тоже помнил. Зимой пить пиво на улице было холодно, водку по кафе — дорого, поэтому мы приходили по субботам к Андрею и пили у него. Его родители были людьми простыми. Отец работал на заводе РТИ, мать — в промтоварном магазине. Они считали, что мы все равно найдем, где выпить, так пусть это будет теплая квартира, чем какой-нибудь грязный подъезд. Отец выпивал с нами рюмочку и уходил смотреть телевизор. Мы оставались в комнате Гирсыча и пьянствовали потихоньку, обсуждая дела минувшей недели. Потом мы оставались у них ночевать. Компания была небольшая, «близкий круг», поэтому всем хватало места на диване в большой комнате и в комнате

Андрея. На улицу нас не пускали, мотивируя это тем, что мы прошибем кому-нибудь голову, замерзнем в сугробе или нас заберут в вытрезвитель или в милицию, творить свой милицейский беспредел. Мы не так много пили, чтобы замерзнуть в сугробе, а возвращаться ночью домой, уставшим от пьянки, не хотелось. Поэтому мы охотно согласились первый раз, нам понравилось, как нас принимали и это вошло в традицию. На следующий день было воскресенье, никому никуда не надо было. Мы спали сначала часов до 11, а потом ровно до 10.30 утра. Часть из нас и так спала в большой комнате, другие туда подтягивались. Включался телевизор и там в 10.30 начиналась программа «Пока все дома». Это очень подходило к тому, что происходит. По ТВ «Пока все дома» и у нас — «пока все дома». Обычно к этому времени уже был готов пирог, который делала мама Андрея. С рыбой, с капустой, с рисом или с мясом с чем-нибудь. Потом мы специально даже скидывались, чтобы не объедать семью Гирсовых. Мама Андрея всегда отказывалась, но мы находили способы. Например, покупали немного мяса и капусты и «заказывали» на завтра пирог с этими ингредиентами. Это для нее было приемлемо, а пекла она великолепно. Мы пили чай, ели пирог и потихоньку отходили от пьянки. Потом прощались и расходились по своим делам.

Но это было по субботам, при чем тут «вчера», пятница? Этот вопрос я задал Егору. Оказывается, в прошлое воскресенье мы договорились на пятницу, т. к. в субботу приглашены к некоему Лехе на День Рождения. Кто такой Леха я не помнил, но начал догадываться, о чем это он. Решил уточнить:

— Это Леха с Вторчермета что ли?

— С какого Вторчермета? На Юго-Западе он живет…

— Ну с Юго-Запада… Он ведь твой друг, мы недавно познакомились, я у него еще ни разу не был.

— Вспомнил? А чего вчера не пришел?

— Да всю неделю дома сидел, на работу не ходил, плохо себя чувствовал.

— Так ты сегодня тоже не поедешь?

— Да нет, вроде получше стало. Давай съездим. Где встречаемся? Я дорогу к нему не знаю.

— Подгребай к Гирсычу опять, часам к пяти, от него поедем. Возьми с собой чего нибудь.

— Само собой. — сказал я и положил трубку.

Под «само собой» подразумевалось взять чего-нибудь на общий стол. На выпивку скидывались заранее, кто не скидывался, отдавал потом, уже на празднике. А вот с закуской было сложнее. Накормить человек пятнадцать хозяевам было сложно. Продукты, которое начали появляться в магазинах, стоили неприличных для советского человека денег. Народ еще не привык. Конечно, это лучше, чем полный голяк. Но платить деньги, для кого-то очень большие, чтобы кормить толпу людей… Поэтому хозяева покупали основное: картошку там, сосиски, морковь, лук, молоко, хлеб… А гости приносили остальное, у кого что-было: соленые огурцы, маринованные грибы, консервы и прочее. Девчонки думали, какие салаты можно из принесенного приготовить или выставляли так. В результате получался шикарный стол, со скромным основным блюдом, например, пюре с одной сосиской. И куча разносолов в виде закусок и салатов.

Я сказал маме, что приглашен на день рождения и спросил, что можно будет взять с собой. Она выдала мне банку консервированных помидор, банку зеленого горошка и пол-палки сервелата. «Обойдутся» — подумал я и сервелат положил обратно в холодильник. «Куплю немного вареной колбасы, сервелат я там даже попробовать не успею» — сказал вслух. Мама рассмеялась над моей «хозяйственностью». Я сказал в свое оправдание, что половину из приглашенных вообще не знаю и возможно, буду видеть последний раз в жизни. Я и именинника-то, честно говоря, не помнил.

Писанину свою я забросил, папку убрал далеко в стол. Мне предстояло впервые «выйти в свет» в 1993 году. Ну ладно, во второй. Я немного волновался, а потом подумал, что даже если я буду молчать и никого не узнавать вокруг себя, окружающие воспримут это как странность и не более.

Никто не закричит «Это человек из 2020 года, ему на самом деле 49 лет, он только прикидывается молодым!!!» Надеюсь, я буду вести себя более адекватно обстоятельствам и никому не покажусь странным. Я успокоился и начал собираться. Времени было еще навалом, но я хотел ничего не упустить. Так, одену я джинсы, рубашку и свитер. На ноги зимние ботинки, вот они стоят. Потом куртку, вязаную шапку. Надо взять перчатки. Вот они, кожаные, лежат на тумбочке перед зеркалом. Рядом лежат ключи от дома. Да, это мои, вот ключ от бабушкиной квартиры на связке. Надо выложить ключи от офиса, которые мне мама вернула, чтобы не потерять их на пьянке. Так, а это что? Сигареты, зажигалка… Да, я ведь курил… Нафиг. Не буду я начинать курить, хоть и бросил достаточно легко несколько лет назад. Или вперед… Выбросил сигареты в мусорное ведро в туалете, зажигалку оставил. Что там еще в карманах? Несколько бумажек, в основном использованные абонементы на общественный транспорт. Туда же, в ведро. Портмоне. В нем деньги, несколько тысяч рублей. Ну да. «У настоящего мужчины должен быть портмоне, а не кошелек» — вспомнил я чью-то фразу. Это было смешно сейчас, когда использовались только бумажные деньги. Кошелек — он для монет.