Куда тянутся души
Шрифт:
— Я скажу ей, — обратился маг к Ариману, — я ее должник.
Ариман немного неуверенно кивнул. Я хотела сказать, Бероузу, что он мне ничего не должен, но не успела.
— Я использую темную магию, — тяжело выдохнув, сообщил маг и тут же добавил, — совсем немного.
— А, тогда ясно, — мягко бросила я. Будто ничего особенного мне не сообщили. Для меня, конечно, так и было. Но вот мужчин моя реакция удивила.
— Тебе не страшно и не противно? — полюбопытствовал Гилен.
После общения со жрецом ордена Тьмы, который вселял страх в каждого жителя магического мира, вполне себе адекватный маг, пусть и использующий
— Я, конечно, себя контролирую, но я преступник, меня казнят, если поймают, — с горечью произнес Бероуз.
— Я знаю, и меня это не волнует. И можешь не беспокоиться, Бероуз, — заверила я, — я не выдам тебя никому.
— Спасибо, — искренне произнес он, явно испытав облегчение от моих слов.
— Выдвигаемся перед рассветом, поэтому сегодня отбой ранний, — сообщил Ариман, видимо, торопясь закончить разговор, пока я не выведала все тайны их группировки. — Через два часа.
Азраил, как только мы закончили трапезу, начал убирать полевую кухню. Гилен тоже складывал вещи, навешивая на лошадь тюки.
Лагерь разбойников сворачивался. Натаниэль, сложив свои пожитки, присел ко мне под тень древней магнолии. Дерево, цвет которого искажало странное золотисто-охристое небо, источало дивный аромат. Я удобно развалилась под ним, отдыхая, расставляя мысли по местам.
Мне было интересно, что этих мужчин привело к тому, что они подались в разбойники. Если с Бероузом мне уже все ясно, то тайны остальных были еще не разгаданы. С другой стороны, мне будет уже все равно, когда я оставлю их. Но ведь пока я здесь.
— О чем задумалась? — наконец, поинтересовался Натаниэль.
— О том, какие тайны скрывает каждый из вас, и что привело вас к жизни разбойников… — честно ответила я.
— Ясно, — протянул мой собеседник.
Я многозначительно посмотрела на разбойника.
— Не расскажешь? — нагло поинтересовалась я. — Но кое-что я уже знаю.
Лукаво улыбнувшись, я наклонилась ближе к уху разбойника и заговорщицки прошептала свою догадку.
— Ты маг Северных земель.
Это была догадка, в которой я почти уверена. Вот по его реакции сделаю окончательный вывод, если он не скажет правду сам.
— Ты права, — с грустью подтвердил он. — Но позволь, я в другой раз расскажу свою историю. Неподходящее для этого время и место.
Он многозначительно бросил взгляд на товарищей. Видимо, он не хотел им рассказывать. А вот мне собирался. Как интересно, и что это магов-разбойников так заставляет довериться мне? Женщине из другого мира, которую они знают пару дней.
Глава 9
— Анна, просыпайся, — проговорил Ариман, осторожно коснувшись моего плеча.
Я даже не шелохнулась, лишь распахнула веки: уже давно не спала, просто лежала с закрытыми глазами. Вторая ночь и вправду далась так же нелегко, как и первая.
— Я уже проснулась, — тихонько дала я знать главе разбойников.
Ночное небо как насыщенное красное вино, разбавленное россыпью звезд — значит, рассвет еще не начался. Лагерь быстро свернули, собрав все с вечера, и через четверть часа я вновь была на лошади. И только сейчас поняла, что мы были у самой дороги. Просто она настолько заросла, что на первый взгляд ее и не видно.
Мы двинулись вперед по заросшей колее, на Север, дружной колонной по двое. Первыми шли маги,
затем я и Ариман, позади, соответственно, Азраил и Гилен.— Сколько займет путь? — поинтересовалась я у Аримана.
— Чуть больше двух дней, — ответил главарь разбойников, — при условии, что мы будем спать не больше четырех-пяти часов.
Ну, два дня — это еще терпимо. Я посмотрела на своего спутника. Молодой мужчина с чертами лица, обладающими истинно мужской притягательностью. Густые темные волосы цвета молотого кофе, такого же оттенка глаза и карамельная кожа. Озорной взгляд и дерзкая улыбка. Наверняка, с женщинами у него нет проблем. Сильный и крепкий, мог бы служить в армии Смагарда. И что же такого мужчину побудило организовать банду разбойников?
— Почему ты стал разбойником, Ариман? — не удержалась я от вопроса. Раз они так легко раскрывают свою душу передо мной, почему бы не удовлетворить любопытство?
— Извини, Анна, — мягко ответил он, — но я не стану рассказывать тебе. Ты в нашей банде ненадолго. И неизвестно, что с тобой станет дальше, и о чем тебя станут допрашивать, если поймают. Вот если ты останешься — другое дело.
Видимо, только маги прониклись ко мне доверием так легко. А этот мужчина оказался не так прост. Наверняка из тех, кто показывает лишь то, что хочет.
— Я подумаю над этим, — уверенно ответила я. Не стала отвечать однозначно. Мало ли. Отмету предложение слишком быстро — это может показаться подозрительным, так же, если и бездумно соглашусь. Со стороны мое положение выглядит не лучше, чем у разбойников. А то и хуже.
Я повернула голову направо, на восток. Там, сквозь деревья, проблеск рассвета окрашивал небо в кроваво-красный. Немного рассветов в своей жизни я встречала, но этот, бесспорно, был самым запоминающимся и самым пугающим, несмотря на свою красоту.
Небо словно залило кровью, только что выпущенной из глубокой раны. Неизвестно, почему в том вулкане, что в мертвых землях, красный пепел, но, пожалуй, я не хотела этого знать. И я точно не желала, чтобы все небо этого мира, да и моего, окрасилось в эти пугающие красивые краски. Сизаморо так и не сказал, что он задумал. И почему я должна разбираться в этом сама, было не ясно. К чему он показал тот эпизод из жизни первородных магов? Что он хотел донести до меня? И почему мы все до сих пор живы?
Во многом предстояло разобраться, но сейчас для начала нужно добраться до города магов. И надеюсь, от разбойников не последует сюрпризов, не вписывающихся в мой план.
Я больше не стала задавать личных вопросов главарю разбойников. Почему-то с Ариманом разговоры заводили не туда, куда нужно мне. Нужно быть осторожнее с ним. Он хитер, силен и красив. Опасен. Совсем как… Нет, Анна, не думай о нем, не вспоминай.
Тем временем мы все больше удалялись на Север. Пейзаж плавно сменился. Из леса с заросшей, едва различимой тропой мы выехали на более осязаемую, но узкую дорогу среди не то пустыни, не то болота. Нечто подобное окружало мой родной город, где я родилась, там тоже много песка и болот, поросших багульником. Это болото, конечно, отличалось. Небольшие лужицы черной болотной воды окружали серые пни с торчащими сучками и высохшей на солнце травой. Казалось, болоту конца и края нет. Все это присыпано золотистым песком, куда ни посмотри. Только впереди, у горизонта, еле заметная полоска вновь начинающегося леса.