Ларе-и-таэ
Шрифт:
– Так ведь это...– испуганно прошелестел Герцог - на сей раз именно он сообразил первым.
– Да, - жестко подтвердил Эвелль, расправив свои широкие не по росту плечи.– Не только море, но и суша. Похоже, меняется и вообще лицо мира. А это касается всех.
Глава 3
Что поставлено на карту
– Как только вся остальная твоя компания угомонится, приходи в кабинет Илмеррана, - произнес Лерметт с отсутствующим видом: мысли его были явно уже заняты чем-то другим - вероятно, тем самым, о чем он собирался совещаться с другом и наставником спустя самое недолгое время.
– А как я его найду?– поинтересовался Арьен.
– Алани тебя проводит, -
Эннеари вытаращил глаза.
– Алани?!– переспросил он и неожиданно расхохотался.
Лерметт несколько мгновений непонимающе взирал на него, затем сообразил и тоже разразился хохотом.
– Алани!– повторил он, не в силах справиться со смехом.
– И что тут смешного?– вопросительно приподнял бровь паж. Эннеари понравилось, как он спросил: совершенно без обиды. Он просто и спокойно осведомился.
– Ну да, ты же не знаешь по-эльфийски, - с трудом промолвил король, утирая слезы смеха.– А я раньше не соотносил как-то. "Алани" на эльфийском означает "подарок на память"... только не всякий подарок, а... как бы это лучше сказать... с намеком, что ли...
– Пожалуй, точнее всего, - с невозмутимостью, стоившей ему огромного труда, заявил Арьен, - это слово переводится как "тот еще подарочек".
– Что ж, - задумчиво произнес Алани, - по-моему, термин соответствует именуемому им объекту удовлетворительно.
Король и эльф переглянулись и вновь грянули хохотом.
Угомонить остальную компанию особого труда не составило. Все-таки день выдался на диво разнообразный. Найлисс - город удивительный, и полюбоваться на него стоило. Даже если бы никто и не хотел разглядывать всевозможные чудеса и диковинки, на то есть Лоайре. Арьен сильно подозревал, что этот помешанный способен и мертвого уговорить подняться и пойти взглянуть на прелести здешнего зодчества - что уж говорить о живых! Живые весь день провели в блужданиях по городу, и теперь едва держались на ногах: все-таки нет у эльфов привычки расхаживать по мостовой. Вот и славно. Никакой надобности нет за ними приглядывать. Навряд ли хоть кто-нибудь способен на большее, чем поужинать, умыться и с блаженным стоном рухнуть в постель. Разве что этот кто-нибудь догадается заняться самоисцелением и снять усталость... да нет, опять-таки навряд ли. Никто сейчас не в состоянии подумать о себе. Головы у всех заняты балконными и оконными решетками, резными карнизами, крестовыми сводами, шпилями, куполами, башенными зубцами и прочей восхитительной дребеденью. Вот даже и неугомонная троица - Аркье, Ниест и Лэккеан - и те зевают и спотыкаются. Достаточно разогнать после ужина всех по комнатам, и можно быть совершенно спокойным: до утра ни один из своей комнаты не выйдет.
Покончив с ужином, Эннеари принялся шарить взглядом по Гостиной Гобеленов, отыскивая Алани. Паж вынырнул словно бы из ниоткуда совсем рядом с ним. Занятный паренек, ничего не скажешь. Арьен уже успел убедиться в его способности исполнять свои обязанности, как бы и вовсе не показываясь на глаза, и при этом безошибочно возникать именно там и тогда, где и когда он нужен. Лучшего пажа и пожелать нельзя. Впрочем, иного и ожидать не следовало. Не такой Лерметт человек - да и не такой король, к слову сказать - чтобы держать у себя на службе неумех. Но парень все равно занятный. А уж манера изъясняться у него... более чем странная.
– Я готов, - безмолвно просигналил пажу Эннеари, и тот столь же безмолвно кивнул.
