Любящее сердце
Шрифт:
– Так, так, так, - протянула ее светлость, указывая на девушку, которая даже не соизволила сделать положенный реверанс.
– Значит, вы и есть наша постоялица, мисс Уэлсон? Должна заметить, что слухи оказались немного преувеличены. Вы не выглядите словно "богиня" или "пленительно красивой", доложу вам.
Яд так и брызжет из уст холодной белокурой красавицы. Лизабет не позволила испытать какого-либо сожаления, что она была одета не так нарядно, как соперница. Одно стало ясно, что мисс Торнтон уже успела насплетничать герцогине о якобы "бурном романе" между постоялицей и герцогом. Понимая, что теперь может оказаться
– Сожалею, что разочаровала ваши ожидания, ваша светлость.
– Спокойный голос и равнодушие, казалось, еще больше разозлили герцогиню.
– Что? Сожалеете? Послушайте, юная интриганка, хочу вас предупредить сразу, я в курсе ваших поползновений в сторону моего мужа, так что даже и не пытайтесь завлечь его в свои сети. Я буду бдительно за вами следить, и, не дай Бог, увижу нечто, близко похожее на флирт с ним или малейший интерес с его стороны, вам очень не поздоровится. Я вас уничтожу.
Лизабет немного опешила от такого напора, но поняв, что соперница не испытывает настоящей уверенности в своем супруге, позволила себе немного расслабиться и иронично поднять бровь.
– Ваша светлость, простите меня за тугодумие, но право слово, не могу понять, о чем вы сейчас так эмоционально говорите? Сдается мне, что вас ввели в жестокое заблуждение, между мною и его светлостью нет никаких отношений, да и вряд ли они могли бы быть...я не считаю женатого мужчину перспективным для себя. Позвольте пройти...
Виктория заскрипела от злости зубами. Войдя решительно в беседку, она закрыла выход собой.
– Да уж, первое впечатление обманчиво, - заметила она задумчиво, но все так же злобно.
Впившись взглядом в соперницу, герцогиня едва ядом не брызгала:
– В начале разговора я подумала, что вы заскучавшая старая дева, которая, кроме черного, разве что предпочтет коричневый цвет в одежде. И что вы, как любая старая дева, без ума от его светлости. Должна вам сказать, мой супруг не пропустит ни одной юбки, какого бы цвета она не была. И что же я вижу? Молодую, очень расчетливую стерву, которая не остановится ни перед чем, что бы совратить чужого мужа...
Лизабет обратила внимание, что по дорожке в их сторону движется причина раздора двух женщин - Блэйкстоун, собственной персоной. Он ступал мягко, неслышно, так что Виктория не могла, находясь к нему спиной, услышать его приближение. Однако все те слова, которые она буквально выплевывала, были ему прекрасно слышны. С каждым брошенным оскорбительным словом лицо мужчины становилось все мрачнее, губы сжимались плотнее, а хлыст, который он держал в руках, грозился быть переломанным пополам.
– Виктория!
– Грозно произнес герцог, отчего ее светлость испуганно обернулась к нему лицом, и прижала руки, сжимавшие веер, к вздымающейся груди.
Разглядев тучу на лице супруга, Виктория судорожно вздохнула, пытаясь осмыслить, что из всего сказанного ею, он мог расслышать.
– Как ты смеешь оскорблять мисс Уэлсон в моем замке! Ты сама здесь всего лишь гостья...ты забываешься!!! Немедленно извинись и оставь мисс Уэлсон в покое!
Герцогиня, вмиг растеряв всю свою уверенность, дрожащими губами произнесла:
– Нортон, любимый, я не могу выносить мысли, что у тебя может быть другая...прости, я ослеплена ревностью.
Блэйкстоун поднял
бровь, выражая недоумение.– Прекрати разыгрывать спектакль, сейчас не тот случай, чтобы строить из себя любящую супругу, я требую, чтобы ты принесла извинения!
– Сердито бросил он в ответ, на что Виктория нахмурилась, но промолчала.
Переведя взгляд на девушку, которая стояла посреди беседки со скрещенными руками и была слишком задумчива, что не могло его ни беспокоить, обратился к Лизабет:
– Мисс Уэлсон, мне жаль, что вам пришлось выслушать оскорбления в Даркхолте от одной несдержанной на язык особы, которая не отличается должны тактом.
Девушка посмотрела в глаза мужчины, выражающие озабоченность, беспокойство и такую гамму чувств, что ее щеки тут же покрылись румянцем.
– Ваша светлость, это я должна просит прощение у вашей семьи, что оказалась причиной раздора супругов.
– Ответила она герцогу, затем повернувшись к герцогине, холодно произнесла.
– Не думаю, что услышу от вас слова извинений, да они мне и не нужны, так что оставляю вас.
Виктория отошла в сторону, снимая мысленно шляпу перед мисс Уэлсон за хитрый ход, и пропустила ту к выходу. Лизабет быстро покинула место ссоры, решив вернуться в апартаменты. Внешнее спокойствие совершенно не отражало те чувства, которые в настоящий момент клокотали внутри нее. Такого унижения она еще никогда не испытывала. Быть обвиненной в совращении чужого мужа, да еще и кем? Неверной и блудной супругой герцога...что за игру ведет Виктория? А Блэйкстоун? Разве слова его супруги не явились следствием того, что его светлость до недавнего времени вел довольно распутную жизнь? Или это все очередные наветы Виктории, обозленной и отвергнутой женщины, которая пойдет на все, чтобы уничтожить соперницу, даже очернить в ее глазах собственного мужа? И почему Нортон сам извинился за герцогиню, а не заставил это сделать виновницу оскорблений?
От всех мыслей, что хаотично носились в голове девушки, появилась пульсирующая боль в висках. Войдя в свои апартаменты, Лизабет сбросила с себя верхнюю одежду, затем платье и, переодевшись в пеньюар, залезла в кровать. Накрывшись с головой одеялом, девушка разрыдалась от обиды и душевного смятения. Вскоре появилась Люси и запричитала над хозяйкой, умоляя не плакать, сказать, кто обидел миледи. Поняв, что Лизабет не может успокоиться, она сбегала на кухню за кипятком и заварила успокоительный сбор трав. Заставив миледи выпить отвар, Люси разожгла камин в спальне, затем плотно задернула шторы. Выходя из спальни, девушка то и дело вздыхала, подозревая, что слезы не могли возникнуть на пустом месте. Кто-то слишком сильно постарался, чтобы ее хозяйка так страдала.
***
Проснулась Лизабет от нежных прикосновений к лицу, губам, затем глазам. Чьи-то горячее губы целовали ее, а руки гладили по волосам. Какое-то время она лежала, не шелохнувшись, думая, что ей снится сон, а сладостные прикосновения - это плод ее воображения. Затем пришла неожиданная мысль, что герцог проник к ней в спальню по тайному ходу и пытается ее совратить. Она резко вскочила и заехала своей головой по носу искателю приключений в чужих спальнях. Мужской голос взвыл, ругая, на чем свет стоит, маленьких фей и дриад, которые завлекают в свои сети мужчин, чтобы их тут же убить.