Чтение онлайн

Истребители противника периодически противодействовали нашим бомбардировщикам и штурмовикам. Они появлялись над полем боя группами по 8—10, а иногда и более самолетов ФВ-190, и дрались упорно.

4 августа с 14 до 15 час. группа из 8 Як-1 65-го гвардейского истребительного авиаполка под командованием командира эскадрильи гвардии капитана А. И. Самохвалова [129] сопровождала штурмовиков, наносивших удар по отступающим войскам противника в районе Орел, Нарышкино. Группа встретила 14 ФВ-190, эшелонированных по высоте. Четверка шла на высоте 1500 м, остальные на высоте 3000 м. Гитлеровцы предприняли попытку атаковать штурмовиков. Самохвалов приказал гвардии старшему лейтенанту Н. И. Ковенцову связать боем истребителей,

Самохвалов понимал, что перед Ковенцовым и его летчиками поставлена сложная боевая задача — четверкой связать боем значительно превосходящего противника. Это, несомненно, было связано с большим риском. Но иначе поступить он не мог. Он должен был обеспечить штурмовикам нанесение удара по отступающему противнику. Это была главная задача.

Завязался тяжелый воздушный бой. Четверка Ковенцова старалась втянуть в огненную карусель все истребители противника, оттянуть их в сторону и тем обеспечить основной группе необходимые условия для выполнения боевой задачи.

После первых же атак нашим пилотам удалось связать боем основную группу «фокке-вульфов». Остальные все же пытались атаковать наших штурмовиков, но группа А. И. Самохвалова успешно отбивала атаки.

Противник, обладая численным превосходством, расколол звено Ковенцова, и наши летчики продолжали вести бой двумя парами. В воздушной схватке гвардии лейтенант И. Ф. Сычев сбил один ФВ-190, но силы были слишком неравны. Фашисты подожгли самолет гвардии старшего лейтенанта Н. И. Ковенцова, затем были сбиты гвардии младшие лейтенанты У. У. Доев и К. М. Блинова. Клавдия Блинова через несколько месяцев вернулась в полк и подробно рассказала про памятный бой, в котором ценой больших жертв летчики 65-го полка обеспечили штурмовикам выполнение боевой задачи.

Ранним утром 4 августа войска Брянского фронта ворвались на восточную, а затем и южную окраину Орла. К 6 часам советские танки были уже у Московского вокзала. Завязались ожесточенные уличные бои. К утру 5 августа наши войска полностью очистили город от немецко-фашистских оккупантов.

Перед отступлением гитлеровцы развесили в городе приказ такого содержания: «Орел объявляется боевой зоной. [130] Гражданское население должно немедленно покинуть город в западном направлении. Покидание города в другом направлении будет воспрепятствовано силой оружия. Мужчины в возрасте от 15 до 55 лет, способные носить оружие, будут, как и раньше, задерживаться. Они избегнут задержания только тогда, если немедленно явятся в лагерь военнопленных на Казарменной улице. Каждое гражданское лицо, которое после наступления темноты будет встречено на улице, будет расстреляно. Военный комендант генерал-майор Гаман» {37}.

Огромные разрушения причинили гитлеровцы древнему русскому городу. В секретном отчете фашистский генерал-полковник Модель указывал: «5 августа 2-я танковая армия оставила Орел, разрушила мосты и важнейшие сооружения, отправила 53 000 тонн захваченного имущества, эвакуировала (угнала) 180 000 человек гражданского населения, 30 000 голов скота, а всего за время отступления отправила 200 эшелонов захваченных грузов, разрушила 400 км железнодорожного полотна, 40 вокзалов, 7 больших железнодорожных мостов, много других мостов и туннелей».

Красная Армия достойно отплатила захватчикам. Как указано в том же отчете генерал-полковника Моделя, только за двое суток — с 3 по 5 августа — непосредственно из Орла было эвакуировано свыше 20 000 раненых немецких солдат и офицеров. О безвозвратных же потерях гитлеровский генерал предпочел умолчать.