И едва только закрылась последняя из дверей, как "тот еще подарочек" развернулся, подошел к гобелену с изображением речной долины в окрестностях
Риады, откинул его в сторону и отворил скрытую им прежде небольшую дверь.– Нам сюда, - объявил он.– Самый короткий путь.
Да, если учесть, сколь многочисленны и запутанны дворцовые коридоры и переходы, такую роскошь, как возможность сократить себе путь, никак нельзя почесть излишней.
– И как ты только ухитряешься не заблудиться?– поинтересовался Эннеари, глядя, как ловко ориентируется Алани в запутанном лабиринте галерей и коридоров, уверенно выбирая единственно нужный.
– Можно, - спокойно кивнул Алани в ответ.– Можно и заблудиться. Дворцы ведь для того так и возводят, чтобы человек со стороны заплутал. Я первым делом у Его Всезна... то есть у советника Илмеррана план дворца попросил и назубок его вызубрил.
Вот так. Интересные все же у Лерметта пажи. Или это так повсеместно принято?
– Пришли, - сообщил Алани, отворяя очередную дверь, и привычно посторонился, пропуская эльфа вперед.
Кабинет Илмеррана заставил Эннеари изумленно зажмуриться. Несколько мгновений спустя он осторожно приоткрыл глаза. Нет, ничего не изменилось. Он словно бы провалился в пространстве и времени на... сколько же лет тому назад? Вот сейчас Илмерран скажет ему неизменное: "Проходи, садись - да сколько же можно заставлять себя ждать", - и урок начнется, как начинался всякое утро...
– Ничего удивительного, - нетерпеливо заявил Илмерран, прекрасно догадавшись, что за чувства обуревают его бывшего ученика.– Гномы, как тебе из моих прежних лекций должно быть известно, весьма постоянны в привычках. По крайней мере, в тех случаях, когда нет смысла тратить силы и время на то, чтобы обзавестись новыми. Было бы странно, если бы мой здешний кабинет выглядел иначе, нежели прежний. Проходи, садись - да сколько же можно заставлять себя ждать!
Эннеари усмехнулся и вошел в кабинет. Как он и полагал, Лерметт его опередил. Трудно сказать, сколько времени он уже пробыл в этом кабинете, склонясь над столом, и облик короля ничуть не меньше, чем обстановка кабинета, утвердил Эннеари в мысли, что время вытворило какой-то особо хитроумный курбет. Ни парадного майлета, ни тем более нарретталя на короле не было - совсем как встарь. И рукава рубашки закатаны до самых локтей. И никакой короны на голове, ни даже шапочки-бриолета - волосы перехвачены узким кожаным шнурком. Может, если откинуть занавесь и распахнуть настежь окно с великолепными витражами, взору откроется покрытый бугристыми льдинами Хохочущий Перевал?
– Дозвольте вам помочь...– начал было паж.
– Не дозволю, - отрезал Илмерран, возвращаясь к занятию, от которого его оторвал приход Арьена - а именно, к разворачиванию и сворачиванию громадных свитков пергамента.– Сам найду. А его величеству и вовсе нечего под руку лезть. Лучше прибери вот эти свитки. Я их уже просмотрел, там нет ничего нужного.
Он рывком развернул очередной свиток почти до половины. Перед глазами Эннеари мелькнула и вновь скрылась изображенная на пергаменте карта - словно плясунья пестрым платком махнула.
– Совсем даже не то, - скривился гном, сворачивая свиток.
Эннеари подошел к столу, над которым склонился Лерметт.
– Сейчас, погоди, - отрешенным голосом произнес Лерметт.– Я уже заканчиваю.
– Я тоже, - сообщил Илмерран.– Вот она.
Нужный свиток был едва ли не выше самого Илмеррана. Алани, по своему обыкновению, возник подле гнома в должное мгновение, и вдвоем они сноровисто развернули карту. Глянув на изображение на пергаменте, а затем на стол, Эннеари чуть было не рассмеялся.