Людоедки Ярты
Шрифт:
Шедшая впереди Керн резко обернулась и сбросила одежду. Герон приблизился. У него учащённо забилось сердце и перехватило дыхание. Губы встретились в жарком поцелуе. Керн, вцепившись руками в плечи Герона, исступлённо целовала его лицо и грудь…
Тревожным и одновременно радостным стало для всего селения наступившее утро: после стольких периодов вынужденной изоляции они отправились на поиски соотечественников.
Много, очень много времени люди лелеяли надежду, ждали, что за ними прилетят с Овры, что их не оставят в одиночестве.
Уже выросло новое поколение: молодое, крепкое, задорное. Оно не хотело ждать помощи извне, оно уже не верило в сказки о чудесной родине, которая не бросит своих детей в беде. Молодёжь жаждала действий, стремилась вырваться за пределы их крошечного мирка, хотела изменить приевшуюся тоскливую жизнь небольшого прибрежного посёлка.
Часть молодёжи предлагала немедленно отправиться на поиски других звездолётов или, по крайней мере, попытаться найти аборигенов.
Другая,
Но Ирт исчез, так что теперь все, объединившись, приняли одно и, пожалуй, правильное решение: одна группа молодёжи под руководством Герона отправится на поиски звездолётов, а вторая – на розыск аборигенов.
Вскоре белый парус скрылся за горизонтом, а оставшиеся столпились вокруг Бара: обсуждали экспедицию в глубь континента на поиски туземцев.
Лишь старый штурман в одиночестве с берега вглядывался в морскую даль. Он был ещё очень слаб, но пришёл проводить корабль – мечту его жизни здесь, на Ярте. Днём и ночью он выстукивал на приборе связи позывные в надежде услышать ответ. Столько периодов он ждал и надеялся! Надеялся и ждал, что кто-нибудь из соотечественников, оставшихся на других звездолётах, даст о себе знать… Он лелеял крохотную надежду: вдруг кто-то из них знает о судьбе его жены и дочери.
А Ирт, бедный мальчик, куда он пропал, где бродит сейчас?
Горестные мысли старика прервал звонкий голос малыша, сына капитана:
— Гор, расскажи, как ты был маленьким. Расскажи, ты же обещал.
— Опять ты за своё, – рассердилась мать. – Гор устал, у него болит голова, ты же знаешь, как ему было плохо. Она хотела увести детей, но старик удержал её:
— Оставь их, Рила. Лучше присядь рядом с малышами и послушай мою историю. Я никому её не рассказывал. Так что тебе тоже будет интересно, тем более, что я действительно обещал твоим детям рассказать о себе. Было это очень давно. Я был таким же маленьким, как вы, правда, чуть постарше. Мы жили в большом городе на Овре, нашей родине. Мои родители, известные учёные, погибли во время аварии, и я рано осиротел. С детства у меня была мечта стать астронавтом. Окончив Школу звёздных навигаторов, я впервые попал на космодром, где встретил вашего отца, тогда ещё совсем молодого, но уже известного капитана межпланетных трасс. Экипаж его корабля только что вернулся с Планеты Бурь, вся Овра приветствовала их возвращение. Неугомонный Бар готовился к новой экспедиции на загадочную Оранжевую Невидимку. Слушай внимательно, Рила. Твои дети не всё поймут, да и многое позабудут из моего повествования. Они ещё слишком малы. Когда меня не будет в живых, повтори им этот рассказ.
— Перестань, Гор, ты проживёшь ещё долго и сам расскажешь свою историю, – попробовала поспорить Рила.