Части корпуса также нанесли немецко-фашистским оккупантам весьма ощутимый урон. В воздушных боях в районе Орла наши летчики уничтожили 494 самолета противника{38}.

Ни с чем не сравнимую радость испытывали воины Брянского фронта, а вместе с

Верховный Главнокомандующий в своем приказе отмечал в числе отличившихся и части 1-го гвардейского истребительного авиационного корпуса.

Нанося сокрушительные удары с трех сторон, советские войска громили остатки орловской группировки гитлеровцев и стремительно продвигались вперед. Планы [131] организованного отхода врага были сорваны. В районах Хотынца и Карачева, где были подготовлены сильные узлы обороны, враг предпринимал последние попытки удержаться, но и узлы обороны не помогли. Советские войска обошли Карачев, блокировали его гарнизон и 15 августа штурмом овладели городом.

В связи с перемещением линии фронта на запад радиус действия наших истребителей оказался недостаточным. Поэтому 5 и 6 августа 4-я гвардейская иад, имевшая на вооружении самолеты с меньшим запасом горючего, чем самолеты 3-й гвардейской иад, перебазировалась на аэроузел Карпово. 64-й и 66-й гвардейские иап заняли аэродром Хитрово. 65-й гвардейский иап базировался на [132] аэродром Высокое (25 км северо-восточнее Орла). Штаб 4-й гвардейской иад разместился в Карпово.

Истребители противника ослабили противодействие. Они действовали мелкими группами, старались в бой не вступать, но внезапными атаками все же пытались препятствовать боевым действиям штурмовиков. Иногда и бомбардировщики противника небольшими группами наносили удары по нашим наступающим войскам.

Вот в такой несложной воздушной обстановке, после того как жаркие, напряженные бои остались позади, 7 августа 1943 г. погиб командир 63-го гвардейского истребительного авиаполка замечательный летчик гвардии подполковник Николай Павлович Иванов. Увлекшись в бою атакой, он был сам атакован и сбит.

2 сентября Указом Президиума Верховного Совета СССР славному соколу, верному сыну Родины Н. П. Иванову было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Такие досадные потери понуждали старших авиационных командиров к личному изучению тактики действия противника, чтобы впоследствии дать правильные рекомендации по борьбе с фашистской авиацией командирам полков и всему летному составу.

8 августа командир 4-й гвардейской иад гвардии полковник В. А. Китаев возглавил шестерку истребителей, вылетевших на прикрытие наземных войск. В районе населенного пункта Нарышкино группа встретила 12 бомбардировщиков Хе-111 под прикрытием 14 истребителей ФВ-190. Командир дивизии понимал, что за его действиями кроме противника наблюдают пять своих летчиков и ждут от него решения. Гвардии полковник Китаев подал в эфир команду «Атакуем!» и первым ринулся на бомбардировщиков, чтобы не дать им прицельно сбросить бомбы. Все летчики дружно последовали его примеру. Напуганные слаженностью и решительностью атаки, бомбардировщики, сбросив куда попало бомбы, развернулись и поспешно ушли на запад.

Истребители противника, имея численное превосходство, вступили в бой с нашей шестеркой. Гвардии полковник Китаев приказал ведущим и всем ведомым выдерживать боевой порядок в группе, да и сами летчики хорошо понимали свою ответственность — ведь командир дивизии руководит боем. Группа организованно вступила в бой с [133] вражескими истребителями. Китаев знал, что в групповом бою управляет действиями подчиненных ведущий группы, поэтому он избрал целью головной самолет в группе противника и атаковал его. Гитлеровец, искусно пилотируя свой ФВ-190, пытался уйти из-под атаки. Но не так-то легко было оторваться от Китаева, мастера своего дела. Быстро настигнув врага, Китаев со второй очереди сбил его. Замысел его оправдался. Потеряв своего ведущего, «фокке-вульфы», кто со снижением, а кто резкой горкой с разворотом на свою территорию, поспешили выйти из боя. Наша группа, выполнив боевое задание, без потерь вернулась на аэродром.