Медные трубы
Шрифт:
Голос Ветрианы сломался на последней фразе, и Коля молча обнял ее, пытаясь поделиться энергией, которой у самого едва ли осталось. Он чувствовал себя абсолютно бессильным. Несколько минут они тихо сидели, всматриваясь в панораму, сочетавшую водную гладь, скалы и зелень.
— А переверни на страницу назад.
— Вот сюда? — Вета удивленно взглянула на друга.
— Угу, посмотри на речную долину на рисунке. Видишь утес? — Колли провел пальцем по эскизу, а потом указал куда-то вдаль. — Открытка будто ожила. Здорово, правда?
Вета вскинула брови, чуть прищурившись, чтобы лучше рассмотреть линию горизонта. Вид на утес действительно поражал воображение.
— Надо же, как похоже! — Вета вскочила на ноги, сжимая тетрадь. В ее глазах загорелось азартное любопытство. Она шагнула вперед, не замечая, как близко придвинулась к краю. — Погоди, дай-ка… Если вот так посмотреть. — Она начала вытягивать руку с тетрадью, стараясь совместить рисунок с реальностью.
— Вет! — резко окликнул ее Колли. Его голос прозвучал на грани волнения. — Вернись назад! Ты же видишь, как скользко!
— Подожди! Смотри!
— Ветриана, я не шучу! Отойди от края. Давай без трюков, а?
Но Вета уже наклонилась вперед, стараясь подобрать подходящий ракурс и проверить свою теорию. Утес был еле различим, но она упрямо смахивала с лица капли усилившегося дождя и всматривалась в пейзаж. Слишком увлеченная, она проигнорировала очередное предупреждение друга и шагнула еще ближе. Колли держался рядом, пристально следя за каждым ее шагом. Все его мышцы были натянуты как струны. То же было и с нервами.
— Туда ведет колея! Мне кажется, мы сможем проехать! — Вета воспряла духом.
Переполненная энтузиазмом и желанием немедленно показать другу находку, она поспешно шагнула в сторону — нога соскользнула с мокрого выступа, и в следующий миг земля под ней словно исчезла. Вета даже не успела вскрикнуть, руки судорожно взметнулись вверх в попытке ухватиться за что-либо, но тщетно: она тяжело повалилась на склон, съезжая все ближе к откосу. Острые камни безжалостно впились в ладони и колени, заставляя ее зажмуриться от боли.
Инстинктивно Вета вцепилась одной рукой в ближайший край. Пальцы, мокрые от дождя, скользили по мху, с трудом удерживая ее перед обрывом. В бездонной пустоте среди гигантских валунов затаилась темная водяная гладь. Мелкий гравий с издевательским шорохом осыпался вниз, унося с собой последние крупицы надежды.
Колли среагировал мгновенно и метнулся вперед, крепко ухватив ее за руку. Ступни скользили по влажной земле, но он удержал и равновесие, и подругу, с силой сжав ее запястье. Вета ощупала ногами воздух и перепугалась до оцепенения, но Колли уже подтягивал ее назад, напрягая каждый мускул.
— Держись крепче, дай вторую руку! — выдохнул он, уверенно затаскивая ее наверх. Спустя пару секунд оба рухнули на землю, тяжело дыша и инстинктивно хватаясь за выступающие камни, словно боялись снова соскользнуть.
Вета посмотрела на Колю и помахала ему второй рукой. Пальцы все еще сжимали альбом, она не выпустила его даже перед угрозой смерти.
— Ну, это было… захватывающе.
— Да?! Не знаю… — прикрикнул на нее Колли, покачав головой. — Ноль баллов за технику, минус десять за драму и… приз зрительских симпатий за то, что не выпустила из рук тетрадь. В следующий раз сделай одолжение: слушай меня!
Ветриана попыталась подняться, но тут же застонала от боли, схватившись за лодыжку. Коля посмотрел на кровь, сочившуюся из ее разбитых колен: каменные осколки содрали с них кожу, земля набилась в открытые
раны.— Сиди, где сидишь, я подгоню машину поближе! Еще одна такая выходка, и я тебя свяжу, честное слово!
Вета смотрела на Колю с теплотой и благодарностью. Ее взгляд скользил по его сильным рукам, подмечая невероятную деликатность в каждом прикосновении. Он обрабатывал раны с такой профессиональной сноровкой, что сразу стало понятно, кто из братьев Бордеров больше всех возился с младшими сестрами. Практика налицо! Все его действия были бережными, но сердце Веты окончательно растаяло, когда он подул на ее коленку. Колли в самом деле полагал, что это поможет. Несмотря на нежность в поступках, Коля не унимался ворчать о ее упрямстве. Чтобы не смотреть на кровь, Вета продолжила листать злосчастный альбом.
— Слушай, Коль, а вот это место мы не проезжали по дороге сюда?
Коля присмотрелся и сразу узнал ветряные мельницы, которые им встретились прямо перед крутым поворотом на Териберку. Он торопливо закрепил последний бинт, выхватил тетрадь и перелистнул еще на один рисунок назад. Ребята уставились на узкую песчаную косу, засаженную хвойниками, точь-в-точь такую же, какую они видели ранее, мчась по трассе! Подсказки, оставленные Ладой еще в далеком прошлом, внезапно ожили и манили сквозь тундру, в сторону морского побережья.
— Вет?
— Да, дружок?
— Ты видишь эти линии, которые тянутся сквозь все рисунки?
— Какие еще линии?
— Вот. — Он провел пальцем по листу. — Еле заметные, но они повторяются на каждой странице.
— Дай-ка сюда. — Вета поднесла тетрадь ближе к лицу, прищурившись. — Черт, и правда. Коль, я прозвучу как умалишенная… но что, если это не просто пейзажи, от скуки зарисованные маленькой девочкой?
Колли замер, словно услышав подтверждение собственных догадок.
— Это карта, — медленно, почти шепотом произнес он, глядя на тонкие контуры. — И маршрут по ней проложен артериями из медных труб.
Глава 40. Конец всех дорог
Буря свирепствовала, наращивая свою силу, ветер смешивался с дождем, а колея окончательно растворилась в вязкой трясине. Колли крепче сжал руль потрепанной годами, но надежной «Нивы», переделанной умелыми руками какого-то безызвестного механика. Кто бы ни был этот мастер — он знал секрет, как приручить северное бездорожье. Массивные колеса с глубоким протектором уверенно цеплялись за расплывшийся грунт, ветер бил по стеклу, неустанно пытаясь пробраться внутрь, а дождь лил сплошной стеной, скрывая впереди все, кроме нескольких метров дороги. Машину мотало, но Коля продолжал гнать вперед, не сбавляя темп.
— Коль, ты не хочешь передохнуть? — нарушила молчание Вета. Ее голос дрожал не то от холода, не то от боли. — Как ты справляешься с этим водяным занавесом…
Вета сидела, прикусив губу, и сжимала в руках тетрадь, будто только она и помогала удержаться от погружения в полное отчаяние. Лодыжка опухла, посинела и выглядела так, словно больше не принадлежала ее телу. Колени были окровавлены, куртка намокла и прилипла к коже. Ветриана не жаловалась, но Колли видел, как ее била крупная дрожь. Травмы оказались куда более серьезными, чем можно было предположить сначала. В загрязненных ранах началось воспаление, и с каждым часом Вете становилось все хуже. Инфекция вызвала повышение температуры — ее кожа пылала, а во всем теле появилась слабость. Неразрешимый вопрос не давал Коле покоя: «Как сделать так, чтобы подруга очутилась в городе и получила помощь?»