Красный Архонт
Шрифт:
А если бы у нее было огненное дыхание! Металл бы покорился ей и ее воле, выпустил бы из плена длившегося вечность. Даже если бы ее пламя было слишком слабым чтобы расплавить ненавистный чугун, она могла сжечь саму себя, избавить себя от вечных битв, жестокости. Просто уснуть, как медведь зимой, как скелет со старыми костями…
Огры тяжело потянули цепи, вырывая из раздумий, направляя её взор на того, кого она должна была убить. Она вздохнула от резкой боли, гортанный огриный гогот резал по ушам, раздражая ещё больше боли в шее и горле. Огры перестали смеяться, услышав угрожающее утробное рычание. Цепи и ошейник не делали
Загорелые людишки удивленно на нее смотрели, не отрывая взгляд, Хиоша чувствовала на себе эти безмозглые взоры, лишенные света и добра. Из глаз орка же, сочился дивный страх. Как бы он не старался, тело его сквозило ужасом насквозь. Хиоша хищно оскалилась, поигрывая натянутыми нервами желтокожего орка, как струнами лютни. Хиоша любила страх, она обожала трясущиеся и трепещущиеся как хилые кустарники смертные тела. Страх врагов помогал ей забыться, отвлечься, словно кратковременный наркотик, единственный от которого легко избавится.
— Дрожи сильнее, маленький орченок, сотрясайся чаще, быть может, боги пожалеют тебя? — Трибуны разразились смехом, орк напрягся сильнее, его дрожь сошла на нет, его дыхание стало размеренным, руки крепче сжали булаву.
Хиоша почувствовала повороты ключа, щелчок ошейника, отдавшийся по всему телу, цилиндр, закрывавший ядовитый шип тоже был открыт. Огры быстро топая жирными ногами, убежали в глубины арены, опасаясь мести дракона. Хиоша потянулась всем телом как заспанная кошка. У трибун замерло дыхание. Сейчас они увидят бой дракона, зверя из легенд и мифов древнее богов, надо только внимательно смотреть.
Её тело превратилось в размытое серое пятно, пролетевшее весь боевой круг за долю секунды.
Хиоша устало зевала на другом конце арены, у ее лап валялся труп орка с широкой дырой в груди, по арене поднялась кратковременная песчаная буря, осевшая на одежде зрителей. Тело орка дергалось, поддаваясь конвульсиям по вине смертельного яда, убившего сердце мгновенно. Люди долгие десятки секунд пытались понять, что произошло. Орки были в том же замешательстве. Только четвероногим рожденным в скорости и движении конелюдам удалось разглядеть начало и конец мгновенного боя.
Хиоша совершила рывок с места с молниеносной скоростью, она успела взмахнуть крыльями множество десятков раз, собирая силой их взмахов песчаную тучу. Орк не успел выставить оружие, не успел понять, что он умер, для него останется загадкой место, куда приземлился ядовитый шип.
Зрители молчали, некоторые неуместно пытались начать шум недовольства или крики восторга, но остальные части трибун не поддерживали их. Кто-то был изумлен таким невероятным мастерством, другие были разочарованы столь быстрым исходом сражения, которое они предвкушали. Большинство молчало. Молчание орков было самым неоднозначным. Мокжар был преступником Янтарного Королевства, родины желтокожих орков, но он был хорошим воином.
Голос Объявителя Круга нарушил тишину.
— Мокжар понес наказание за свою бесчестную победу! Великолепная Хиоша показала ему свою драконью мощь, она заставит каждого запомнить…
— Как кого-то можно заставить запомнить, если он мертв? — Спросила Хиоша, глядя на орочий труп, перестав слушать оратора.
Она давно смирилась со своей ролью палача нарушителей неписаных правил Арены Онуврит. Хиоша убивала тех, кто прогневал зрителей или Лорда Арены. Она редко
сражалась по настоящему, ей и не хотелось сражаться, она любила страх смерти разъедающий смертных изнутри, а не вид проливаемой крови.— Итак, сейчас вы увидите ещё один бой! Бой Хиоши с Сулером из Драконьей Империи! — Хиоша удивленно подняла уши, она никогда ещё не сражалась два раза подряд.
«Значит, этого Сулера хотят видеть мёртвым».
Из другого прохода ведущего в глубины, вытолкнули светловолосого человека дворянской красоты. Он был вооружен копьем и щитом красных цветов. Его броня была из чешуек того же цвета. Держался Сулер уверенно, он заинтересовано разглядывал разнообразных зрителей, при виде грязных и диких хорлаков, он с отвращением сплюнул.
— Сулера поймали силы Златоплащного Легиона за попыткой диверсии. — Объявитель умолчал, какую именно диверсию проводил человек из далеких земель. — Сулер состоял в Корпусе Кровавых Когтей. — Его прервал дерзкий голос светловолосого имперца.
— Я не состоял, а состою в семьдесят восьмом полку Корпуса Когтей, в седьмой тактической эскадрилье Коварных Когтей. Кровавые Когти — штурмовики участвующие непосредственно в боях, пустынный червь. — Крикнул он в лицо осаженному объявителю. — Вы не знаете своих врагов, вы уже проиграли! — Он обвинительно обвел пальцем зрителей. — Проиграли в вечной войне!
Трибуны заревели, засвистели, еда посыпалась дождем на зазнавшегося иностранца, он раскрылся, даже не защищаясь щитом. Объедки облили его с ног до головы. Он усмехнулся.
— Еда у вас то ещё дерьмо, обезьяны песочные, ха-ха. — Он залился звонким смехом, ещё больше выводя зрителей из себя.
— Да начнется бой. — Наконец объявил застывший от удивления оратор, он быстро ушел вглубь арены, где его ждали успокаивающие напитки.
Хиоша с удивлением рассматривала человека из незнакомых ей земель, его броня выглядела странно знакомо, а манеры разительно отличались от любого знакомого человека. Она невольно испытала интерес к нему. Человек посмотрел в глаза дракону, но Хиоша не увидела в нём страха, наоборот, он не выглядел впечатлено, а потом в нём и вовсе зажглось светлое восхищение.
— А ты красивая. — Хиоша щелкнула зубами, от неожиданного комплимента. — Походишь на тзимов, только ты дракон, а они дрейки, ты посильнее будешь. — Расслаблено общался он, игнорируя злобный рёв толпы.
— Что такое «тзимы»? — Хиоша впервые слышало это слово.
— Такие небольшие крылатые рогатые ящеры, летают быстрее драконов и маневреннее, но глупее, да дышать огнем и прочими забавными веществами не умеют. — Он руками изобразил примерную длину тзима. — На таких Когти летают, зверюги добротные. — Он одобрительно закивал головой.
— Да, наверное, они милые. — Она улыбнулась забавному виду иностранца, покрытого с ног до головы в томатах.
Толпа становилась все более недоуменной, каждый из них пришел на кровавое зрелище.
— Деритесь! Хватит болтать! Арена Онуврит обманывает своих посетителей!
Услышав возмущения зрителей, Хиоша опомнилась. Она встала в боевую позу, выставив крылья и хвост с ядовитым шипом. Сулер немного напрягся, но продолжил всё так же расслаблено. Зрители прекратили громко возмущаться. Хиоша чувствовала на себе взгляд хозяина, хотя она знала, что его тут нет, он отдыхает в своем большом прохладном доме с видом на море.