Любовь без сахара
Шрифт:
— Мне нужно идти, Артем, хочу знать, почему Кирилл молчит, — я, надев платье, собрав волосы в пучок, нервно сгребла в сумку смартфон, карту, помаду, тушь. — Спасибо тебе за гостеприимство! Но я не могу без него. Для меня это мука! Не имею я права сейчас издеваться над собой. Поеду к нему, увижу, услышу и наконец решу, как мне быть…
Артем посмотрел на мою суету вокруг жалких пожитков и предложил:
— Ладно. Давай провожу тебя, поедем в офис или к нему домой. Одну я тебя не отпущу…
Мы вышли из подъезда. Февральское утро молоком разливалось по улице, белое небо, запорошенные снегом дорожки, спешащие на работу прохожие. Свежий воздух немного взбодрил
— Доброе утро, беглянка! — крикнула она, подходя. — Биллинг не обманул, ты здесь прячешься… Нашла время и причину! Не тяжело ли порхать на пятом месяце?
— Я не порхаю. Где Кирилл? — Я нисколько не испугалась того, что за мной следили, наоборот, готова была прыгать от радости. Шла к Янине быстрым шагом. — Пожалуйста, скажи, с ним все хорошо?
— У него сильнейший приступ бронхита. На три месяца в год его выбивает из нормальной жизни. — Янина пристально смотрела на Артема, стоящего от нас поодаль, — думаешь, Кириллу понравятся твои прогулки с мужиками? Тебя не было три ночи. Критическое положение…
— Я все ему объясню, он поймет, — наивно пролепетала я, порывисто направившись к машине. — Отвези меня к нему.
— Аленка, все нормально?! — крикнул Артем настороженно.
— Да, все хорошо, я отвезу Алену к Кириллу, — ответила ему Янина, — спасибо вам за помощь. Можете идти!
Усевшись на заднее сидение черного «Мерса», я улыбнулась и махнула рукой Артему, мысленно благодаря его семью за доброту. Полная семья, то, чего у меня и Витьки никогда не было, — бабушка с тетей нас тянули, как могли, давали нам что, могли, но этого, видимо, было недостаточно для ощущения надежности.
После долгого молчания Янина заговорила своим обволакивающим голосом:
— Кирилл в больнице, ему необходим покой, поэтому я отвезу тебя загород, в очень большой дом, в стиле Светозаровых. Там имеется все необходимое для жизни, от а до я, и даже больше. За тобой присмотрит Наоми. Гулять будешь в саду, воздух там чистый, соседи тихие. Есть будешь на золоте, что душа пожелает…
— Мне нужен Кирилл, а не золото, — разволновалась я, сама не зная зачем. — Я хочу остаться в городе, навещать Кирилла, ухаживать, если надо. Позвоню ему, спрошу… — мне вздумалось полезть в сумочку за телефоном. Янина вырвала ее у меня из рук и выбросила в открытое окно авто, под мой вскрик и попытку открыть дверь, чтобы выскочить вслед за своими манатками. — Ты чего, с ума сошла! Отдай, верни!
— Заткнись! Хочешь благополучно родить? Тогда слушай меня, в противном случае окажешься под забором, Есть вариант с отправкой в Турцию, девчонка ты смазливая, темпераментная, без царя в голове, там тебя быстро объездят. Мать родная не примет, ни то что Кирилл! — спокойно угрожала Янина. — Михаил с моим отцом устроят это в два счёта. Ребенка отнимут, вспомнят твою маму, кинувшую тебя. Яблоко от яблони. Кириллу скажут, что ты улетела в Штаты с Железняком…
— Он не поверит никогда! — крикнула я, заливаясь злыми слезами и бессильно откидываясь на спинку сидения. — Он знает, как я люблю его. Чего вы мешаете нам? Деньги? Плевать мне на деньги, я ему всегда так говорю, могу на Промышленную вернуться лишь бы он был рядом! Почему я должна тебе верить?
