Королевство
Шрифт:
Один раз была организована моя беседа с Карлом в присутствии его супруги. Девушка и половины не понимала из того, о чём шла речь, но зацепилась за одну мысль, скользившую сквозь наш разговор — Принц Карл должен стать королём!
Всё остальное стало для неё неважно. Вот тут, как говорится, Остапа понесло. Агния сама начала искать со мной встречи и выяснять подробности, что и как нужно делать. Она хотела помочь в нашем нелёгком деле всем, что было в её силах. И всё ради того, чтобы стать королевой. Мысль о занятии положения первой женщины государства, а её будущим детям получении статуса принцев и принцесс вскружила Агнии голову.
«Обработку»
Вот так, клюя мозги Карлу с двух сторон, мы с Агнией убедили его решиться на эту авантюру.
С того разговора началась бурная деятельность среди населения.
Голод, как говорится, не тётка, а дядька. Злой суровый дядька, способный поставить на колени кого угодно, ведь трудно шагать с гордо поднятой головой, когда пустой живот заставляет тебя сгибаться пополам.
Из Азура в Санрию постепенно начала завозиться гуманитарная помощь. Гуманитарная помощь представляла собой продовольствие, а также самые дешёвые, но всё-таки нужные для тяжелобольных зелья, бинты и прочую необходимую мелочь, которую я копил последние два года.
Помощь стала раздаваться в нескольких местах: на юге страны, на севере, на границе с Визалиром, то есть непосредственно с моим графством, а также вблизи Эммара, где это было наиболее всего востребовано.
Факт раздачи еды и оказания помощи тяжелобольным погнал новую информационную волну в Санрии, на этот раз позитивного окраса. Меня даже вызвали к королю, когда выяснили имя благодетеля.
При встрече с Фредом я понял, что тот сильный видный и гордый наследник престола, которого я впервые увидел на балу, пропал. Остался мужчина с уставшим лицом, тёмными кругами под глазами, раздражённым взглядом и осунувшейся осанкой, не оставляющей и малейшего намёка на облик успешного правителя и великого человека. Он больше походил на замученного библиотекаря, чем на правящего монарха.
Король поздоровался, вспомнил, что я тот самый барон с глупыми шутками, и далее, так и не удосужившись обратиться ко мне по моему новому титулу, продолжал называть меня бароном.
Монарх долго допытывался, из каких таких побуждений я занялся этой благотворительностью. Кинув в ответ пару лживых фраз о том, что сочувствую Санрии и её населению, я лишь вызвал подозрения у Фреда. После, я добавил, что моё графство находятся прямо на границе с Санрией и мне не хочется наплыва беженцев, половина из которых потом будет заниматься разбоем на моих дорогах, но и это не прибавило доверия к моей персоне.
Король прекрасно понимал, что что-то тут нечисто, но просто так обвинить меня ни в чём не мог. Окружение монарха ему настойчиво советовало наградить благодетеля, поэтому меня, хоть и нехотя, представили к государственной награде, даровав орден и сделав меня кавалером Зала Славы Санрии.
Этот орден никогда ранее не вручался иностранцу и давал привилегии над другими аристократами при защите чести и достоинства. Кроме того, при суде над кавалером Ордена Зала Славы Санрии, судьёй мог выступать только сам монарх и никто иной.
В принципе бесполезная для меня цацка, ведь ни на какой суд я не соглашусь и мне проще свалить в случае заварушки куда подальше,
размазав всех попавшихся на пути отступления. Но это частный случай.После встречи с королём я понял, что нужно скрываться и больше нельзя показывать ни в одном из моих имений на территории Эммара до окончания операции. Меня бы начали разыскивать, ведь всем, кто выстроился в очередях за гуманитарной помощью начиная с сегодняшнего дня стали говорить, что эта помощь организована принцем Карлом Юлиусом Августа Санрия, а также добавлять, что все проблемы: голод, болезни и прочее, прекратиться немедленно, как только проклятый король отречётся от престола в пользу своего младшего брата. Это означало, что с сегодняшнего дня вся моя конспирация раскрыта и на меня король объявит охоту. А если учесть, что только что я лично из его рук получил награду, ярость Фреда заставит его писать кипятком ещё не одну неделю.
В этот день я снял аристократический костюм и одел свои чёрные доспехи, накинув на них плащ Культа Теней. Всё, я в опале!
За два месяца оказания гуманитарной помощи я приводил Карла к народу двенадцать раз. Там он двигал речи вроде: «с моим братом никто не хочет сотрудничать, но у меня есть друзья, которые помогут Санрии, если я стану королём! Подданные, убедите Фреда снять корону и отдать её мне и на следующий день тьма отступит от наших земель! Тени будут изгнаны и перестанут уничтожать наши посевы, а на ближайший год еда будет доставлена в Санрию моими сторонниками, что поможет всем нам дождаться урожая и не умереть. Даже монстры перестанут выходить из леса и поедать наших селян!»
И каждый раз при раздаче еды и лекарств народу продолжали промывать мозг, что проклятый король должен отречься. Ситуация в Санрии усугубилась настолько, что за получением совсем небольшой бесплатной пайки еды в очередях стали стоять и множество солдат со своими семьями.
Я откровенно поражался людьми. Ведь даже если это и не решило бы проблемы, всё равно стоило попытаться свергнуть короля. Ведь ситуация — хуже некуда. Люди пачками гибнут в подворотнях от голода, а уровень разбоя дошёл до того, что народ стал прорываться в средний Эммар и грабить там любые попавшиеся под руку имения.
Речи, которые я писал Карлу, были смешны даже мне самому тем уровнем бреда, который в них содержался. Особенно про изгнание Теней! Ведь никто даже не задумался, кто охраняет Карла, охраняет точки с раздачей помощи и отбивает караваны с этой самой едой от нападений бандитов, которых теперь можно было встретить на каждом шагу. Кто помогает защищать страждущих людей, стоящих в очередях за помощью, когда Фред направляет отряды на разгром этих точек диверсии и психологического давления? А ведь это были те самые Тени, успевшие стать национальной страшилкой!
Мы не назывались народу Культом Теней. Вообще никак не назывались. Но татуировки змей, обвивающих меч, не раз были замечены толпой. Из-за татуировок теперь нас прозвали «Змеи». Вот так одни и те же люди называясь «Тенями» считались врагами народа, а называясь «Змеями» стали национальными героями, защищающими жителей от безумного произвола проклятого короля.
Параллельно с промыванием мозгов простому народу, я через своих людей проводил агитацию среди аристократии, чтобы и они поддержали отречение короля. И они на это легко соглашались, ведь кошельки дворян пустели с пугающей скоростью, а кошелёк — самый болезненный для них орган!