Красный Архонт
Шрифт:
Раздался последний удар колокола. Священник, наконец, достал недвижимого младенца, в этот момент солнце из витражей покрыло ребёнка в золотой свет, кровь на его теле заблестела. Мальчик тонко и редко закашлял, малыш залился плачем, детским плачем который никогда не вызывал такого счастья у родителей.
Хор достиг оглушительного крещендо. Мать захотела обнять ребенка, который всё-таки сумел, но священник протянул малыша Мирареду, сам встав на колени и склонив голову. В молчаливом удовлетворении, мужчина повёл жену по ступеням вниз, она колебалась несколько мгновений, шаг за шагом, её малыш скрылся за купелью. Она видела его последний раз.
— Во имя Императора и Империи, во имя Вайкрита, отныне и вовеки ты Гвардеец
— Да живёт Вечно Империя! Прокричав клич Вайкрита, Мираред коснулся лба младенца, и взял его на руки, ребёнок резко перестал плакать и лишь болезненно сопел и дышал. Мираред держа в руках покрытого кровью малыша, спускался с правой стороны возвышения, женщины в хоре возносили высочайшие ноты с каждым его шагом, но кровь, капающая с дитя, привлекала внимание остальных людей больше песнопений. Спустившись с Купельного Возвышения, к Мирареду из тьмы вышел ОН, окутанный светом и великолепием, нёсший величественную корону в форме шести раскрывшихся крыльев из рубина, украшена она была сотнями бриллиантов, ловивших тёмный свет зала, и яркий свет из-за витражей.
Одет он был в доспехи достойные богов, с выгравированными величайшими событиями в истории Вайкрита: встреча юного Мирареда с первым Императором, первая битва Хидринара и Мирареда, первая война с Клефором. Темно-красные как кровь доспехи, покрывавшие его тело, походили на произведение искусства, а не кузнечного мастерства. В обеих руках он нёс смертоносный длинный меч, в гарде его было четыре больших самоцветов размером с большой палец, красного, голубого, чёрного, золотого цвета, а клинок его мог разрезать камень с одного маха и не затупится.
Меч Покоритель — родословное оружие Фиендборнов.
Пред Мираредом предстал Император. Архонт преклонил колени, опустив голову, и протянул младенца, Император протянул меч и навесил его над головой окровавленного ребёнка.
— Именем своего титула, именем моего Отца Генриха, его отца и его отца, от имени всего рода Фиендборн, я, Кенерик Фиендборн, провозглашаю тебя Гвардейцем Красного Крыла, моим Защитником и Хранителем Империи.
— Да живёт Вечно Империя!
— Имперна эз Инфина!
Император воздел меч к солнечному свету, из спины властителя Империи выросли огромные золотые кожистые крылья, покрытые узорными рисунками. Все дворяне, сидевшие на трибунах, встали и повторили клич Империи.
— Имперна эз Инфина!
— Да живёт вечно Империя! — Оглушительный возглас зрителей заглушил даже песнопенья хора. К Мирареду подошли двое солдат, одетые лёгкую броню из красной чешуи с распахнутыми крыльями, на броне был изображён символ Гвардии — красный щит и меч на алом фоне.
Гвардейцы взяли младенца, и ушли во тьму. Хор начал затихать, свет красных камней становился всё слабее, Император кивком попросил Мирареда следовать за ним. Купель открылась и кровь, оставшаяся там, улилась далеко по трубам, где ей ещё найдут применение. Дворяне начали расходиться. Крещенье окончилось, но там, с левой стороны от возвышения, был слышен тихий женский плач и успокаивающий её мужчина.
