Чтение онлайн

– И не строй мне тут щенячьи глаза. Не люблю огонь, так что ты мне будешь должна. – Анжелика скрестила руки на груди, окинула черную обугленную дверь и трещины печальным взглядом.

Все Повелители словно думали об одном, но не решались это произнести. Грань разрушается.

– Все, что тебе будет угодно, Анж, – с улыбкой произнесла Франц. Сейчас она и правда была готова все для нее сделать.

Распахнув глаза, девушка обнаружила себя на пляже. Над ней нависла Рикина. Тень отделалась легкими ожогами.

Вокруг были голоса, а на их фоне тихий шум волн.

– В детстве меня учили не играть с огнем, но, похоже, это само пламя, –

Приподнявшись на локтях, Франц огляделась и открыла рот от удивления и ужаса. Вокруг валялись сотни обугленных тел, море отступило на несколько метров вниз. Песок на пляже лежал битым стеклом. Между трупами ходили люди.

– Отведите меня в штаб, – попросила Франц, понимая, что пятки все еще болят и горят так, что ступить на них будет невозможно.

– Франц… – над ней нависла Гризель со слезами на глазах. – Штаба больше нет.

28–29 сентября

Когда Эшли стояла возле больших железных ворот, ее сердце грозилось пробить грудную клетку. Нефилим не знала, что ожидала увидеть внутри. Перед ней стоял массивный особняк, почти замок, отдаленно напоминавший ей тот, что в Альгоре, разве что меньше раз в десять, и всего одна небольшая башенка.

Добралась она сюда на удивление без приключений, даже Неро перестал маячить перед глазами, бросая колкости в ее сторону. И без него, стоило признать, становилось одиноко. Эшли и так совсем одна в целом мире, а теперь одиночество сдавливало ей горло чувством уязвимости.

За железными воротами была выложенная камнем дорога, маленький фонтан со статуей крылатого демона с рогами на голове. Казалось даже, что каменные глаза смотрят прямо на нее, отчего тело пробирало до дрожи. Место выглядело очень пустым.

«Вот ты и здесь», – тихо прошептала Эшли и коснулась железных ворот.

Скрип неприятно резал по ушам, сообщая всем призракам поместья, что их покой нарушен. Над головой закаркали вороны, и взмах их крыльев Эшли слышала с расстояния в несколько метров.

Медленно она двинулась к дому, слушая стук собственного сердца и звук собственных шагов, что разносился по территории гулким эхом. Ветер кружил сухие листья по участку, нагнетая атмосферу. Поднявшись по ступенькам, она коснулась больших деревянных дверей с фресками из демонических рун и тринадцати Высших демонов, что первыми поднялись на землю.

– Здравствуй, дочь, – слова донеслись до нее вперемешку с переливающимся тонким колокольным звоном.

Эшли прошла в холл заброшенного дома, оглядываясь по сторонам. Ей точно не показалось. Но дом был абсолютно пустым, и она это ощущала всем своим нутром.

Дверь за спиной захлопнулась, и маленькие колокольчики над дверью постепенно начали затихать. Эшли подскочила на месте, глядя на выход.

– Неро. – Сжав алмаз в руке, Эшли вглядывалась в полумрак коридора.

Медленно переступая с ноги на ногу, она прошла прямо и вышла в круглый зал с высокими потолками. На полу выстлан ковер с толстым слоем пыли. Из мебели были только стеклянные шкафы, где все стояло на своих местах, и старый кожаный диван, потертый, с обивкой наружу. Серые шторы раздувал ветер из открытого окна.

– Дочь! – окликнул ее тот же голос, как сквозь толстую

Вздрогнув, Эшли обернулась, увидев перед собой полупрозрачную фигуру мужчины, глаза которого сияли, как два ярких изумруда. Сердце ушло в пятки. Совсем молодой, может, чуть старше ее.

– Я не твоя дочь, – уверенно сказала Эшли, сжав кулаки.

– Но ты пришла сюда и смогла преодолеть защиту. В тебе есть кровь Амрейсов, – говорил призрак с воодушевлением.

Горько усмехнувшись, Эшли мотнула головой.

– Непохоже, чтобы здесь никого не было до меня.

Призрак отца улыбнулся.

– Больше двадцати лет назад нас всех обратили в пепел, – понизив тон, сказал призрак, и голос эхом отразился от стен. – Приглядись внимательнее.

Пыль взлетела в воздух, крупными хлопьями кружась в дневном свете. Чихнув, Эшли открыла глаза, осторожно делая вдох, видя, как пепел загорается искрами, подобно тлеющей сигарете. Искорки кружились по всей комнате и соединялись между собой тонкой, угольного цвета нитью.

– Мне плевать, – оборвала Эшли, взмахнув руками и отгоняя от себя хлопья пыли.

Изумрудные глаза отца появились прямо перед ее лицом, и невольно Эшли перестала дышать.

«С каких это пор я призраков боюсь?» – мысленно отругала она себя, в презрении сузив глаза.

– Тогда зачем ты здесь? – закричал отец, и холодный ветер ударил по лицу так, что Эшли пришлось зажмуриться.

– Я хочу найти своего сына, – в ответ сорвалась Эшли. – Ты меня не интересуешь, но, чтобы его найти, я должна понять нашу силу. Для этого я пришла.

– Признай свою кровь.

– Оставь ее. – Строгий женский голос раздался за спиной. – Жалкий Архипелагский нефилим. Пусть уходит.

– Нет, – обернувшись, запротестовала Эшли, но увидела только окно. Посмотрев на отца, Эшли заговорила, не сдерживая тот порыв эмоций, что в ней скопился. – Я не просила меня рожать. Я дитя насилия вашей семьи. С вас должок.

– Больше слушай этих охотников, – возмутился призрак. – Неужели ты так ничего и не поняла? – усмехнулся отец, а Эшли молчала. Ей нечего было ему сказать, и Лорен она верила больше, чем насильнику. Отец выдохнул. – Айкира уже были уничтожены, и рыцарь Тьмы явился за нами. Требовал от нас невообразимого, и мы отказались. Я уехал на Архипелаг, предупредить семью Сейджиро, но достучаться до них было сложнее, чем казалось. Тогда до меня дошли вести, что вся моя семья мертва. И я понял, что мой конец тоже близок, и решил найти лазейку. Поскольку с Благословенными союз невозможен, я взял под контроль монашку. Красивая женщина, упрямая. Ее волю было нелегко сломать. – Отец усмехнулся, а Эшли стало противно. В глазах защипало. – Но она выполняла мои приказы, убивала тех, кто меня заметил, прятала мой след от охотников и вынашивала ребенка…

– Зачем? – не выдержала Эшли. – Нефилимы не такая уж и редкость. Зачем все это было нужно?

– Волны Архипелага пронизаны благословением Небожителей, Тенебрис – волнами преисподней. Демоны и нефилимы там не владеют и десятой частью своих истинных сил, а Амрейсам нужен был ребенок, который в равной степени был темным и светлым. То есть и там и тут мог использовать все наследие нашей семьи. Это ты – Эшли.

– То есть я еще радоваться должна? – истерично хихикнула Эшли, ощущая, как соленые дорожки по щекам стягивают кожу.