Чтение онлайн

— Да… — без тени смущения сказал Ка-ну. — Я с каждым днем старею, и мне теперь нужно все больше, чтобы прийти в возбуждение. Так почему я должен терять время и отказывать себе в тех немногих удовольствиях, которые мне еще доступны? Как подумаю о старости, так тоска гложет.

Однако это понятие никак не вязалось с его румяным, лоснящимся лицом и молодыми, полными задора, глазами. "Он еще прекрасно выглядит, — подумал Кулл. — Эта старая лиса совсем перестала походить на пикта, но наслаждаться жизнью он умеет".

— Я должен сказать все, что о тебе думаю, — произнес Ка-ну, — иначе мне не завоевать твоего доверия.

— Только

не вздумай льстить.

— Кто об этом говорит? Я делаю это только тогда, когда хочу обмануть.

Глаза старика вспыхнули холодным светом, который резко контрастировал с блуждавшей на его губах улыбкой. Он прекрасно разбирался в людях и понял, что в этом случае лучше всего играть в открытую, ибо Кулл был умен, словно волк, чувствующий западню, и был в состоянии почувствовать любую фальшь в словах собеседника.

Выбирая выражения более тщательно, чем на заседаниях Совета, он сказал, что считает Кулла достаточно сильным, чтобы восстановить давнее могущество Валузии и стать самым великим из всех правителей.

— Что же касается самой Валузии, — добавил старик, — то до нес мне нет дела, хотя женщины и вино здесь великолепны. Чем она сильнее, тем в большей безопасности находятся пикты. С атлантом же на троне Валузия может присоединить к себе Атлантиду…

Последние слова посланника задели старую рану Кулла.

— Тебе должно быть известно, что в Атлантиде давно прокляли мое имя. Мы… Они — враги Семи Империй и еще в большей степени враги союзников Империй.

— Не будем об этом. Хотя я прекрасно знаю, о чем говорю, — Ка-ну погладил бороду и загадочно улыбнулся. — Никто не станет начинать войну, если от нее никакого проку. Я же приветствую победу и твердо знаю, что нас ждет эпоха покоя и всеобщего достатка. Ты в состоянии приблизить это время, если, конечно, доживешь.

Кулл рассмеялся и вскочил на ноги с такой стремительностью, что сердце Ка-ну затрепетало от восторга. "О, боги! Этот мужчина — просто совершенство! Стальные мускулы, мгновенная реакция, прекрасная координация движений — все это делает воина в бою непобедимым". Но свой восторг Ка-ну глубоко спрятал, и глаза его остались такими же холодными и полными сарказма.

— Сядь и успокойся. Кроме нас в саду никого нет. Думаю, что меня тебе не стоит опасаться. — После того, как Кулл сел, посланник продолжил. — Подумай хорошенько, ведь если бы я что-то против тебя замышлял, то разве мне бы пришло в голову выбрать место, где все подозрения неминуемо падут на меня? Какой же ты еще зеленый! Моим людям было не по себе от того, что ты по происхождению атлант. Ты же презираешь меня только за то, что я пикт. А вот я вижу в тебе не только легкомысленного атланта, предводителя компании грабителей, захватившей богатую страну, но, в первую очередь, Кулла, короля королей, повелителя Валузии. Перестань же, наконец, постоянно думать о своем происхождении. Так будет лучше для тебя. Кстати, кто стал бы твоим преемником, если бы ты вдруг погиб?

— Каануб, барон Блаал.

— Вот как. В этом человеке мне многое не по душе, но больше всего то, что он является лишь игрушкой в чьих-то

руках.

— Не может этого быть. Среди всех моих сторонников он был самым значительным, и мне никогда не приходило даже в голову, что он может представлять еще чьи-то интересы, кроме своих собственных.

— Мы

не одни в этой темноте, — ответил Ка-ну, — Не все так просто, как нам хотелось бы. Впрочем, мне да еще

Брулу Копейщику ты можешь доверять полностью. Лучше взгляни сюда.

На его открытой ладони лежал браслет в виде свернувшегося кольцом крылатого дракона с тремя рожками из рубинов на голове.

— Внимательно посмотри на него. Этот браслет будет на руке у Брула, когда он придет к тебе завтра ночью. А в знак моего особого к тебе доверия, — смотри!

Из складок одежды он одним резким движением вытащил что-то такое, что блеснуло таинственным зеленоватым огнем.

— Бриллиант! — ахнул в изумлении король. — Это же алмаз, украденный из храма Змея. Так, выходит, это твоих рук дело? Но почему ты мне его показываешь?

— Чтобы ты понял, что жизнь моя теперь всецело в твоих руках. Сейчас ты видишь, что я не обманываю тебя.

Старый хитрец самодовольно улыбнулся, произнеся эти слова и радуясь произведенному эффекту.

— Но зачем ты так просто отдаешься в мои руки? — удивлялся Кулл все больше и больше.

— Чтобы ты полностью мог доверять мне и не бояться с моей стороны измены. Однако, хватит об этом. У моих ворот тебя ждет эскорт, чтобы проводить во дворец.

Кулл в глубоком раздумье встал.

— Но ведь мы с тобой даже не поговорили толком!

— Ох уж эта молодость! — в эту минуту Ка-ну напоминал своим видом толстого сатира. — Иди, дорогой, и пусть тебе приснятся трон, воины, новые королевства. Мне же было бы приятнее увидеть красивых женщин, цветы, вино. Всего хорошего, король.

Покидая зал, Кулл оглянулся и увидел, что Ка-ну, возлежащий на софе, просто излучает добродушие и жизнерадостность. У выхода Кулла ожидал воин на коне. Внимательно присмотревшись к нему, король, к своему удивлению, обнаружил, что это тот самый человек, который принес ему приглашение посла. За всю дорогу они не проронили ни одного слова.

На смену ярким дневным краскам пришла темная ночь. При лунном свете город казался еще более древним. Казалось, что огромные колонны во дворцах и замках подпирают собою небесный свод, а пустынные тихие лестницы возносятся куда-то в беспредельную пустоту небес. "Это лестницы в небо", — пришло в голову Куллу. Таинственная красота окружающего еще боле будоражила и без того возбужденные нервы короля.

Мелодичный звон серебряных подков нарушал тишину, царившую на залитых лунным светом улицах. Кулл физически ощущал необычайную древность города, чувствовал, что он хранит в себе огромное множество загадок, только вот каких.

— Ты еще так молод, — слышался ему шепот дворцов, храмов и святилищ, — а мы уже стары. Тот мир, который породил нас, тоже был когда-то молод. Но мы переживем и тебя, и твой народ, и будем стоять вечно, ведь мы были здесь еще до того, как появились Лемурия и Атлантида, и будем стоять даже тогда, когда и их не станет. Мостовые этих улиц видели многих королей, которые правили здесь еще до того, когда Кулл, родом из Атлантиды, был только крошечной частичкой сна Ка, Птицы Мира. Проезжай дальше, Кулл-атлант, после тебя будут еще более достойные, так же как были они и до тебя. О них уже давно все забыли, да и сами они превратились в пыль. А вот мы все стоим и смотрим… Проезжай же Кулл-атлант, Кулл-король, Кулл-дурак!