Красный рыцарь
Шрифт:
Майкл затянул пояс, застегнул пряжку и отступил, капитан трижды вытащил меч, проверяя надежность застежки. Тоби прицепил шпоры. Майкл протянул тяжелый золотой пояс.
Командующий улыбнулся:
— Почему бы и нет.
Майкл помог надеть золотой пояс, передал Красному Рыцарю шляпу, перчатки и капитанский жезл.
— Придете загодя, — заметил он, — но ненамного.
Спустившись по ступенькам во внутренний двор, чистоту и сияние которого даже не заметил, капитан сразу же привлек внимание людей.
Приветственно кивая каждому, он пересек двор. Остановился, проходя
От группы лучников, вставших по стойке «смирно», стоило ему приблизиться, узнал историю с Безголовым, выслушал жалобу на кражу зерна от сэра Адриана. Последний передал капитану туго свернутый лист пергамента.
— Как вы и просили, — сообщил писарь, — я поговорил с сестрами, с фермерами. Если хотите узнать мое мнение…
Он умолк. Капитан отрицательно покачал головой.
— Не стоит, — улыбнулся он, развеивая повисшее в воздухе напряжение, засунул пергамент в рукав и откланялся. — У меня назначена встреча с дамой.
— Не забудьте пересчитать пальцы после еды, — напутствовал сэр Адриан.
Стол был длинный, на тринадцать человек. Трон настоятельницы стоял посредине, капитан занял место справа. Он пришел первым, остальные еще не явились. Переглянулся с сидевшим на жердочке Парцифалем. Ему очень захотелось погладить птицу.
В зал вошла монахиня и вскрикнула от неожиданности. Он развернулся, отвесил поклон и, любезно улыбаясь, произнес:
— Прошу прощения, сестра. Могу я попросить немного вина?
Та молча удалилась.
Капитан подошел к книге «Житие святых». Теперь, когда он узнал ее секрет, лишь отсутствие времени удерживало его от пристального изучения фолианта. Как он раньше не догадался, что эта книга — гримуар по герметизму? Перелистывая страницы, Красный Рыцарь лишь в общих чертах улавливал смысл написанного. «Это я знаю. Это тоже. Хм. Это вижу впервые». Книга, без преувеличения, захватывала. Вот бы ознакомиться с нею не здесь, а на свежем воздухе, удобно устроившись под окном.
Он почесал подбородок. В голову пришла мысль, что все монастырские девушки подобны Амиции. Зачем орден отправляет их в такое место? Для их собственной безопасности? Или чтобы уберечь от бытовых знаний. Зачем еще…
Она стояла рядом. Он чувствовал ее присутствие, ее тепло. Ощущал золотую силу, струящуюся по нежной коже.
— Ты, — произнесла она.
Красный Рыцарь повернулся. Ему безумно захотелось взять ее за руки. Ощущение напоминало голод.
— Вижу, ты наконец пришел к Богу, — заметила послушница.
Капитан разозлился.
— Нет, — ответил он, — ничего подобного.
— Но ведь я чувствую! — возразила Амиция. — Почему ты его отрицаешь? Ты же смог почувствовать силу солнца!
— Я ведь тебе уже говорил, Амиция, — настаивал он, — я не отрицаю Бога. Я лишь не хочу принимать
его.— Неужели обязательно спорить? — взмолилась она, глядя ему в лицо. — Я смогла залечить твои раны?
— Да, смогла. — Ответ прозвучал грубее, чем он хотел бы.
— Ты весь истекал кровью, — рассердилась Амиция, — напугал до смерти, у меня не было времени на раздумья!
— Я все понял. — Он поднял руку. — От всего сердца тебе благодарен, госпожа. Почему мы каждый раз ругаемся по этому поводу? А тот порез на лице, что тебя так волнует, — я его почти не чувствую.
— Замри.
Амиция облизнула палец и с нажимом провела им вдоль раны, как мать, вытирающая лицо чумазого ребенка. Снова вспыхнула резкая боль.
— Никогда не забывай молиться перед тем, как колдовать, Амиция, — произнесла настоятельница с порога.
Капитан отпрянул от послушницы. Они стояли слишком близко друг к другу.
— Никто из нас не без греха, и нет такого человека, кто не нуждался бы в наставлении. Молитва очищает ум и дух. И порой мы можем ощутить Его руки на наших плечах, Его дыхание, заставляющее биться наши сердца.
— Но чаще выходит так, что Бог помогает лишь тем, кто помогает себе сам, — возразил Красный Рыцарь.
— А тебе бы все глумиться, капитан. Я так понимаю, ты сумел воспользоваться солнцем. Неужели внутри ничего не изменилось после этого?
Настоятельница стукнула посохом об пол, и две послушницы помогли ей сесть на трон.
— Это всего лишь сила, ничего более, — ответил появившийся в дверях Гармодий.
Женщина приветственно кивнула:
— На свете есть вещи, необъяснимые с позиции одной лишь силы, маг.
— А вам лишь бы глумиться, — парировал Гармодий. — И все же я не могу не признать, когда смотрю в глубину вашей души, миледи, я вижу что–то, что намного выше меня. Что–то есть в вас, как и в королеве. И, пожалуй, даже в этой послушнице. Не лишен этого и Шип.
— Не смей упоминать его имя здесь, — повысила голос настоятельница, ударив посохом об пол.
В зал вошел сэр Йоханнес. За ним появился сэр Томас, а затем судья Джон и швея Мэг. Сестра Мирам, полная достоинства, тихонько заняла место рядом с сэром Томасом. Тот улыбнулся ей. Отец Генри выбрал стул в дальнем правом конце стола.
Сэр Милус, мастер Рэндом и Гельфред прибыли из Замка у моста чуть позже.
— Вы сильно рисковали, собирая здесь всех, — заметил капитан.
— Они проскользнули по выкопанной тобой траншее, — мягко ответила настоятельница, — и прошли по подземным тоннелям. Под скалой много потайных залов и дверей.
— Как и в доме отца вашего?
Взгляд настоятельницы лучше всяких слов сообщил капитану, что его чувство юмора далеко не так остро, как считает он сам.
— Как и множество тайн, — добавил Гармодий. — Ну вот, все в сборе.
— Священное число в герметизме, — кивнула пожилая монахиня.
— Иисус и его апостолы, — заметил маг.
— Интересно, кто же из нас Иуда? — криво усмехнулся капитан.
Среди мужчин прокатился нервный смешок. Женщины юмор не оцепили. Настоятельница окинула присутствующих взглядом, и зал затих.