Ландор
Шрифт:
Другие члены клуба тоже времени даром не теряли. Осенью 2143 года они начали
обучение в Академии. Друзей приворожил Космос, поэтому профессии они избрали
соответствующие. За пять лет настойчивой работы Тед стал пилотом, Джордж –
штурманом, Джим – инженером, Энни – врачом, а Саманта – специалистом по
контактам.
На развлечения времени не оставалось, правда, когда уже не было сил
подчиняться правилам Академии, “Шестерка” выкраивала в сутках двадцать пятый
час... и попадала в “Новости”.
сохранились лишь у Джорджа и Энни. Иначе как Молчун и Непоседа их никто не
называл. Выпускной класс “Шестерки” стал лучшим в истории Академии: дипломы им
выдали в 18 лет, а не в 22. На стажировку друзья поступили на разные корабли: они считали, что врозь приобретут больше опыта. Как известно, начинать самому в
новом коллективе намного сложнее, чем работать командой.
После долгой разлуки друзья, наконец, собрались вместе. Они смотрели друг на
друга, узнавая, не узнавали. Желторотики-выпускники возмужали и окрепли, в то
же время что-то неуловимое осталось в глазах и поведении, превращая их в тех
детей, которыми они были.
Как обычно, все собрались у Саманты...
– Привет, друзья, – улыбнулась Энни.
Словно не было разлуки, вспомнились старые привычки. Ник сел на спинку
кресла, Джим разместился на вертящемся стуле и сделал вид, что грызет ногти.
– Джим, прекрати! – притворно негодующе воскликнула Непоседа, усаживаясь на
столе.
– Извини, сестричка, больше не буду.
– Будет, – сказал Молчун, устраиваясь на диване.
Рядом по-турецки сидел Тед. Саманта спросила: – Кто будет...
– Пирожное! – дружно подхватили все. – Я!!!
Живо полился разговор. Молчал только Ник. Он смотрел на Энни, словно видел
ее впервые.
– Ник, старина, скажи что-нибудь! – воскликнула девушка.
– У тебя красивые глаза, – мечтательно сказал он и по внезапной тишине
понял, что ляпнул что-то не то.
– О чем ты спрашивала?
– Ни о чем. Я попросила тебя что-то сказать, ведь ты даже Молчуна перемолчал.
– Друзья, – вмешалась Саманта, – вы помните наше обещание?
– Да, Сэм. Пять лет назад, в день выпуска, мы поклялись найти Дэниса
Гаррисона.
– И мы это сделаем.
В былые времена такое утверждение подтверждала или опровергала Энни –
ясновидящая. Поэтому, все посмотрели на девушку.
– “Шестерка рисковых” не забыла старые привычки.
– Мы, как и прежде, команда!
– Значит, все будет хорошо!
И все снова посмотрели на Энни.
– Все будет хорошо, – улыбнулась она.
Почти месяц шла подготовка к экспедиции. “Радугу” привели в идеальное
состояние, наняли второго пилота, необходимого для дальнего полета, простились
с родными и отправились в дорогу...
Дэнис зашел на корабль просто так, без какой-либо цели. Генератор доживал
последние
дни, если не часы, но Дэнис упрямо убеждал себя, что его это неинтересует. Визит на корабль – небольшой прилив ностальгии. Нет, он скучал не
по Земле – как вы могли такое подумать! – а по Космосу.
Он разместился в кресле пилота, не глядя нажимал какие-то кнопки. И тут
пережил страшный шок: из динамика прозвучал девичий голос: – Ник, в какой системе живут огневые плевачки?
Слова, произнесенные на английском, заставили Дэниса подскочить.
Сердце бешено колотилось.
– Я вас слышу, значит, вы рядом, – пробормотал он, выходя на аварийную
частоту. – Но где вы? Где?!
Саманта рассказала о своем полете и задала встречный вопрос: – Ник, в какой системе водятся огневые плевачки?
Капитан отвечал, но девушка не слушала его: из передатчика послышались
слова: “Но где вы? Где?!”
Резким движением девушка переключила его на самую большую мощность, включила
аварийную частоту и жестом призвала к тишине.
– Мы земляне! Кто ты?
– Мои позывные – Ветер!
– Ветер, где ты? Мы идем к тебе!!!
– Мои позывные – Ветер, – и все смолкло.
– Не отключайся!
– Сэм, – кто-то тронул ее за плечо.
Она вопросительно посмотрела на Непоседу.
– Он нас не услышит, у него сел генератор.
– Он слышал меня, я знаю!
– Да, он слышал тебя, он знает, что мы летим к нему.
– Нет, не знает! Мы должны ему помочь!
– Конечно, и ради этого мы прилетели в этот богом забытый уголок, – мягко
сказал Ник.
– Это так, – успокоилась Саманта.
– Сколько лет он живет на той планете?
– Около 15.
– Помните, как всех удивило первое сообщение?
– Еще бы! Исчезла большая экспедиция, и вдруг: “Пока я еще землянин”.
– Все затаили дыхание, а связь перерывается в тот момент, когда мальчик
сообщает свои координаты, и восстанавливается, когда он говорит о кентаврах.
– А сколько интересного он рассказал про Ландор.
– Мне очень понравился лес, его штуки – маскировки, – сказал Ник.
– А мне нравилось все.
– А я ждал, чем кончится противостояние Воу и Акэ.
– А ты что скажешь, Томми? – спросила Саманта.
Ребята недовольно переглянулись. Им не нравился этот человек. Сначала он
приворожил не только Саманту, правда, потом они поняли, что это за тип.
Вежливость, непринужденность, доброжелательность, шутки и улыбки маскировали
трезвый расчет, поиск выгоды. Но путешествие с авантюристами, романтиками, искателями приключений и людьми чести полностью раскрыло его характер. И только
Саманта почему-то ничего не замечала. Поэтому ребята не спускали глаз с Тома.
– Томми, ну говори!
– Я думаю, – бросил он. Это прозвучало, как “Отцепись”.