Мама для сирот
Шрифт:
Закипел чайник. Я попросила Еву продемонстрировать, как она гасит костер. Девочка кивнула, подошла к печи, взяла в руки кочергу, стоявшую рядом, и вытащила камень из дров. После чего ударила по нему дважды. Огонь практически сразу стих.
Я покачала головой. Магия какая-то...
Ева достали шесть деревянных кружек. Я распределила по ним мяту, ромашку и мелису. Остальную траву отложила для дальнейшего изучения. После чего аккуратно разлила по кружкам кипяток и расставила перед детьми.
Чаепитие прошло в тишине. Детям, разумеется, было некомфортно рядом с незнакомой теткой.
Ладно, с этим разберемся позже.
Когда чай был допит, мальчики засобирались на речку. Я проверила время по солнце. Был еще даже не обед. Но дети за это время съели... точнее выпили, только чай. Надо сочно думать о том, как приготовить хоть что-то.
— А мне что делать? — спросила Соня, проводив взглядом удаляющиеся спины мальчишек.
— Сонечка, — я взяла девочку за руку и внимательно посмотрела ей в глаза. — У тебя будет одна из самых важных работ.
— Да? — девочка с любопытством посмотрела на меня.
— Ты будешь следить за Варей. Как только она проснется, позови меня или Еву, хорошо?
— Хорошо! — Соня улыбнулась.
Проводив девочку в комнату, я попросила Еву сопроводить меня к бане. Ее следовало проверить в первую очередь. Я, после того как провела остаток своей жизни в больнице, очень переживала за здоровье детей. С едой пока все было в порядке. Если Сашка и Егор поймают рыбу, то можно будет сварить уху. На сегодня этого будет достаточно. Но вот что делать с одеждой и мытьем?
Как я и предполагала, баня была в ужасном состоянии. Однако пользоваться ею, хотя бы летом, было вполне возможно. Все стены были целы, пусть и потемнели со временем. Дверь сильно покосилась. Но сама печь была в порядке. А это самое важное.
Внутри баня была полка для того, чтобы париться. Полка для тазов и ведер. И, к счастью, и таз, и ведро там были. Деревянные. Пусть и выглядели они старыми, но хотя бы дыр в них не наблюдалось.
— Отлично. Значит, сегодня будет баня, — я улыбнулась Еве. — А сейчас посмотрим огород!
— Хорошо... — Ева вздохнула. — Госпожа...
— Надя, называй меня просто Надей, Ева.
— Надя, у нас осталось мало огнекамней, — осторожно произнесла девочка. — Мы стараемся их не тратиться особо.
— Огнекамень — это то, что ты кинула в печь?
— Да. Его заряда хватит еще на два раза и все.
— А сколько у вас таких камней в общем? И сколько зарядов у камня?
Думать о том, что такое в принципе невозможно, я не стала. Невозможно даже переселение души.
— Осталось еще девять. В прошлом месяце татя Марья принесла нам три штуки. Сказала, что остались от сгоревшего дома. А зарядов у них примерно пять. Но может быть и больше...
— А где их вообще можно приобрести? — задумчиво спросила я, вспомнив о мешочке с деньгами. Эти огнекамни были незаменимы, если в этом мире нет спичек.
— В городе на рынке, — Ева посмотрела на меня с сожалением. — Надя, ты вообще ничего не помнишь?
— Только свое имя, — призналась я. — И
сколько стоит один огнекамень?— Один медяк. Они не дорогие. Но у нас даже таких денег нет...
Я протянула руку и потрепала девочку по светлым волосам. Ничего, малышка. Вместе мы все преодолеем. Стоит только немного поднажать, выдохнуть и идти вперед. Не отступая.
— Открою тебе один секрет, — я улыбнулась, когда Ева посмотрела на меня. — Мыться так же обязательно, как и кушать.
— Почему? — девочка нахмурилась.
— Потому что на теле поселяются всякие ...
«Они же даже не знают про вирусы и бактерии. Так...»
— ... монстры. Мы их не видим, потому что они очень маленькие. Но это не мешает им быть сильными. Настолько, что они могут и убить человека.
— А вода их смоет? — испуганно пискнула девочка, начиная рассматривать свои руки.
— Да. Монстры живут в грязи. А воды они боятся.
«Надо будет рассказать эту историю и остальным. Это поможет мне в заставить их мыться. А то как-то я не уверена, что мои слова про заражение они поняли».
— А теперь пойдем на огород.
— Угу.
Ева пошла по тропинке обратно в дом. Точнее к задней двери, которая была у погреба на кухне.
По обе стороны у тропинки росли какие-то кусты. Я не была садоводом, но могла предположить, что это крыжовник. Он сейчас только начинал цвести.
«Так. Надо определиться со временем года. Если Саша сказал, что Варя появилась тут весной, а это было два месяца назад... Сейчас либо поздняя весна, либо раннее лето», — думала я, разглядывая задний двор приюта.
Вокруг была достаточно высокая трава. Я видела, что кое-где созрела прошлогодняя картошка. Ага, значит, дети пытались ее вырастить. Или она осталась с прошлых лет. Ничего. Всю это траву пропалим. Все почистим. Засадим той мелкой картошкой, чтобы бала в погребе... Возможно, получится сторговаться у местных и закупить еще каких-нибудь овощей или семян. А лучше и то, и другое. И парник. Обязательно нужен парник. Но как его вообще построить в таких условиях?
Я вздохнула. Масштабы работы я увидела. И они были неутешительны.
— Ладно, — я сжала руки в кулаки, подавив отчаяние. — Ева, милая. Неси тряпки для мытья пола. А я за ведром. Будет отчищать дом от пыли и грязи.
— Хорошо, — девочка кивнула и помчалась в дом.
А я в очередной раз вздохнула. Работать по дому я привыкла. Это потом, когда мне пришлось уехать из деревни, я забыла о деревенских буднях. Но сейчас все в спешки придется вспоминать. И учить Еву. Она уже достаточно большая. А что делать с одеждой?
— Был бы у меня крючок и пряжа, — пробормотала я, направляясь обратно в баню за ведром. — Я бы одела этих детей полностью за пару недель.
Глава четвертая. «Первые шаги».
До прихода мальчишек мы с Евой успели выгрести весь мусор с кухни. Все дощечки и щепки свалили около бани. Вечером будут нам дрова. Хотя Ева сказала, что у них есть топор и иногда Сашка ходит в лес вместе с Егором. Оттуда они и приносят древесину. При этом девочка выглядела слегка испуганной. Спросить я об этом не успела, так как проснулась Варя.