— Нет, к сожалению, я долго не протяну. Дни мой сочтены. Я уже чувствую холодное дыхание смерти, – горькая усмешка тронула губы старика. – Так вот, я очень хотел стать членом экспедиции на Оранжевую Невидимку. Мне удалось уговорить вашего отца взять меня с собой. С этого дня мы никогда не расставались. Мы с ним побывали на многих планетах. Он дважды спасал мне жизнь. Второй раз он спас не только меня, но и наш корабль со всем экипажем. Бар был тяжело ранен. Долго лечился. Снова вернулся в строй. Однажды после возвращения с одной из далёких планет, на отдыхе, мы полюбили одну и ту же девушку. Я влюбился в неё без памяти. Бар нашёл в себе силы и отошёл в сторону. Он уступил своё счастье мне, своему младшему другу и товарищу, хотя сам был очень одинок и страдал, глядя на наше счастье. Мы, соединив свои судьбы, не замечали его печали. Счастливые, как правило, равнодушны к чужому горю. Однако всему приходит конец. Пришла очередь и нам расстаться. Капитан Бар-Горячее сердце готовил новую экспедицию на планету Ужаса, откуда пока не вернулся ни один звездолёт. Разумеется, я входил в состав его экипажа. За несколько дней до вылета он предложил мне остаться и не лететь. Я настаивал на своём праве участия в экспедиции и полетел с ним. Спустя много времени я узнал причину его нежелания взять меня с собой. Моя жена ждала ребёнка. Она поведала Бару о своей тайне. Меня она пощадила, дабы эта причина не послужила препятствием моему участию в экспедиции. Жена слишком хорошо знала, как я люблю свою работу. Экспедиция закончилась благополучно, но при возвращении на Овру мы узнали страшную новость. На нашу планету напали Завоеватели из другой Галактики. Разразилась Космическая Война. Нам предстояло сразу по прибытии вывезти часть детей на другую планету и попытаться спасти их, пока не решится судьба Овры. Едва мы опустились в космическом порту, как нам сразу же предложили перейти в готовый к взлёту, заполненный детьми космический корабль. Вдали полыхали объятые пламенем пожарит городские кварталы. Кругом гремели взрывы боевых ракет. Сквозь багровый дым к капитану пробился военный и на ходу вручил прозрачный пакет, туго набитый документами и звуковым кассетами. Сказав, чтобы мы поторопились, он тут же удалился. Всего на космодроме находилось шесть звездолётов с детьми. Один за другим они стартовали на Ярту. Одновременно с нами вылетел корабль, с которым на протяжении всего пути удавалось поддерживать постоянную связь. В космосе нас неоднократно обстреливали. На обзорном экране отчётливо виднелись все корабли и следы разрывов ракет противника. Некоторые
корабли, в том числе и наш, были повреждены, однако все продолжали следовать намеченным курсом. Вылетевший одновременно с нами звездолёт тоже получил повреждение, но до момента посадки связь с ним оставалась устойчивой. Моё сердце разрывалось от горя. Больше всего тяготила неизвестность: что с женой? Неожиданно в штурманскую рубку вошёл капитан и протянул мне кассету: «Это от неё. Мне передали на космодроме, в пакете, вместе с посланиями для других членов экипажа. Очевидно, она ещё жива. Многим членам команды не досталось ничего». Дрожащими от волнения руками я поставил кассету. Послышался до боли знакомый нежный голос. Это был голос моей жены, моей Аоры: «Гор, дорогой Гор. Ты должен выжить. Обязательно должен. У нас родилась дочь. Ищи её на Ярте. Её имя Северин. Её номер 640. Прощай. Умоляю, найди её, любимый. Помни обо мне. Помни и не забывай свою Аору». Затем тишина, и громкий плач ребёнка. Обхватив голову руками, я застонал от горя и отчаяния. Днём и ночью я ставил эту кассету, слушал родные голоса, пока Бар, опасаясь за мой рассудок, не отобрал её у меня. Хотя она мне была уже не нужна. В моей памяти, моём мозгу навсегда поселились их голоса. Они звучат постоянно, не затихая ни на одно мгновение: голос Аоры и плач малютки, нашей малютки! По прибытии на Ярту, я долго искал дочь среди детей, но не нашёл. Тогда я стал думать и надеяться, что она в той пакете, которая стартовала вместе с нами, а может быть, в одной из тех… других? Всё это время я надеялся на встречу. Сердце подсказывает мне, что она здесь, на Ярте! Поэтому я восстановил прибор связи. Поэтому я днём и ночью выходил в эфир, тщетно вслушиваясь в его мёртвую тишину. Поэтому, почти не переставая, я передавал наши позывные. Шло время… Мне пришлось смириться со своей участью. Но никогда, никогда я не забывал о жене и дочери. Я взял на воспитание малыша и был для него отцом и матерью. Но Ирт вырос, а остальное… остальное ты знаешь…Старик смахнул набежавшую слезу и, уставившись в одну точку, горестно замолк.
