Куколка
Шрифт:
Поначалу Лили с ужасом ждала сеансов с доктором Амари, но со временем даже начала предвкушать их. Если Лили хотела на протяжении сорока пяти минут говорить о том, как сильно она ненавидит проезжать мимо своей бывшей школы, доктор Амари позволяла это. Лили всё больше открывалась ей: рассказывала о «тренировках» Рика, о своей грусти по поводу смерти отца и о беспокойстве за Эбби. Но она по-прежнему не упоминала о своих чувствах к Уэсу.
Порой ей хотелось, чтобы он просто исчез. Вышел из их дома и никогда не возвращался. Она знала, что это неправильно, особенно с учетом того, как хорошо он относился к их семье. Иногда он заезжал и привозил еду на ужин, в другие разы — мороженое
Но потом её взгляд неизбежно устремлялся к Уэсу, она смотрела на его ямочки на щеках и непринужденную улыбку. Тогда она заставляла себя выключать видео или выходила из комнаты, твёрдо вознамерившись забыть об Уэсе и фантазиях, связанных с их совместным будущим.
С приходом весны Лили стала сильнее. На Рождество она также получила новые кроссовки для бега и приступила к тренировкам. Иногда с ней была мама, иногда она приглашала с собой Тришу. Ещё она много времени проводила в саду, ей было больно видеть его таким запущенным. В Лили проснулось желание вернуть садику былое величие. Ей казалось странным, что раньше она обижалась на то, как много времени отец проводил там. На выходных он торчал в саду целыми днями, в своей потрёпанной футболке с эмблемой медицинского факультета Пенн, шортах и с дурацкой широкополой шляпой на голове. Он усердно копал и пропалывал сорняки, попутно рассказывая дочерям как правильно выбрать время для посадки растений.
А теперь уже Лили могла часами работать под палящим солнцем, с руками перемазанными землей и пространство вокруг неё день за днём преображалось. Работая руками, она всё сильнее чувствовала близость к отцу, часто просыпаясь на рассвете, чтобы вырвать сорняки или начать сажать цветы и овощи.
Лили любила бывать на улице днём, впитывать свет солнца. А вот по ночам она начинала видеть тени, которых на самом деле не было и слышать звуки, которых не существовало. Она знала, что это иррационально. Её похитили среди бела дня, но годы проведенные во тьме оставили свой след.
В один из прекрасных весенних дней Лили решила остаться дома, пока Эбби, мама и Скай поехали в Филадельфию за покупками. Она твёрдо вознамерилась посадить оставшиеся луковицы тюльпанов и поэтому с легким сердцем отпустила близких одних.
Было почти шесть вечера, когда ей позвонила Эбби.
— Лилипад, на шоссе страшная пробка. Мы будем тащиться ещё как минимум час. Или даже два.
Лили пыталась бороться с подступающей паникой, глядя на садящееся солнце.
— Хорошо. Спасибо, что предупредила.
— С тобой точно все будет в порядке? — спросила Эбби.
Лили никому не рассказывала об этой иррациональной боязни темноты, даже Эбби. Учитывая всё, через что она прошла, это казалось чем-то пустяковым.
— Само собой, Эбс. Веди осторожно и передай Скай, что мама её любит и ждет.
Лили повесила трубку и вернулась к работе. Её руки копались в земле, но они дрожали, дыхание вырывалось короткими толчками. Она чувствовала, как паника нарастает, и то и дело поглядывала на
улицу, боясь, что Рик или какое-то другое неизвестное зло именно сегодня решит снова отнять у неё всё.Она больше не могла это выносить. Лили схватила телефон и набрала знакомый номер.
— Уэс, это Лили. Я понимаю, что это прозвучит глупо, но уже темнеет, а мама, Скай и Эбби застряли в пробке, и я… я не могу оставаться одна. Я просто подумала…
Она даже не закончила предложение.
— Я почти разобрался с работой на сегодня. Буду через десять минут.
Она знала, что он приедет. Он был готов на всё ради Эбби, а значит, и ради неё.
Уэс появился ровно через десять минут, всё ещё в пальто и с галстуком на шее. Лили уже знала, что у Уэса свой бизнес, связанный с недвижимостью — он покупал и перепродавал подержанные дома.
Он снял галстук и пиджак, закатал рукава рубашки и хлопнул в ладоши, указывая на оставшиеся луковицы, которые нужно было посадить
.— Давай, не заставляй меня чувствовать себя бесполезным, — сказал Уэс.
— На сегодня уже хватит. Я доделаю завтра.
— Ни за что. мы и сегодня со всем справимся.
Он взял луковицу тюльпана, бережно держа её на ладони. Лили показала, в каком порядке она хочет посадить цветы, и он послушно следовал её указаниям, аккуратно высаживая тюльпаны длинными рядами. Он был спокоен, сосредоточенно хмурил брови во время работы. Лили закончила свою часть и села на корточки рядом с ним. Он повернулся и поймал её взгляд.
— Что такое? Я что-то делаю не так?
Не давая себе времени на раздумья, Лили протянула руку и стёрла грязь с его щеки. Уэс посмотрел на неё в ответ, и Лили наклонилась вперёд, затаив дыхание, когда их губы встретились. Поцелуй поначалу был целомудренным, но губы Уэса оказались такими нежными и тёплыми... Она придвинулась ближе. Не могла поверить в происходящее. Его запах и вкус его губ ничуть не изменились за прошедшие годы. Он наверняка подумал о том же. Он встал и притянул её к себе. Лили прижалась к нему всем телом. Она хотела его. Никогда и никого она не хотела сильнее, чем Уэса сейчас.
— Я люблю тебя. Я до сих пор люблю тебя.
Уэс резко отстранился, словно она его ударила. Лили поняла, что должна всё исправить. Она должна заставить его увидеть, что она — та, кто ему нужен. Что так было всегда.
— Проси что угодно, я сделаю все, что ты захочешь. Пожалуйста, Уэс, я на все согласна, — в голосе Лили зазвучало отчаяние, она потянулась к ремню на его брюках. Он резко оттолкнул её.
— Нет, Лили, Господи, нет. Не надо!
Она съёжилась, прикрывая лицо рукой, чтобы защититься от его возможного удара.
Уэс отшатнулся, потрясённый.
— Я не… Господи, Лили, я бы никогда тебя не ударил. Ты же знаешь. Но я не могу… Мы не можем…
Лили услышала в его голосе жалость и осуждение.
Что она наделала? Что с ней не так?
Мысли о той ночи в больнице нахлынули с новой силой. Лили в ужасе пошатнулась и чуть не упала в грязь.
Уэс протянул руку, чтобы поддержать её, но она оттолкнула его.
— Мне не верится… Мне не следовало… Я просто хотела вспомнить, каково это. Как это могло быть.
— Лили. Я понимаю.
Ничего он не понимал. Лили больше не хотела слушать его. Она протиснулась мимо него и убежала наверх. Она оставалась в своей комнате, пока не убедилась, что Уэс уехал, а потом написала доктору Амари с просьбой о срочной встрече.
Час спустя Лили сидела напротив врача и сбивчиво рассказывала о том, что произошло. Закончив, она тяжело вздохнула.
— Я ужасный человек.
Доктор Амари откинулась на спинку кресла, цепко глядя на неё.
— Почему ты так считаешь? — спросила доктор Амари.