Крылья мрака
Шрифт:
Лэса и Лэльдо помчались дальше, туда, где холмы подрастали, сбрасывая лесную шубу со своих боков… и, замерев над голыми сухими вершинами, увидели в нешироких лощинах бесчисленное множество огромных круглых ям…
Над ямами густо роились голубые шестикрылые бабочки — настолько густо, что не сразу можно было рассмотреть лежавшие в ямах огромные черные яйца, словно бы помятые, покореженные… а в других копошились голые птенцы — по одному и по два… они вытягивали голые шеи, разевали набитые острыми зубами длинные клювы и хрипло мяукали, неуклюже размахивая перепончатыми крыльями и время от времени хватая одну из бабочек… Потом мрачной тенью пронеслась над гнездами гигантская птица, таща в клюве какое-то полосатое животное…
Свившиеся паутинки развернулись и полетели назад, в тихую безмятежную синеву.
— Что-то я совсем запутался, — говорил брат Лэльдо, полулежа на куче маленьких матрасиков. — Что же у нас получается? Какая-то неестественно усложненная система биоценоза. Выглядит так, будто ящеры кормят птиц — причем кормят человечиной. Далее птицы кормят новорожденных птервусов — исключительно мясной рацион, надо полагать. Зачем, почему? И при этом и ракши, и птервусы имеют очень сильные ментальные щиты… может быть, они друг друга поддерживают в этом плане, создают двойной барьер?
— Вполне может быть, — откликнулась иир'ова, лениво лежавшая на спине и смотревшая в потолок. — И именно в силу жесткой ментальной связи возникает единство интересов.
— Да, но при чем тут курдалаги? — недоуменно сказал эливенер. — Каким образом они связаны с птицами, а главное — с ящерами?
— Да почему ты решил, что они связаны с птервусами? То есть связь, безусловно, есть, но опосредованная, через ракши. Курдалаги могут и не догадываться о единстве своих слуг и хищных ящеров.
— Ой, что-то я в этом сильно сомневаюсь. Да в любом случае — странная система. Мои наставники никогда не упоминали ни о чем подобном.
— Твои наставники не всеведущие боги.
— Ну да, конечно, и все же их знания несравнимы с земными, — серьезно сказал брат Лэльдо. — Знаешь что? Я думаю, изначально это была какая-то искусственная, экспериментальная система… ты ведь не раз уже имела возможность убедиться, что наши далекие предки были людьми небольшого ума, зато обладали болезненно развитой фантазией. Создавали искусственные моря, уничтожая поймы рек, осушали болота, через которые земля дышит, прокапывали каналы, разрушая биоценозы, перевозили с континента на континент эндемичные виды животных… ну, и так далее. Так что могли придумать еще и не такую глупость.
Лэса громко фыркнула, выражая свое отношение к умственным способностям далеких предков, ввергших планету в ядерную катастрофу. Да, конечно, после этого безумия прошли уже тысячи лет, и земля давно залечила раны, однако жизнь на ней стала совершенно другой, и не просто другой, а слишком сложной и опасной для тех, кто являлся носителем разума…
— Ладно, — задумчиво передала иир'ова. — Примем за рабочую гипотезу, что эта экосистема — экспериментального происхождения. Ну, а та дрянь, что копошится в оврагах и ущельях?
— Ну, уж чего-чего, а монстров и на нашем континенте с избытком! — воскликнул молодой эливенер. — Уж они-то точно производные искалеченного генофонда, чудовищной ядерной Смерти. И кстати, на нашем континенте этой дряни куда больше. Здесь все-таки несравнимо спокойнее.
— Да, но почему эти твари не расползаются в разные стороны? Почему они смирно сидят среди холмов? — в мысленном голосе кошки…
— Это вопрос, — согласился эливенер. — Это действительно вопрос. Но мы не сможем на него ответить,
пока не разберемся со всем на месте.Иир'ова от души расхохоталась:
— Лэльдо, с тобой не соскучишься! Ты что, намерен там, у гнездовья этой мрачной гадости, заниматься научными изысканиями? А не лучше ли просто уничтожить весь этот биологический мусор, и дело с концом?
— Ну, во-первых, еще кто кого уничтожит, — ехидно возразил брат Лэльдо. — А во-вторых, уверена ли ты, что это именно мусор? А вдруг это котел, в котором варится нечто принципиально новое и полезное для планеты в целом? Конечно, мы знаем основные законы эволюции… но знаем ли мы их достаточно хорошо? И как мы можем судить о ее боковых путях, об эволюционных тупиках? Они ведь тоже могут породить нечто перспективное. Кстати, ты заметила — птенцов в гнездах слишком мало? Один или два. Значит, вид все-таки вымирающий.
— Предлагаешь подождать, пока сам вымрет? — поинтересовалась иир'ова.
На этот раз расхохотался брат Лэльдо.
— Ну, знаешь… А кстати говоря, не исключено, что и придется ждать. Чем мы воевать-то будем? Игрушечными мечами хворь-перевязок?
— Ну, из игрушечного меча вполне может получиться отличный нож или кинжал, — возразила кошка. — К тому же мы с тобой не последние лопухи среди магов. Справимся. Главное — добраться туда поскорее. А потом — в Гималаи.
— Ладно, а перед началом пути в Гималаи давай немножко отдохнем, хорошо? — предложил молодой эливенер. — Утро скоро, поспать надо.
Лэса не стала возражать против очевидного и тут же заснула, свернувшись клубочком среди разбросанных как попало матрасиков и подушечек. Брат Лэльдо последовал ее примеру, только клубком сворачиваться не стал.
Глава 26
Раздался настойчивый стук в дверь купола, и рисковая троица сообразила, что настало утро. Первым отреагировал уроборос, змеей метнувшийся ко входу. Покуда эливенер с иир'овой выкарабкивались из кучи пуховых и шерстяных постельных принадлежностей, юный Дзз уже впустил в купол вчерашнего посетителя — старого врача Ван Ави. Целитель принес булатный посох, взятый накануне на исследование, и небольшую кожаную сумку на длинном ремне, чем-то битком набитую.
Поздоровавшись с чужаками, Ван Ави огляделся по сторонам, и уроборос, сообразив, что к чему, поспешил притащить для врача скамейку. Целитель сел, положив булатный посох рядом с собой на скамью, кивком поблагодарил малыша и выжидающе посмотрел на рослых гостей.
Брат Лэльдо и кошка подошли поближе и уселись на пол, изъявив всем своим видом готовность выслушать старого мудреца. Похоже, они немного перестарались, потому что старик усмехнулся и покачал головой.
— Я исследовал, как сумел, этот предмет, — Ван Ави показал на лежавший рядом с ним посох. — И понял по-настоящему лишь одно: чтобы пробудить силу хрустальной крохи, нужна не моя сила. Вообще не сила земного человека. А в тебе, насколько я вижу, смешанная кровь. Это твое оружие.
— А… — растерянно проблеял брат Лэльдо, — а… как это — вы видите? Мы вроде бы вам ничего не говорили? Или сказали? Не помню…
— Говорили, не говорили — не суть, — улыбнулся старый целитель. — Могли обмолвиться. Я не о том. Я вижу в тебе иное начало, сильное, необычное. Вы с этим кристаллом — родня. Только ты сможешь по-настоящему разбудить его, чтобы он проявил всю свою магию.
— Что значит — «по-настоящему»? — тут же ухватилась за слово кошка. — Частично вы его уже разбудили, так надо понимать?