Мальчик и девочка прижались к Гору и гладили его по щетинистым щекам, вытирая слёзы.
Не выдержав ребячьей ласки, Гор вконец разрыдался.
Рила и дети еле успокоили разволновавшегося старика.
Наконец, Рила сказала:
— Бар передал мне, что ты будешь пока жить с нами. Пойдём, тебе надо окрепнуть. Я уверена, что Герон и его друзья скоро вернутся и вернутся с хорошей вестью для тебя. Твоя дочь найдётся. Найдётся обязательно…
Все четверо поднялись и медленно пошли к дому капитана…
Глава двенадцатая
Неожиданная встреча
Судно уже пять дней бороздило океан. Стояла ясная тёплая погода. Свежий ветер наполнял паруса корабля, легко скользившего по волнам. Стоявший у штурвала Герон управлял судном. Давно миновали расчётную точку посадки звездолёта, вычисленную старым штурманом. Равнодушный горизонт по-прежнему пустынен.
Герон собрал экипаж для обсуждения дальнейших действий. После длительных споров команда решила двигаться до первого встречного острова или материка, а затем возвратиться назад.
Однажды ночью, когда паруса уныло повисли, тщетно силясь поймать малейшее дуновение ветерка, стоявший на носу Герон, вглядываясь в уснувшее звёздное небо, заметил впереди мерцание далёких огней.
Юноше не спалось. Перебирая события последних дней, он вспомнил последнюю встречу с Керн. Сейчас ему всё казалось таким далёким и несбыточным, что тоскливо заныло сердце: её полные любви глаза, слегка припухлые губы и руки, ласковые, нежные руки…
Вначале он подумал, что огоньки – галлюцинация, плод его воспалённого воображения, однако они двигались, больше того, перемещались в одном направлении.
Герон ударил в гонг. Встревоженные люди выбежали на палубу. В ответ на недоумённые вопросы он молча указал на огни. Из уст моряков вырвались радостные восклицания,
Поблизости – материк или остров, а огни могли означать лишь одно – там есть люди. Значит, они нашли соотечественников.
Нашли! Гор не ошибся, он оказался прав, трижды прав! Второй звездолёт долетел до Ярты… Настал момент использовать двигатель, любовно сделанный Гором из остатков повреждённой ракеты.
Корабль, быстро набирая скорость, рванулся к темнеющей, еле видной полосе далёкого берега. Вскоре судно вошло в лагуну. Только мгновенная реакция Герона спасла корабль от столкновения с какой-то затонувшей громадой.
Ему удалось резко повернуть штурвал и, накренившись, едва не задев корявый остов, судно проскочило в залив и мягко уткнулось в песчаную отмель.
Оставив двоих юношей охранять корабль, Герон с остальными спрыгнули на берег и направились вслед перемещающейся по склону горы цепочке огней.
Ожидание близкой встречи с соотечественниками подхлёстывало юношей. Они почти бежали.
Рэч с подругами, а это были именно они, не догадываясь о преследователях, поднимались к священной скале.
Девушки шли не торопясь, освещая дорогу ярко горящими факелами.
Сегодня они шли без даров и без сопровождающих, – так велела пророчица. Только на этот раз их было тринадцать. Кроме Фарии и Дорик, по дороге исчезла замыкавшая шествие Регида. Она погасила свой факел и скользнула в темноту.
Сердце Рэч бешено стучало в груди. Виски ломило. Её тяготило предчувствие надвигающейся беды.
Остановившись у подножия скалы, девушки по знаку Рэч сбросили накидки и выпили по целому сосуду сока розового дерева, – так велела слепая Нара.