— Черт его знает, наверное, потому что у тебя нет выбора! — засмеялась Янина. — Мой дядюшка добрый малый, однако его доброта
не беспредельна, а привычка быть жертвой в играх братьев неискоренима…""" """ """
Янина навещала меня раз в месяц, привозила в собой свору гламурных собачек, заставляя меня с ними гулять в огромном саду со спящим до весны фонтаном и белыми скамейками вдоль аллеи фруктовых деревьев.
— Животные верное средство от депрессии, посмотрят в глаза и сразу жить хочется, — повторяла она, вручая мне поводки. Псины кружили под ногами и задирали холеные мордочки, предвкушая долгую прогулку. — Доверяю тебе деточек. Иди, иди. Я дам кое-какие распоряжения Наоми и присоединюсь к вам…
На мой вопрос, когда я смогу выйти из заточения в пригородном замке на пятиметровым забором, Янина отвечала уклончиво: «потерпи, дорогуша, страсти улягутся рано или поздно…». О каких именно страстях она говорила, я не понимала, и желая понять, не слышала ничего внятного, кроме давления на мои материнские чувства:
— Думай о ребенке. Вот родишь, тогда займемся другими делами. Поверь мне, женская зависть не знает жалости. Нет, не зависть, мания величия, что ли… Смотришь же шоу, где показывают светских самодурок, которые опускают прислугу и хвалятся этим в интернете? Много раз поднимала эту тему в кругу друзей, добиваюсь, чтобы этих стерв не пускали в приличные дома…
В моих глазах Янина видела недоумение: «я же не прислуга!», качала головой в знак того, что она устала разжевывать мне слова до состояния манной каши:
— Да, ты не прислуга, ты еще хуже, увела крутого мужика у крутой бабы! Умудрилась привязать его к себе. У тебя есть то, чего у нее нет. Для таких, как Белова, ты хуже собаки, пристрелить тебя она уже пыталась. Зная повадки девушек типа Кати, я жду очередного удара…
— Мне теперь всю жизнь ее бояться? Мне легче встретиться с ней лицом к лицу и попытаться погасить ее пыл, — сказала я, понимая, что Янина права в самом главном: у меня есть то, чего не имеет Катя, — любимый мужчина, беременность и перспектива счастливой семейной жизни.
— Всю не всю. Пока ты уязвима, ждешь ребенка, не замужем, надо поостеречься, — вздохнула она устало. — Потом можешь делать с ней, что хочешь, если она не успеет сделать с тобой то, чего хочет она….
Связи с внешним миром у меня не было с тех пор, как Янина выкинула мою сумку. Для всех я пропала без вести, сбежала в неизвестном направлении. По телеку шли целые циклы ток-шоу, посвященных обсуждению моего исчезновения: «Где сейчас беременная любовница Кирилла Светозарова?» Гости устраивали словесные баталии, выдвигали версии, искали причины и виноватых. Галахов связывался по скайпу с тетей Жанной, та запросто смогла затмить собой ярких персонажей: «Мы ждем Алену. Мы ее любим, нам все равно, чья она любовница, понимаете? — парировала она участникам шоу, с пеной у рта доказывающим, что я сама виновата во всех злоключениях. — Нету такого закона, любить равных по социальному положению. Все эти разговоры «сама виновата, не надо было соваться к богачам» бред собачий!»
— Кирилл знает, где я? — спросила я Янину, когда она в очередной раз приехала навестить меня. Мы прогуливались по аллее в сопровождении ее собачек. Южный ветер играл моими волосами, дышал в слегка располневшее лицо, обещая раннюю весну. — Прошу тебя, дай мне позвонить ему…
— Его нет в стране. Он серьезно болен, рак легких, как у его деда, — осторожно выговорила женщина. — Пожалуйста, не волнуйся, лучшее, что ты можешь для него сделать, это родить здорового сына. О его здоровье хлопочут первоклассные онкологи.