Мираред шёл с Императором по коридору, он не был украшен, но в его простоте была истинная красота. Мираред молчал, не смея нарушать благословенную тишину, Императору решать, когда она кончится. Лицо Императора было юным и чистым, ещё не один волосок не пробился на нём, глаза его серо-зелёные были очень умны, в них ярко блестела жизнь, каждый шаг Кенерика отдавал юношескими амбициями и уверенностью. Они вошли в зал тактики, посреди которого на круглом столе находилась карта Восточного Имира, Паучие Плоскогорья, Племенные Земли, Ледяные Пустоши, Дикое Кольцелесье, ненавистный Клефор, Мидвей больше
которого была лишь сама Драконья Империя. И Величественный Вайкрит, который растянулся по всей его длине, гранича с южными Паучьими Плоскогорьями и северным Раулардом. И множество мелких стран второго плана, объединённые в союзы для того что бы их не смели гиганты вроде Мидвея или Клефора с Империей. На стульях вокруг стола сидели генералы и прочие офицеры, двигающие фигуры солдат, обсуждая стратегию и снабжение или возможные сценарии военных действий во время возможных войн. Они мгновенно встали, как только Кенерик вошёл в зал.— Да живёт Вечно Империя! — Император и Мираред ответили, Мираред услышал тяжёлые шаги, рядом с ним оказался могучий воин больше двух метров ростом, закованный в тяжелейший доспех из драконьих костей, чешуи, и Хидранита, лицо скрыто рогатым шлемом, вооружённый массивной секирой с двумя лезвиями, которые поблескивали красными искрами.
— Приветствую Тайфанг, как жизнь телохранителя? — Мираред протянул руку в знаке рукопожатия
— Для меня честь охранять само его Великолепие, в чём я благодарен тебе навеки. — Тайфанг ответил приветствием и крепко пожал ладонь Мирареда.
— Ты самый лучший Гвардеец, неудивительно, что ты стал ближайшим клинком Императора, ну, в твоём случае топором.
— Я думаю, я достоин этой должности, уже много лет я защищаю Императоров, жаль не всем им даровано долголетие. — Тайфанг и Мираред продолжали разговор вдали от офицеров и Кенерика, которые активно обсуждали что-то, Кенерик ударил в ярости по столу, и обратился к одному из офицеров.
— Я сказал нет! Начинать ещё одну войну глупость, наши солдаты ещё даже не успели отдохнуть и вернуться на родину! Плоскогорье известно своей оборонительной доктриной! Господин Гесс, ваша одержимость завоеваниями, выводит меня из себя! Господа отвлекитесь от далёких земель и взгляните себе под ноги которые уже по колено в грязи, мы должны решить множество проблем внутри, а потом будем заниматься экспансией.
— Прошу простить, ваше Величество, ваш голос решающий. — Гесс был мужчиной отведавший пороха, у него не было глаза, а китель был навешан знаками отличия,
«Похоже, он пришёл на это совещание сразу после какой-то церемонии».
— Господин Мираред, что же вы стоите? Присаживаетесь, мест достаточно, у нас есть темы для разговора. — Мираред сел за круглую карту, офицеры были разными, кто-то меч имеет лишь для церемоний, а сами они лишь кабинетные командиры, другие же имели шрамы и заслуженные награды, как бы то ни было, перед ним были отличные командиры, все с разными взглядами на политику и войну.
— Прошу вас поздравить, сегодня в полку Мирареда прибыло! — Кенерик встал и захлопал в ладоши, а остальные офицеры подхватили.
— Если я не ошибаюсь, теперь Гвардия снова насчитывает тысячу воинов? — Задал вопрос кто-то из офицеров.
— Да, наконец, мы смогли достичь приятного количества, редко кто-то осмеливается отдать дитя воле случая. — Мираред пронзительно посмотрел на офицеров, среди них были великие войны, но судя по всему слишком осторожные отцы.
— А отец мальчика Людор Гайдвильг? — Гесс задал вопрос, сам напрягся, ожидая ответа, ведь если да, то это повод для беспокойства.
— Мальчика звать Ристар, и да, его отец Людор, недавно вступивший в Бессмертный Авангард за заслуги, и получивший дворянство. — Настроение офицеров мгновенно переменилось, комната наполнилась пассивной агрессией, кто-то рассматривал купол зала, кто-то заёрзал на месте, а кто-то осмелился сжать ладони в кулаки.
— Прошу вас помнить, что пускай Авангард состоит из простолюдинов, они великие воины, заслужившие дворянство и положение, это древняя традиция даровать им сословность, и как мои деды и прадеды я буду принимать её, советую и вам, в конце концов, лишние кандидаты на вступление в Чёрный Легион не помешают.